Свет его души

Часть вторая

Мелодично вздрогнул над дверью колокольчик, и этот одинокий звук медленно таял в морозном воздухе, делаясь все тоньше, пока не сошел на нет.

- Кого нелегкая принесла так поздно? – за дверью послышались шаги, щелканье отпираемых запоров и слова, отменяющие охранные заклятия.

- Аннэйрэ[1], я к вам.

На пороге стоял человек в плотном шерстяном плаще, опушенном мехом. Он поклонился хозяину дома, касаясь красной от холода ладонью груди.

- Входи, чего стоять на морозе, - ворчливо ответил темноволосый мужчина в простой домашней тунике, подпоясанной узорчатом поясом. – Глинтвейн?

- Пожалуй, - согласился гость.

Они прошли через холл, отделанный мрамором и дубовыми панелями, в гостиную, где хозяин взмахом руки разжег в камине огонь. На круглом плетеном столике появились высокие кубки с глинтвейном, исходящим паром.

- Вот значит, как живет глава Академии, - оглядываясь по сторонам, протянул гость. Комната просторная, почти пустая, на высоких окнах нет ни занавесей, ни тяжелых портьер, с потолка свешивается бронзовая люстра на цепи, сейчас больше похожая на огромного черного паука, покачивающегося на кончике своей паутины. Всюду богатая резьба по дереву, перед камином стоит мягкий диван и несколько более жестких деревянных кресел.

- Не хуже остальных, Нэвиан, - хозяин дома взял кубок, жестом предлагая собеседнику сделать то же самое.

- А я к вам по делу, аннэйрэ Римус, - произнес Нэвиан, когда отпил несколько глотков. Горячая ароматная жидкость окончательно прогнала из тела холод морозной ночи, и гость немного разомлел перед пылающим камином. Собеседник же его, мужчина с резковатыми, но довольно красивыми чертами лица, был внимателен и собран.

- Вы знаете, что Верховный Маг Дэвлин умер…

- Пусть он отыщет путь в страну богов, - отозвался хозяин дома.

- И скоро будет новый Совет, который выберет нового Верховного Мага…

- Мне нет дела до этих стариков, - усмехнулся мужчина.

- Но вам есть дело до титула Верховного Мага… Мы хотим, чтобы вы стали им, потому что больше нет других… достойных… - почти шепотом произнес гость.

- Вы хотите, что бы я выдвинул себя? Если у них нет других достойных кандидатов, они все равно придут ко мне! – заявил Римус.

- Верно. Но возможно, кое-кто будет против… Вы могущественный маг… Кое-кто в Совете опасается таких соперников. И…

- Не смеши меня, Нэвиан! Они ничего мне не сделают! Даже если они соберутся все вместе перед моим домом, то и камня не пошевелят.

Нэвиан замолчал, Римус же пристально смотрел на него, думая о том, что Совет скорее всего примет верное решение, и выберет его в качестве Верховного Мага. Римус ожидал этого, ожидал уже давно, с тех пор, как старик Дэвлин занемог, и не появлялся больше ни в Академии, ни в Совете. У них действительно не было больше достойного кандидата, потому как все старые маги были больны и немощны, и они с удовольствием копались в пыльных библиотеках, хороня заживо свой дар, а молодые были слишком неопытны, чтобы взвалить на свои плечи ответственность за Алмарру.

Что и говорить, Римуса прельщало это предложение. В конце концов, не к этому ли он шел долгие годы? Терпел лишения в трудных путешествиях, всегда в одиночку справлялся со всеми несчастьями, ради этого он порвал с семьей, и навсегда вычеркнул из памяти образ отца, взялся за заведование Академией Магии, и муштровал самонадеянных юнцов, думающих, что магия даст им все блага на свете. Таких же самонадеянных, как и он сам, таких же упертых и честолюбивых. И теперь давняя мечта, мечта детства, сбылась, почти сбылась!.. Римус прерывисто вздохнул, и Нэвиан, смотревший на него в это мгновение, увидел, как сверкнули гордостью и властолюбивым огнем глаза этого немолодого, но еще и не старого мужчины.

- Скажи Совету, что я согласен, - неожиданно сухо произнес маг. Он отвел взгляд от своего гостя и посмотрел в окно, за которым медленно кружились пушистые хлопья. Снег стоял густой белой стеной, ни одно дуновение не нарушало торжественной и жутковато-прекрасной картины.

* * *

- Господин Верховный Маг!

Римус обернулся, пытаясь отыскать взглядом того, кто его окликнул. Немолодая полноватая женщина в простом черном платье пробиралась к нему через толпу. Он хотел идти дальше – мало ли разных людей постоянно пытаются привлечь к себе его внимание, но в чертах лица женщины  магу почудилось что-то смутно знакомое. Миг – и он вспомнил.

- Демельза?

Она улыбнулась, лучистые морщинки четче обозначились в уголках глаз, таких же синих, как и у него, не потерявших яркости за двадцать лет. Но вот лицо стало совсем другим: годы исказили красивые черты, следы перенесенных горестей отразились на нем.

Не было радости в этой встрече. Римус не выносил всего, что говорило ему о прошлом. А Дем слишком живо напоминала ту давнюю историю, о которой он старался забыть всеми силами. Конечно, чувства давно перегорели, словно горсть палых листьев в осеннем костре, но даже одного напоминания было достаточно, чтобы воскресить в памяти пережитое.

Удивление от этой встречи сменилось легким недоумением: что Дем от него понадобилось? Хотя, судя по ее немного виноватому виду, все было ясно – она собралась о чем-то попросить. В другой раз Римус избавился бы от такого просителя, но ведь это была все же его родная сестра. И все же никаких родственных чувств маг не испытывал. Давно пропала в нем любовь к Аруну, к знакомым с детства местам. Теперь Сорфадос стал для него домом.

С точки зрения любого, кто видел их на узких улицах столицы, эти двое являли собой странное зрелище: высокий мужчина в одежде придворного, невозмутимый на вид, и простая крестьянка с испуганным, настороженным взглядом.