Свет для падшего

Глава 7.

- Так почему он это сделал? – снова прозвучал мой вопрос.

- Он хотел получить безграничную власть и вершить свои порядки, – произнес ангел после долгой паузы.

- Он что-то говорил про запрет на создание семьи ангелам. Мне показалось, что это для него важно.

- Я и сам его давно перестал понимать. Мне кажется он просто не в себе, поэтому и говорит о всяких запретах. Судя по всему, он просто хочет устроить хаос.

- А ты никогда не хотел влюбиться, создать семью? – вдруг спросила я, чем ввела его в полное замешательство.

- Я? Почему ты спрашиваешь?

- Просто интересно…

- Нет, я же ангел. У меня есть свои задачи, своя миссия. Это важнее, чем продолжение рода, – возразил он, повернувшись ко мне спиной.

- А если бы влюбился, неужели тебе бы не хотелось быть рядом с любимым человеком? Прожить с ним спокойную, обычную жизнь?

- Вот же пристала! Не знаю, я никогда не влюблялся, – обернулся он, ухмыляясь.

Я с сочувствием посмотрела на ангела, задумавшись над его словами. Неожиданно в глазах начало темнеть, а в теле появилась сильная слабость, сопровождающаяся приступом тошноты. Я начала терять равновесие и ухватилась за локоть ангела. Он, с беспокойством, подхватил меня и усадил на пол возле холодной белоснежной стены. Её прохлада постепенно возвращала в чувства.

- Что с тобой? – встревожился Илиодор.

- Не знаю,… Почему-то вдруг стало плохо… - обессиленно ответила я.

- Это происходит впервые тут, в Светлом мире?

- Да. Кажется да…

- Агата! Кажется или да?! – нервно спросил он.

- Да, это впервые. Прости, кажется, сейчас…

Я не успела договорить и провалилась в темноту.

Не знаю, как долго мне пришлось быть без сознания, но очнулась я уже в совершенно другом месте. Первое, что услышала – два спорящих голоса. Осмотревшись по сторонам, я увидела то же подвальное помещение, где мы разговаривали с Азарием. Оно заметно преобразилось: больше не было грязи и капающей воды, а обшарпанные стены были завешаны плотной тёмно-красной тканью. Посреди комнаты стоял роскошный мягкий диван с накидкой из той же тёмно-красной ткани. Перед диваном располагался резной столик из тёмного дерева, на котором в красивой прозрачной вазе лежали грозди винограда, и стояло несколько бокалов с красной жидкостью, похожей на вино.

Я лежала на похожем диване, который стоял напротив.

- Что ты, чёрт возьми, творишь?! – доносился разгневанный голос Илиодора.

- Успокойся брат. К чему эти нервы? Тем более что Агата уже пришла в себя.

Голос Азария был надменным и уверенным. Падший смотрел прямо на меня, прожигая выразительными глазами. Илиодор был явно недоволен, его трясло от злости и возмущения, но он не двигался с места.

Я присела на край. Мужчина не спеша подошел и протянул тонкую, но крепкую ладонь. Я с опаской протянула свою и дернулась от неожиданности, когда поцеловал ее, слегка касаясь губами. Его улыбка стала шире, а взгляд проходил сквозь меня.

- Как тебе преображения? – спросил он.

- К чему это все? Почему я снова здесь?

- Нетерпеливая, – прыснул он и сел напротив.

- Да, я хочу знать, что я опять тут делаю! Имею полное право!

- Не спеши. Это ни к чему. Скоро все узнаешь.

- Может, ты мне объяснишь? – разозлилась я и повернулась в сторону Илиодора. Он лихорадочно теребил пуговки на балахоне и, заметив мой взгляд, сделал сожалеющую гримасу.

- Агата, прости.… Это моя вина. Не нужно было тебя тогда к нему приводить.

- Что тут, мать вашу, происходит?! – взбесилась я, подскочив с дивана.

Братья молчали. Азарий с ухмылкой откинулся на спинку дивана. Его размеренные движения выводили из себя, так и хотелось подбежать и стукнуть его по довольной физиономии.

- Сейчас же верни меня обратно! – закричала я и двинулась к Илиодору.

- Прости, но я не могу этого сделать, – тихо сказал он.

- Что это значит?!

- Это значит, что теперь ты моя гостья, Агата. Располагайся, пожалуйста, и будь как дома, – довольно произнес падший.

Эмоции били через край. Хотелось их обоих придушить, но я понимала, что у меня нет шансов. Постепенно, я стала осознавать, что моя реакция не совсем нормальна. Будто чья-то злость окутала мое сердце и затуманила разум.

Я глубоко вздохнула и вернулась на диван.

- Умничка. Теперь можно спокойно поговорить. Любите же вы из-за всякой мелочи устраивать драму, – проговорил он, взбалтывая жидкость в бокале.

Илиодор стоял спокойно, но я чувствовала, как он закипает внутри.

- Вина? – спросил Азарий, протягивая мне бокал.

- Нет, не нужно, – отрезала я.

- Что ж, зря. Отличное вино, – он пригубил напиток, с наслаждением смакуя сладковатый терпкий вкус. Мне приходилось невольно наблюдать за этим. Во всем, что он делал – было что-то пленительное, влекущее. Я попыталась прийти в свое обычное состояние. Это давалось нелегко, но, в конце концов, стало легче, и злость почти отступила.

- Ты подумала о нашем сотрудничестве? – на полном серьезе спросил он.

- Я уже давно решила. Сотрудничества не будет.

- Ты так категорична… - заметил он, обводя меня взглядом сверху вниз. Он был слишком вызывающим, и немного смутил меня.

«Чего он так откровенно пялится?» - негодовала я, - «Что он себе позволяет?»

В комнату вошла фигуристая девушка в костюме, состоящем из расшитого золотом черного лифа и коротеньких шорт-трусиков.

- Это она? – прозвучал тоненький голосок. Она легким движением руки поправила длинные каштановые волосы.

Падший сурово посмотрел на девушку и она, недовольно вздохнув, плюхнулась рядом с ним.

- Раз мы все обговорили, я могу вернуться? – старалась сделать невозмутимый вид я.

- О, дорогая Агата, не думаю, что это хорошая идея.

- Это еще почему? Объяснись, немедленно!

- Брат, будь добр, объясни Агате, почему она не может вернуться домой.

Илиодор молча последовал ко мне и сел рядом.