Свет для падшего

Глава 34.

- Может, Агата сама будет решать, кто будет с ней рядом? – с вызовом задал вопрос Герман.

- Она не в себе. Поэтому за нее решаю я.

- Да кто ты такой? С чего ты взял, что можешь ей управлять?!

- Герман… - я положила ему руку на плечо. Этим жестом я хотела сказать, что не время спорить.

- Что?! – обернулся он.

- Я буду с Азарием.… Так будет лучше.

- Кому будет лучше, Агата? – он, не отрываясь, смотрел на меня.

Я не знала, что ответить. Не хотелось его ранить. Тем более сейчас, когда он только выбрался на волю. Я понимала, что это неизбежно, но хотела всячески оттянуть этот неприятный момент.

- Ты его любишь? – спокойно спросил он. Герман почти не моргал и не шевелился.

- Я… не знаю. Но я совру тебе, если скажу, что ничего к нему не чувствую…

- Понятно, – он разрешил себе отпустить мой взгляд.

Я чувствовала, что ему сейчас очень плохо. Боль распахнула перед ним свои объятия. И мысленно он уже шел ей навстречу, но внешне оставался таким же стойким и серьезным.

- Если что я буду поблизости. Ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь, – предупредил Герман.

- Спасибо тебе.

- Она устала. Нужно отвести ее к лекарю, – наконец сказал падший. Он сделал это очень тактично, как будто понимал важность этого разговора между мной и Германом.

Азарий отвел меня к лекарю, который осмотрев меня, пришел к выводу, что я все еще могу здраво мыслить и действовать. Поэтому рекомендовал только постоянное наблюдение за мной, на случай если мое безумие начнет прогрессировать. Из этого я вынесла для себя одну очень важную вещь – только я сама смогу помочь себе.

Повелитель сразу же вернулся к своим обязанностям, восстанавливая порядок в Светлом мире. Он приказал уничтожить каменные темницы для особо опасных преступников, так как признал это изобретение бесчеловечным, даже по отношению к самым опасным и неадекватным существам.

Он пригласил нас с Азарием, посетить хранилище света - то самое вместилище силы, способной трансформироваться в Божью благодать.

В хранилище царил таинственный полумрак. Первое, что бросилось в глаза - это множество пузатых прозрачных баночек, в которых плавно двигались световые массы. Они стояли на длинных деревянных полках, расположенных по всему периметру помещения. В его центре располагался большой чан, с толстенными стенками из прозрачного переливающегося разными цветами стекла. Свет из баночек отражался в чане, заставляя его «играть» мелкими дивными лучиками. Это выглядело как волшебство, не иначе.

Мы несколько минут стояли завороженные этим приятным зрелищем, постоянно переглядываясь и посылая друг другу восторженные взгляды и улыбки.

- Как вам? Лишь избранные имеют возможность увидеть это своими глазами. Считайте, что вам очень повезло, потому что вам предстоит буквально прикоснуться к этому, – прозвучал громкий голос повелителя у нас за спиной.

- Это очень впечатляет, Повелитель, – тепло улыбаясь, сказала я.

- Агата права. Я ничего подобного не видел, хотя живу уже достаточно долго. А что значит, нам предстоит к этому прикоснуться? Неужели это то, о чем я думаю? – удивился Азарий, заметно взбодрившись.

Я посмотрела на него с нескрываемым интересом и надеждой что он объяснит свои слова. После довольного кивка Бога, я заметила, как губы падшего расползаются в дугообразной улыбке.

- Агата, – торжественно начал он – Мы с тобой спустим на землю благодать.

- Что?! – изумлённо вскричала я. – Но… я этого никогда не делала! Мне страшно…

Волнение и страх охватили меня с головой. На лбу выступили крохотные капельки пота, а моё лицо превратилось в один сплошной испуг, что очень рассмешило Бога и падшего.

- Я буду вам помогать, конечно же. Сначала я сотворю эту самую благодать, а потом мы пойдём к обрыву, где вы её спустите.

- Но… почему вы выбрали нас? Сумасшедшую душу и падшего ангела? Разве в Светлом мире нет более достойных претендентов? – спросила я.

- Ты забываешься… – неодобрительно покачал головой Азарий, напоминая, что я разговариваю с самым главным в этом мире.

- Ничего, сын мой. Это хороший вопрос и я на него с радостью отвечу. Вы последние, кто лично имел дело с этим невероятным даром. Ваши души успели его прочувствовать, и он оказал на вас особое влияние. Благодаря свету, ты спасла того, кто обошёлся с тобой не самым лучшим образом, ты верила, что в глубине души он другой и дала ему второй шанс. А ты – повернулся он к падшему, – сын мой.… С тобой слишком жестоко обошлись. Ты потерял любимую и брата, но ты остался собой. Не пошел по простому пути, не стал всех ненавидеть. Твои мотивы мне ясны и я тебя не осуждаю. Конечно, есть момент, где ты натворил дел.… Но я знаю, что ты раскаиваешься, в том, что совершил и это главное. – Он сделал небольшую паузу, словно что-то обдумывал и продолжил.

- Мне жаль, Агата, что убийство демона оставило на тебе отпечаток, но я обещаю, что мы поможем тебе.

- Это моя вина Повелитель. Я найду способ все исправить, – виновато произнес Азарий.

- Конечно, сын мой. Я бы хотел вернуть тебе ангельскую сущность, но это не в моих силах. Тебе уже никогда не стать прежним. Тот грех, который ты совершил, осквернил твою душу.

- Я убивал своих братьев-ангелов… – опечалено проговорил падший.

- Я рад, что ты сам это понимаешь. Какое-то время ты можешь находиться тут в Светлом мире, но как только Агате станет лучше, ты должен будешь вернуться в Темный мир. Как бы я не хотел оставить тебя рядом с собой, не могу.… Это будет несправедливо по отношению к остальным. И как бы мне не было больно, я вынужден оторвать от себя кусок и проститься с тобой. – его лицо напомнило мне лицо родителя, которому предстоит отпустить своего ребенка куда-то далеко от себя.

Он не хотел этого делать, но в этом то и заключается суть Бога. Правила едины для всех, даже для тех, кто их пишет. Особенно для тех, кто их пишет. На своем примере они показывают, что можно, а что нельзя.