Свет пустыни

Глава 6. Тьма дышит в спину

За ними никто не погнался. По крайне мере, пока. Чаровница и лекарь попрощались с их маленьких другом и без приключений покинули Аль- Танин. Два дня они шли верхом по пескам пустыни, а к вечеру третьего дошли до прибрежной группы городов, скорее напоминающих деревни. И как у всякого уважающего себя поселения в их стране, города эти имели добрую древнюю легенду об их основании, которую и знали и которой щедро делились все люди, проживающие в них. Ларэ и Моазу ее с радостью поведал разносчик харчевни, кою они наугад выбрали среди похожих на оживленной улице, тронутые громкостью голоса ее зазывалы. Он довольно бодро прошелся по всем важным аспектам истории, стоя при этом за стойкой заказов и ни на секунду не отвлекаясь от натирания до блеска горы вымытой посуды, которую до того бухнул перед ним посудомойщик с весьма нелюбезным – видимо, от усталости из- за рутиной работы- выражением лица. По крайне мере, Ларэ никогда не видела, чтобы кто- то также далеко от шеи умел выпячивать челюсть от недовольства.

Легенда эта сполна отвечала на вопрос, почему тринадцать небольших городов стоят в одном кругу так близко друг к другу и при этом каждый из них обособлен высоченными стенами.

А начало она брала в незапамятные для их страны времена, когда еще правила ей первая султанатская династия. Итак, жил был один староста одной очень большой деревни. И пришла на просторы этой деревни засуха. Вода в колодцах иссякла, и пришлось оставшимся в живых жителям деревни отправиться кочевать в поисках пригодных для жизни мест. Вел их староста. Муж он был уважаемым среди людей, однако, увы, больно старым. И в пути их тягостном его не стало. Зато имел муж этот тринадцать совершеннолетних детишек: двенадцать сыновей и одну самую младшенькую дочку. Предложили обездоленные жители деревни им среди себя вожака для них выбрать, который и потом, при оседлой жизни править ими будет. Поспорили братья, каждый хотел власти, только сестра их мирно стояла в сторонке, глядя, как ссориться ее семья. В итоге было решено, что пусть жители деревни сами выберут кого- то из них. Но и тут мнения разделились. Люди по этому поводу сильно рассорились, да так, что позабыли о насущной проблеме и с голоду чуть не померли. Тогда приснился младшенькой сон, рассказавший ей о том, где под землей течет пресная вода, и деревья плоды щедро носят. Рассказала она про сон людям. Тогда многие из них решили, что если сон ее правда, и девушка приведет их в такие земли, то сделают они ее своей руководительницей.

Так и случилось. В здешних прибрежных краях люди те, предки сегодняшних рамийцев, наконец, нашли покой. Но разделились. Большая часть людей возвела город под предводительством Алии – дочери их почившего старосты. Другие встали под начало братьев и построили города поменьше. И так как жители в прошлом единой деревни не желали расставаться с памятью предков и называться иначе, то все тринадцать городов вместе взятые получили название одного – Рамос. Чтобы различать города при разговоре их стали обозначать по числам. Первым Рамосом прозвали город основательницы Алии, который к тому же находился в самом центре всех городов и единственный не имеет оборонительных стен и поныне, ибо испокон веков несет флаг миротворчества.

А дальше... даже в наделении городов числовым порядком умудрились братья рассориться. Они уступили сестре, но не друг другу. В общем, опуская детали- с широкого плеча поведанных им разносчиком - в результате множество передряг как- то все- таки города определились называть друг друга, однако одиночная вражда и поныне то и дело вспыхивает между ними. Два или три города вечно находят, что им поделить. Все они обзавелись стенами и копьями, а вот уклад первого города остался неизменным. На его территории строго запрещалось хранить любое оружие, он охотно привечал гостей отовсюду и оставался безучастен к уговорам вступить в какую- либо конфронтацию с соседями. А еще повелось, что во главе его всегда стоит старшая женщина в роду из потомков основательницы и обращаться к ней принято не иначе как Матушка или Мать.

Ларэ очень заинтересовала политика первого города, и при рассказе о нем она пару раз выразительно моргнула лекарю. Тот, поняв ее без слов, молча качал головой. Девушка решила попробовать убедить его позже, когда они останутся без лишних ушей. В конце концов, коли город столь мирный, может, и для нее, несправедливо обвиненной в преступлении девушке, найдется в нем спокойное местечко на следующие лет пять- десять? Она бы устроиться в нем вполне уютно. И дворец не проявляет к Рамосу особого интереса из- за его постоянных междоусобных войн, как они узнали от того же Тахваджара – разносчик упоминал свое имя где- то между сном Алии и беспорядками за числовые звания. Только иногда послы с большой опаской пребывают в первый город, ради собирания подати, взимать которую с жителей Рамоса они в почете и страхе официально передали первому. А значит, стражники султана Ларэ не страшны. И его межведомственные, дотошные магистраты – тоже. У первого Рамоса в целях безопасности имелся свой отряд для поддержания благополучия в народе. И тот почти ничем, кроме мелких расследований о местных воришках и редких убийств наследников богатых домов, не занимался. Да, с законами у них обстояло строго. Нарушивших их навсегда высылали за пределы города с запретом в будущем посещать его даже на час или два.

Но Ларэ испытывала уверенность, что сумеет скрыть от них свою настоящую личность. Моаз в дороге поделился с ней своими опасениями, что портретами ее наверняка уже украсили стены всех ведомственных домов страны. Но с Рамосом все по- другому. Здесь о ней и не слышали.

К сожалению, Моаз не разделял ее энтузиазма. Когда их заказ из жаренной курицы с тушеной капустой был готов, и они сели вместе с ним за один из массивных столов в заведении, мужчина сказал:

- Пробудем здесь неделю другую, в будущем станет виднее так уж ли безоблачна здесь жизнь. Я не спешу уходить отсюда, но и опасаюсь задержаться, Ларэ. В любую секунду в эту дверь, - девушка невольно бросила взгляд в сторону распахнутой в сторону улицы двери заведения, - могут вбежать посыльные магистрата. Пусть воины султана и не патрулируют города Рамоса, как все остальные в Эре, но это не значит, что они не придут сюда за нами.