Свекровь по соседству. Моя (не) идеальная семья

Глава 3

Я готовилась, как к первому свиданию. Нет, даже хуже — как к визиту налоговой инспекции с собакой-ищейкой. Потому что в этот вечер должна была прийти она.

Моя будущая свекровь. Светлана Павловна. Женщина-аргумент, железная леди.

И как я и думала, всё самого начала пошло не так.

Светлана Павловна пришла в две минуты восьмого. И через пару минут у неё был полный список претензий.

Едва она появилась на пороге, даже не сказав «добрый вечер», как сразу зарыскала взглядом по сторонам, словно взяв след.

— У вас пыль под ковриком.

— Что это за ужасные занавески? Вы их что, на помойке нашли?

— Чем это так воняет? Ах, это твоя туалетная вода? Ясно.

Глеб, конечно, пытался сгладить углы, увидев, как я начинаю закипать.

— Мам, не начинай. Мы просто поужинаем. Не придирайся по мелочам.

Обернувшись на него, женщина ядовито улыбнулась, будто гадюка, собравшаяся укусить.

— Конечно, дорогой. Я только посмотрю, как вы тут устроились. И не такие уж это мелочи!

О, посмотрит она. Видимо, через микроскоп разглядывать будет.

Я жарила курицу, проверяя температуру духовки чаще, чем успевала дышать. Картошка запеклась идеально, салат был свеж, вино — хорошее и дорогое. Даже свечи поставила для красоты. Чуть не сожгла скатерть, и всё ради того, чтобы впечатлить мать Глеба.

— У вас духовка неправильно работает. Углы у ковра завернулись. В ванной плесень, я её чую. А вино — не дышало. Вы дали ему подышать?

Вину — да. А вот я уже задыхаюсь.

— Лика старалась, — вставил Глеб, перехватив мой злобный взгляд.

— Конечно. Я вижу, как старалась. Прямо… с душой. С деревенской такой душой.

Я сжала вилку так сильно, что едва не погнула её. Но удержала себя в руках ради Глеба.

Ужин прошёл в напряжённой вежливости. Я ловила себя на мысли, что ем как на экзамене: с выражением лица «всё нормально», хотя хотелось зарыдать в картошку.

— И как вы познакомились? — спросила свекровь, осторожно отставив бокал.

— В кафе, — начала я, улыбаясь воспоминанию. — Я работала там официанткой, и он заказал слишком много кофе. Пролил его на себя, и вместо того чтобы разозлиться, засмеялся. Совершенно сумасшедший мужчина.

— И вправду сумасшедший, — усмехнулась женщина. — Раз уж начал встречаться с кем попало.

— Мама! — выдохнул Глеб сердито.

— Простите, — я больше не улыбалась, чувствуя, что ещё немного, и взорвусь. — Вы сейчас меня назвали «кем попало»?

— Я никого не имела в виду, это вы сами себе додумали. Но если вы приняли эти слова на свой адрес — задумайтесь.

Ах так?

Я встала. Медленно, с достоинством.

— Простите, но я сейчас задумалась… о десерте. Вам подать пирог, испеченный кем попало, или обойдетесь?

Светлана Павловна прищурилась, глядя на меня, как удав на кролика.

— Не утруждайтесь. У меня аллергия на выпечку. Особенно дешёвую.

Я поставила тарелку на стол и мило улыбнулась:

— А у меня — на чужих матерей. Особенно… дешевых.

В комнате повисло молчание, а на лице женщины отразился шок. Даже Глеб замер, как статуя, будто готовясь к взрыву. Кажется, никто ещё так не отвечал его матери, оставшись после этого в живых. Но я не собиралась бояться её, и если уж муж не может защитить меня от матери, то я сделаю это сама.

Спустя долгую минуту тишины, наполненную напряжением и ощутимой угрозой, Светлана Павловна неторопливо встала, поправила жакет, выпрямив спину, словно царица, и с укоризной глянула на бледного сына.

— Пожалуй, я пойду. У вас… просто чудесная атмосфера... Спасибо за прекрасный ужин.

Она вышла, с силой закрыв за собой дверь, будто выстрелила, и я вздрогнула, разом растеряв всю показную храбрость.

Глеб повернулся ко мне с ошарашенным лицом.

— Это было… Сильно.

— Я знаю, — выдохнула я устало, скидывая фартук. — Ужин года. Особенно финал.

Муж усмехнулся и потянулся ко мне, обнимая.

— У тебя будут проблемы с ней, ты же понимаешь?

— У меня уже проблемы. Я с тобой живу.

Мы оба рассмеялись, будто ничего такого и не произошло. Но где-то глубоко в душе я знала: эта женщина не сдастся.