Свет во тьме

Глава 2

 Новый мир встретил меня весьма недружелюбно.

Первое, что я ощутила, был холод, пронизывающий и беспощадный, словно он пытался пробраться под кожу к костям и забрать то тепло, что еще было у меня, а его осталось совсем немного. Затем я почувствовала сырость, а за ней была жажда. Хотелось пить, в горле все пересохло и саднило, будто по всей его поверхности кто-то нанес мелкие резанные ранки, которые совсем не спешили заживать. Складывалось ощущение, будто во рту не было и капли воды два, а то и три, дня.

За жаждой появились шум и восприятие окружающего мира. Таким образом я поняла, что мне холодно не только из-за прохладной погоды, а ещё потому что моя одежда была насквозь промокшей, отчего меня трясло и стучали зубы. Вскоре стало ясно, что я в море или океане, а точнее на судне посреди воды, так как в нос ударил запах рыбы и соли, исходивший от моих волос.  Только после всего этого я закашлялась, окончательно оказавшись в чужом мире. Почему меня никто не предупредил, что перемещение может быть таким мучительным?

- Она жива, Демм, - послышался голос совсем близко, будто человек был надо мной. Вставать или открывать глаза мне не хотелось, большее желание вызывала мысль об безвременной кончине. Это было куда лучше, чем замёрзнуть в мокрой одежде и провонять рыбой. Не зря у меня было плохое предчувствие.

Поверхность подо мной мерно покачивалась, а значит я была на корабле, может на любом другом большом судне, чтобы иметь такую просторную ровную палубу как та, на которой я лежала. Хоть что-то было хорошее в моем феерическом приземлении, но едва ли это можно было занести в плюсы Мармандиса.

- Хвала Богам! – воскликнул другой голос, приближаясь. Мармандский непривычно резал слух, будто насмехаясь надо мной и моим упрямством в нежелании его учить. - Я думал, что и она представилась перед создателями. Молоденькая ещё. Жаль было бы хоронить такую красотку.

- Меньше болтай и предупреди Леер, - первый мужчина с более грубым голосом подхватил меня на руки, даже не дав привыкнуть к окружающим меня «приятным» факторам и, так сказать, прийти в себя, и куда-то понес.

Я могла бы возмутиться, но не хотелось открывать глаза, пока меня трясло от холода. Я решила подождать и понять, что происходит вокруг, не видя сам мир. Под мерный и широкий шаг мужчины я трепыхалась в его руках, как селёдка. Мне нужно было выглядеть правдоподобно бессознательной, но как бы этот человек ни старался, его обращение даже с натяжкой нельзя было назвать аккуратным. Я едва сдержалась, чтобы не поморщиться от запаха немытого тела. Я, конечно, читала об особенностях Мармандиса в части гигиены и соблюдения элементарных правил ухода за собой, но одно дело знать, а совсем другое - столкнуться с ним.

Меня несли недолго, и когда я почувствовала тепло, мне даже не дали насладится эти ощущением, грубо бросив на что-то твердое. Возможно, кровать, но почему она ощущалась как камень? Не могли сделать ее помягче? Спасибо, что хоть с ветра убрали. Не дует и уже хорошо. Ещё бы дали горячего чая и плед и можно было бы и встретиться с этим миром, но на такое счастье рассчитывать не приходилось.

- Позаботься о ней. Девчонка оказалась счастливицей, - прохрипел мужчина и вышел, а с ним ушел и запах грязной одежды. Никто ему ничего не ответил, и я вообще засомневалась, что его кто-то слышал.

Деваться было некуда: пора было или открывать глаза и узнать что-нибудь не из книг о мире, в который я попала, или продолжать притворяться и мёрзнуть. Выбор был невелик и слишком очевиден, как по мне. Немного поворочавшись, я открыла глаза, а женщина, выглядевшая, как мама, с сединой в волосах и добрым взглядом, как раз доставала из печи казан с горячей водой. Рядом была миска, очевидно с прохладной водой, куда она и вылила кипяток.

Мне захотелось тут же поправить ее, рассказать, что есть более простые способы подогреть и разбавить воду, даже на суднах давно придумали куда более комфортные технологии, но вовремя вспомнила, что они другого не знают, я здесь чужак и вмешиваться в образ их жизни, я не только не имею никакого морального права, но также это чревато большими последствиями. Вмешиваться в их ритм развития мне было запрещено. Интересно, как часто придется сдерживать себя, пока я здесь?

- Где я? – спросила я скрипящим голосом, почувствовав, как горло начали раздирать десятки лезвий, оно и понятно, после солёной воды и, возможно, длительной жажды, можно ощутить и не такое, но и в этом приятного было мало.

Мне осталось непонятным, как я не заподозрила, что меня выбросят в открытое море. Я же знала легенду о кораблекрушении, стоило догадаться, что для достоверности меня искупают. Нужно было ещё в Ламарисе, пока было время, попросить подкорректировать легенду, но нет, я потратила время на напрасные сетование, вместо того, чтобы позаботиться о себе. Вряд ли бы для меня что-то стали менять, но в таком случае было бы спокойнее знать, что я хотя бы пыталась.

- Рыбацкая шхуна. Кайс подобрал тебя среди обломков корабля. Ты была холодной и бледной, но ему показалось, что ты жива, - так вот почему тут все пропахло рыбой? От этого запаха прям воротило, но деваться было некуда, если эти люди занимались рыболовным промыслом, здесь этот запах будет преследовать меня везде. И все же тут лучше, чем в море, - Ты что-то помнишь о себе, девочка? Откуда ты? Где твоя семья?

- Караин, - прохрипела я, стараясь совладать со своим голосом, который так и не хотел подчиняться мне, - Астория Караин. Каракут.

- Какое имя видное, ты ведь из господ, так ведь? Живут же у нас одни Караины, должно быть, ты их дочь, - покачала головой женщина, сразу как-то растерявшись, будто никогда не имела дело со знатью, - Мне нужно тебя переодеть, девочка, сможешь приподняться?