Сведи Меня С Ума

20. Рич.

«Кто знает тебя лучше, чем я? Тот, кого ты никогда не знал?» — Nostalghia — Who You Talkin' to Man?

Я хотела бы претендовать на откровенность прямо сейчас, но прекрасно понимала, что не было смысла начинать этот диалог здесь, когда вокруг нас вовсю идёт размеренный и веселый вечер: поодаль переговаривались ребята из команды Ирвина, где-то ещё дальше молодые парни и девушки атаковали стол с напитками.

Джонатан посмотрел на меня с нескрываемой просьбой, и в глазах его я отчетливо прочитала «Только не сейчас». Если он что-то и скрывает, то мне кажется, что я не буду удивлена.

Внутри пусть и треснул какой-то из тросов мостика, ведущего к нему, но я не стала поднимать других тем. Кивнув, я провела рукой по его спине и прошла к другой части огромного зала; как раз там и были выставлены в ровные ряды пустые бокалы на подносах, а справа от них стояли уже открытые и запечатанные бутылки.

Естественно, с самого начала я не планирую напиваться, но если вдруг станет ещё хуже...

Пока думать об этом мне не хотелось, потому что по обеим сторонам от меня, аккуратно приставшей к столу, тоже были девчонки и парни моего возраста и младше. Они весело обсуждали что-то своё, не обращая внимания на тех, кого не знали: я осталась незамеченной в этой компании наглаженных рубашек, ровных воротников и неплохих вечерних платьев с блестящими цепочками на бёдрах.

Бокал с шампанским неплохо охладил руку. Я отошла чуть подальше, останавливаясь рядом с огромными, почти в половину моего роста, горшками с цветами: ветви папоротников прилично скрывали меня от шумной вечеринки, и взглядом я старалась найти хоть кого-то, кого помню или знаю.

Рэй говорил про какого-то парня, работающего тут мастером, при том намекнув, что я узнаю его сразу, но пока в глаза никто не бросался. Я видела у сцены Марту Стивенс в белом платье по щиколотку и несколькими длинными лентами красного цвета, вплетенными в волосы. Она сияла изнутри, разговаривая с другой своей коллегой — низенькой плотненькой мексиканкой в синем брючном костюме.

В целом, обстановка оказалась спокойнее, чем я думала, даже несмотря на музыку и поток голосов со всех сторон. Людей было так много, что даже если бы я хотела найти этого самого Донована, о котором мне рассказал Рэй, то искать пришлось бы долго, но в какой-то момент я уловила что-то неестественное в этом столпотворении.

Со сцены начал говорить один из главных редакторов журнала, и тогда я, допив бокал, взяла ещё парочку и пошла вперёд, где заканчивалась сцена и начиналась небольшая техническая зона, скрытая за длинной ширмой из рекламных слоганов будущих направлений и тем.

Именно в кусочке пустого места, там, где разделялись огромные колонки и ширма, я увидела невысокого молодого человека, скорее всего моего ровесника, и отличила его по полностью чёрной шее.

Я отпила из своего бокала ещё раз, а второй держала внизу, протискиваясь меж двух снующих туда-обратно групп мужчин в голубых рубашках; они лениво расслаивались друг от друга, пока я приближалась к противоположной стороне зала.

— Сегодняшний вечер...

Слушать говорящего шепелявого директора мне не хотелось; он в любом случае говорил о том, чего мне не понять в профессиональном смысле, хвалил коллектив за общность, хорошую работу и высокий коэффициент по сравнению с другими, похожими печатными домами.

У сцены всё ещё кучковались самые важные сотрудники. Там же я подметила и Джонатана: он выглядел просто чудесно со своими чёрными волосами, зачесанными на бок, а ещё — волнительно улыбался. Рядом с ним стояла Марта, держа обоими руками бокал с игристым.

Тогда я неловко поёжилась, увидев, что рука мужа как-то скованно приобнимает коллегу за талию. И следом заметила, как Марта дёрнула локтем, сгоняя его. Я застыла в нескольких метрах от точки, в которой мелькнул тот парень, и теперь невидящим взглядом смотрела на собственные дрожащие руки.

Успокоиться. Всё в порядке. Она отогнала его руку.

— Ох, чёрт! — раздалось со стороны, и меня чуть было не толкнули несколько парней из обслуживания, больше похожих на официантов, — Эй, всё в порядке?

Я мотнула головой, услышав звон собственных серёжек. Из-за ширмы мне махнула татуированная по локоть рука с подвёрнутым рукавом водолазки.

Кивнув, я подошла ближе, заставив ноги двигаться. Перед глазами всё ещё стояла картина с ладонью Джона, трогающей чужую талию. А затем — движение Марты Стивенс, резкое и неприязненное.

— Оливия? — спросил парень, поднимая голову.

Ступор оцепил меня, словно полицейской лентой: да, этот Донован точно был ровесником, но тело его, открытые руки и шея, были забиты чёрными татуировками почти без следа бледной кожи.

— Рич Донован, — громким басом поприветствовал он, протягивая мне ладонь, пальцы которой так же были раскрашены в узоры, похожие на молнии, — Рэй говорил, что ты придёшь. Не обращай внимания на идиотов с подносами, а то они впереди себя нихрена не видят.

Я усилием воли заставила себя улыбнуться, но челюсти словно свело, и пожала руку парня в чёрной водолазке. Тёмно-русая голова с беспорядочными торчащими прядями и такие же карие глаза. В нём будто не было совсем ничего, что было бы ярче блестящей отвертки в руках.

— Да, это я! — наконец-то отмерев, я протянула Ричу бокал, который он с радостной ухмылкой принял.

— О, это как раз кстати! — он провёл рукой по копне волос и лениво откинулся на колонку, — Что-то произошло? Я видел, ты застопорилась на середине пути.

— Всё в порядке, — отмахнувшись, я допила своё шампанское, осознавая, что совершенно не пьянею. Даже привычного флёра не приходит на ум, — Просто засмотрелась.

Донован был худым, но фигуристым парнем с широкими плечами. Мне показалось, что он, наверное, мог быть бегуном в прошлом.

— А ты здесь надолго? — спросил он, хлопая по карману серых джинсов, — Я хотел покурить. Была на крыше?

— Нет, ни разу, — я положила клатч на стол, предварительно достав мобильный, где были беспорядочно разбросаны ноутбуки и провода, растянутые к колонкам, — А это твоё рабочее место...?