Свекровь в законе

Глава 4

И вся компания устремилась в сторону залов современной любовной прозы. Процессию возглавляла Горгона Изенгардовна, которая шла с решительностью броненосца. За ней, важно подпрыгивая, спешил инспектор Бивик. Если произошло новое преступление, то он обязан появиться на месте одним из первых, чтобы успеть отрапортовать о случившемся начальству.

Елизавета метнулась к своему чемоданчику с реактивами и поспешила вслед за начальником. Еще не хватало, чтобы он там все улики затоптал.

Дилан было бросился следом, в его руке все еще трепыхался поникший букет. Лиз резко обернулась, и уперлась ладошкой в грудь прыткого юноши.

– Вам туда нельзя, – строго сказала она, – это место преступления.

– Но я не могу уйти, не поговорив с вами, не договорившись о новой встрече. Когда я смогу вас увидеть? – с жаром спросил аспирант и будущий ректор.

– Не сейчас. Позже, – проговорила Лиз с волнением, ведь они почти договорились на свидание. Или нет?

– А цветы? – Дилан удивленно посмотрел на прелестные некогда бутоны, словно они сейчас были чем-то неуместным и жгли его руку.

– Давайте сюда, – чтобы поскорее отделаться уже от так невовремя возникшего ухажера, криминалистка забрала букет и поспешила вслед за удалявшимся инспектором.

– Дождитесь окончания работы, а еще лучше приходите завтра! – бросила она на бегу аспиранту, который смотрел на нее каким-то жалостливым взглядом, что так контрастировало с его довольно мощной фигурой.

– Елизавета, не отставай! – послышался голос инспектора, а юноша просиял, ведь теперь он узнал имя своей белокурой богини.

Девушка успела догнать Горгону Изенгардовну с Бивиком как раз у дверей в нужный зал. Сюда уже подтянулась парочка крепких оперативных сотрудников, которые встали на входе в зал с четким указанием – никого не выпускать без личного разрешения инспектора.

Лиз так спешила увидеть место преступления первой, что присела и протиснулась под рукой библиотекарши.

Чтобы ничего не забыть, криминалист достала записывающее устройство и начала вслух описывать место преступления.

– Пострадавшая – женщина, предположительно пятидесяти лет. Добротный костюм, яркий макияж, модная бижутерия, аккуратная стрижка. При ней элегантная дамская сумочка и пакет с покупками из известной продуктовой лавки.

В зале было еще несколько женщин, возможно, они даже были знакомы между собой. Две из них, похоже, даже не обратили внимания на то, что произошло что-то экстраординарное, так были увлечены обсуждением сюжета книги.

Еще одна пыталась украдкой выковырять томик, которая пострадавшая сжимала в кулаке.

– Стоять! – неожиданно для себя рявкнула Елизваета. – Книга скорее всего, отравлена!

– Но как же прочитать продолжение? – возмутилась читательница. – Это новое издание, их всего два на библиотеку. Новая часть дилогии о любовных похождениях знаменитого лорда-дракона! Мы записываемся в очередь, чтобы узнать, кто родит лорду наследника, а сегодня Маргарита книгу хотела внаглую умыкнуть, пока никто не видит, вот и поплатилась!

– А вот и мотив! И возможная подозреваемая! – радостно потер руки инспектор.

– Скорее возможная жертва, – заметила Лиз, – если яд оставлен на книге, то пострадать могла любая из читательниц.

Криминалистка присела на корточки возле пострадавшей и принялась аккуратно вытаскивать книгу из побледневшей руки жертвы.

– Скажите, а если читать книгу вот в таких перчатках, то яд не подействует? – оживилась читательница, которой не досталась вожделенная книга.

– Да как вы вообще можете думать о книге, когда тут человек чуть не погиб! – Возмутилась Елизавета и спрятала ценную улику в непрозрачный мешочек, а потом еще на дно чемоданчика убрала во избежание дальнейших посягательств.

– А зачем вы нас вызвали, если пациентка скончалась? – послышался грубый голос и в зал вошло двое медиков, которые часто работали совместно со следователями.

– Как скончалась? Когда? Кто разрешил? – засуетился Бивик. Еще бы, убийство, это совсем другой класс преступлений и другой уровень ответственности. И отчетность побольше.

– Ну вон, венок уже положили. Причем, судя по степени вялости, часов десять-двенадцать назад, – медик кивнул на поникшие орхидеи, которые Лиз в спешке положила рядом с пострадавшей, когда спасала от посягательств отравленную книгу.

Криминалистка сделалась пунцовой и теперь могла по яркости соревноваться со своим деловым костюмом цвета взбесившейся фуксии.

– Н-нет, это мои, я случайно их тут положила, – принялась оправдываться она, – а пострадавшая жива, только все так же без чувств, как и предыдущая жертва.

Женщину осмотрели и увезли в стационар, а Елизавета, пихнув под полку злосчастный букет, принялась дальше описывать место происшествия. И дернуло же ее еще на свидание с этим остолопом согласиться, а он ей все расследование своим веником едва не загубил.

Рядом с полкой валялась стремянка. По словам свидетелей, книга располагалась на верхней полке, и желающим приходилось за ней карабкаться наверх. Отсюда и такой сильный грохот.

После опроса свидетелей, который, к слову, ничего нового не дал, их всех отпустили по домам, взяв подписку о невыезде.