Свет добрая сила, а тьма смертельно красива

Глава 6.

Вдруг Эля замахала кому-то рукой. К нам подошла вдруг с золотистыми волосами и зелёными глазами девочка. Она выглядела очень хрупкой по сравнению с Элей, была очень нежной и красивой на вид. 

-Привет, сестрёнка,-девочка тихо, почти прошептала сказала. 

-Привет, Юнона. Помнишь, ты как-то хотела иметь подругу кроме меня?

-Да,-ответила она. 

-Я как раз подружилась с очень хорошей девочкой, которую зовут Амелия. Вот она,-Эля указала на меня. А Юнона ласково улыбнулась.

-Привет, я Юнона, можно просто Юна (ударение на первую букву Ю),-и девочка протянула мне руку.

-Привет, а я Амелия Джунг, можно просто Мия,-добродушно улыбнулась в ответ Юне. 

-Ты только перешла к нам учиться?-Спросила активно меня Юна. 

-Да вот,-грустно улыбнулась я, вспомнив, как я ступила первый раз порог класса, как на меня налетела Анни, а за меня заступилась.. Настя!

Эля рассказала грустную историю моей дружбы с Настей. Вдруг доброе и спокойное лицо Юны перекосилось.

-Всегда ненавидела эту принцесску, и Мартина.. её двоюродная сестра!-Выпалила Юна. А я округлила глаза.

-Дво.. двоюр.. двоюродная сес-стра?-Я даже заикаться начала от неожиданности. 

-Да, Миечка, а ты об этом не знала?-Сладко запела Юна. Затем уже твёрдо добавила: -ещё бы, сестричке, хоть и неродной, но сестре, поверим, нежели девушке-однокласснице. Я бы на месте Насти, доверяла, но проверяла,-Юна отвернулась. -а ты, Мия,-повернулась она. -не грусти, недостойна она тебя,-фыркнула вдруг новая подружка. 

Я вообще растерялась. Я думала, Настя мне доверяет, а я оказывается много чего не знала. 

-Ладно, девочки, пойдёмте в столовую,-сказала Юна, и взяв сестру и меня под руки мы пошли. Я есть не хотела, грустила, тосковала. Болела душа за Настей. Да, Юна нежная, добрая но весёлая и озорная девочка, а Эля грозная, боевая, но в душе всё-таки добрая, тоже умеет рассмешить, но Настя.. она другая. Я всё-таки люблю её ещё. Мне хотелось к Насте. Но на ловца и зверь бежит. Вот и Настя заходит, с подругой.. ах нет, двоюродной сестрой Мартиной. На меня она вообще не глядит, хотя вижу, заметила меня. Я вышла с новыми подругами из столовой. Так день шел - новые подруги, уроки, столовая, и так дошло до вечера. Раздался звонок. Это значит: пора спать. Мы все пошли по спальням, Настя, что лежала со мной рядом, легла ближе к Стефе - нашей тихой однокласснице. Когда все крепко заснули, и дети, и взрослые, ещё бы, час ночи, я встала с постели, и шла тихо, ночными коридорами. Я немного опасалась, чтобы не попасть на дежурного Станислава Добровского, сурового, холодного мужчины, он практически никого не щадит. Я удачно вышла на улицу, и пошла к речке, там, где любили мы с Настей плескаться. Вода уже была холодная (осень же), но прохладная, я сняла босоножки, потому что днём жарко ещё, а ночью - прохладненько. И оставив босоножки под кустом, я пошла босыми ногами по берегу речки. Я отошла чуть дальше от брега, чтобы не привлечь к себе внимание. Луна была единственной свидетельницей моего горя. Я шла и плакала, а речка чистая, искристая, охлаждала мои ноги, я затем пошла в глубину речки, намочив платье и рыдала горше, и тянула руки вверх.

-Настя.. Настя..-раздавалось с моих губ единственное, женское имя. Листья некоторые падали, косы мои расплелись. Но вдруг пошел дождь. Тьфу на тебя! Я вернулась в гимназию и переодев мокрое платье легла спать. Утром я проснулась и удивилась. Что-то изменилось. Нет, в смысле, всё так и осталось на местах, девочки, постели, шкафы, тумбочки всё было по местах. В душе боль ушла, и стало так радостно, словно мешок злата на голову свалился. А чувства к Насте.. поутихли. На то место пришло родимое самолюбие, гордость. Принцесса Настюша не хочет со мной дружить. Ну и Господь с ней! Юна и Эля - пригрели, обогрели, утешили меня в горе. А Настя? Её гордая и напыщенная душенька даже и миг не вспоминала обо мне. А как же! Сестра двоюродная, ещё бы! 

Юна и Эля разбудили меня.

-Ой, Мия, ты не представляешь, радость-то какая!-Защебетала первая Юна.

-Что случилось?-Спросила я.

-Приехали наши девчонки: Леська, Оля, Даша, Наташа.. ой Настя обзавидуется, а компания наша будет ого-го!-Эля горделиво ходила по комнате. Мы - втроём, в спальне остались одни. И тут хохот и девичий визг наполнил нашу комнату. Пополнение! Шестеро девочек ввалились к нам в комнату. Трое - брюнетки зеленоглазые, это были Леся, Оля и Даша. А две - шатенки сероглазые - Наташа, Лиза. И одна тихая блондинка кареглазая - Вера. Леся, Оля и Даша - три сестры, Наташа, Лиза - две сестры, а Вера - одиночка. Все они были весёлыми, только Вера была немного замкнутая. Со мной они быстро подружились, а Вера особо ко мне прониклась. Она часто за мной ходила. Не знаю, и подруг ей хватает, а почему именно я? Вера сказала что я ей больше изо всех нравлюсь. Приехали! Судьба мне отплатила за Настю - одарила тысячью подруг. А часто мы ходили в компании: Я, Вера, Леся, Лиза, Наташа, Оля, Даша, Юна и Эля. Как-то мы шли, нас всего же девять девочек было, и тут проходим мимо Насти и Мартины, я даже не удостоила Настю взглядом. А она.. мне долго смотрела вслед, я же решила отплатить: смеялась громче девочек, даже там, где ничего смешного не было. Думает, она дочка короля, царевны, сама принцесса, самая уважаемая, и всё - завоевала всех сердца? Ага, сейчас, жди, принцессочка! Заслуживать людское уважение нужно не статусом, а людскими качествами. 

За всей этой кутерьмой, я и забыла про дом. Потом вспомнила, когда мы наедине тихо остались с Верой. Она с города, и начала рассказывать про себя. Я задумчиво глядела на неё, и вспоминала свой дом. Мама, папа, сестра Софи, тётя Арина.. Арина. Именно Арина устроила меня в эту гимназию. Ей я и должна быть тоже благодарна. Я решила написать письмо родным. 

Я всё выложила: как нашла подругу и потеряла её, зато как нашла в обмен кучу приятельниц, уроки, учителей и всё на свете. Пошла к Areli и отдала ей это письмо. Она пообещала что отправит его завтрашним поездом. Приятельницы. Ах, точно, приятельницы. А кто же моя лучшая подруга? Мне кажется, что.. Вера. Не Юна, не Эля, не Лиза, не Леся.. с теми я просто общаюсь. А Вера.. она другая. Очень похожа на Настю. Но, думаю, похожа не настолько, чтобы поверить первым словам и кинуть меня. Веру я вскоре растормошила, она оказывается умела и смеяться, и шутить, и веселиться. Ей не хватало родственной души среди ровесников, впрочем, как и мне.