Свет для падшего

Глава 37.

- Мне уже никто не поможет. При первой же возможности они избавятся от меня, отправят в Промежуточный мир к этим безликим монстрам. И я стану одной из них, без шанса на упокоение. Я больше не представляю ценности для них, они все получили то, что хотели. Особенно падший. Он с самого начала меня обманывал, заманил в свои запутанные сети, околдовал своими чарами, а потом раздавил как надоедливую муху. Оставил меня здесь одну.… Ему был нужен мой свет, все эти чувства были фальшивыми. Чудовище. Ненавижу. Я не больна! Это они все поехали крышей. Во всем этом нет смысла. Нет! Я не сдамся. Я докажу, что со мной все в порядке!

- Никому не доверяй, они замышляют что-то против тебя. Особенно падший. Он посадит тебя на цепь как собаку, и будет питаться твоей непорочностью. Тем, что от нее осталось, после моего убийства. Он и не на такое способен, поверь мне. В этих черных глазах кроется настоящее зло, и оно уже запустило в тебя свои когтистые лапы.

- Я не позволю. Им меня не достать. Хватит быть марионеткой в их руках! А ведь ты абсолютно прав, он чудовище.… И мне нужно бежать как можно скорее, чтобы он меня не достал. Помоги,… прошу.… Только ты меня понимаешь. Не дай им погубить меня.

- Конечно, помогу. Ведь мы с тобой одно целое, я в твоей крови, голове и сердце. У нас есть мы, и больше нам никто не нужен.

Дни то быстротечно сменялись один за другим, то тянулись мучительным тиканьем часов. Я не знаю, сколько недель сижу взаперти, но за это время мои ожоги полностью зажили. Азарий больше не появлялся, чему я очень рада, у меня еще есть немного времени в запасе. Пару раз за все это время ко мне приходил лекарь, следивший за состоянием моих ожогов и пытавшийся понять природу моего безумия. Которого, на самом деле, нет. Им не убедить меня в этом!

Лекарь задавал разные вопросы, просил описать голоса, звучащие в голове, образы и видения, далеко не всегда приятные. Он что-то быстро записывал в свой маленький блокнот и делал задумчивое выражение лица. Но мне было все равно, что он делает. Я для себя уже давно все решила.

Больше всего мне не нравилось, что я снова сижу в клетке. Как же истосковалась по свободе, неспешным прогулкам и посиделкам у моря перерождения. Но они заточили меня в собственную комнату и только иногда заходят, чтобы проверить, не сделала ли я с собой еще что-нибудь. Более того, они отключили дополнительные возможности в моей комнате. Я больше не могу создавать силой мысли предметы в ней, менять ее вид и расположение. Теперь это просто спальня. Как они говорят, это все ради моей же безопасности.

В один из скучных и ничем не примечательных дней, замок в двери несколько раз щелкнул, и в проеме показалось слегка улыбающееся лицо Германа. Он медленно вошел и присел рядом.

- Привет.…Ну как ты? Понимаю, что это глупый вопрос.… Но я очень переживаю, места себе не нахожу.

- Мне уже лучше, правда. Голоса уже почти не слышу, кожу не сдираю, – хихикнула я.

- Это хорошо. Значит, тебя скоро могут выпустить. Но какое-то время тебе нельзя будет перерождаться. Сама понимаешь, что из этого ничего хорошего не выйдет.

- Да, ты прав. Ну что ж, поживу пока тут, в Светлом мире.

- А как же Азарий? – искоса посмотрел Герман.

- Я пока не хочу загадывать. Вот вернется и решим. Кстати, ты не знаешь, когда он должен вернуться?

- Вроде в течение недели, говорят, что он нашел способ полностью избавить тебя от…твоих проблем, – осекся он, видимо не желая, меня обидеть или задеть.

- Хорошо.…Это очень хорошо… - повторила я и придвинулась к мужчине ближе.

- Может, хоть обнимешь меня? Здесь невыносимо скучно. Но ты как всегда любое место можешь скрасить. Мне тебя очень не хватало, – распахнула руки я, сделав щенячьи глазки.

- Прости,…Я видимо переволновался, всю ночь не спал, ожидая нашу с тобой встречу, – нырнул в мои объятия он.

Я крепко-крепко сжала его, попутно обшаривая карманы его балахона.

- Агата, ты меня задушишь, – весело проговорил он, и мы с хохотом улеглись на кровать.

Несколько минут мы пролежали глядя на звездное небо, которое я пожелала вместо потолка. Это единственное, что было разрешено, потому что такой потолок успокаивал и отвлекал.

Мы разглядывали созвездия и пролетающие со вспышкой кометы. Герман показывал на яркие звезды и называл их несуществующие названия, чем как обычно смешил меня.

- А это попка носорога. Самая крупная звезда в этой галактике. Хочешь, я ее тебе достану? – шутливо спросил он.

- Ну, нет, пускай и дальше светит, – весело отреагировала я.

- Не хочешь попку носорога? – удивленно взглянул он.

- Нет, она может меня раздавить.… Или тебя, когда ты за ней полезешь.

- Тогда я погибну как герой! – засмеялся он.

- Не нужно погибать, Глеб.

- Как ты меня назвала?

- Глеб. Просто вспомнила. А что?

- Если это прошлая моя жизнь, то…

- То что? – удивилась я.

- Я не помню, Агата.

- Что значит, ты не помнишь? – мои губы предательски задрожали.

- Я отдал свои воспоминания ангелу. Я снова чист, готовлюсь к новому перерождению, – ответил Герман серьезно.

- Ясно. Жаль, что ты больше ничего не помнишь.

- Я сказал, что не помню. Но это не значит, что я от тебя отвернулся и решил разорвать все наши связи. Мы по-прежнему родственные души. Ничего не изменилось. Я просто не помню, кем был и что делал. На мое отношение к тебе это не повлияло.

Я с грустью смотрела на мерцание звезд.

- Ну чего ты? – он положил ладонь мне на подбородок и повернул его к себе. – Важнее тебя ничего нет. Не понимаю твоей грусти.

- Просто я помню слишком много…

- Нужно сказать, чтобы тебя тоже очистили от воспоминаний.

- Не нужно. Пока не нужно. Они, мне помогают, греют меня.

- Ох, Агата… Ты слишком затянула с ними. Нельзя жить прошлым, ты должна отпустить.

- Я отпущу. Но мне нужно еще немного времени. Не говори, пожалуйста.

- Ладно. Но пообещай, что ты сама об этом попросишь.