Светлана и дракон

2

Через пять минут пути, когда в окне кареты прочно утвердился однообразный пасторальный пейзаж, Лиззи начала нервничать и задавать вопросы. Мы это проходили, знаем: сомнения, охи, вздохи и смирение, но ненадолго. Каждый раз по кругу.

— Леди Светлана! — обратилась горничная, нервно теребя в руках край большой вишневой шали. — А если Наталию выберет дракон? Это же будет обман!

— Насколько я знаю, они проверяют совместимость магией или как-то так, поэтому не выберут. Но вообще мне непонятны эти их мистификации с годом рождения и происхождением. Чем их не устраивают обычные человеческие девушки? И что это за странные драконы, которые предпочитают нас драконессам?

— Ой, не знаю, леди. Но чувствую, зря мы это все затеяли. Куда вы пойдете одна-одинёшенька? Если ваши родители узнают, что я вам помогала, меня прибьют. Может, мне с вами уехать на год?

— Тогда мои родители найдут меня уже через сутки. Нет уж, обратно поедешь. А я поживу в квартирке Наталии. Средств у меня предостаточно — буду много читать и гулять по Мильсу. Хороший городок, по словам моей сообщницы.

— Где вы ее только нашли?

— На ярмарке в столице. Она показалась очень похожей на меня: каштановые кудрявые волосы, зеленые глаза, невысокая. Даже нос точь-в-точь мой — идеальный вариант.

— Рисковая девица, однако же! Это надо ж было согласиться на подлог! Против закона!

— Есть такое. Однако, денег, которые я дам, ей хватит, чтобы открыть по приезде домой свою булочную, как она мечтает, а не прозябать как сейчас в гувернантках. Тем более, обвинять все равно будут меня, а не ее. Что возьмешь с обычного человека?

Лиззи замолчала, продолжая переживать. Положа руку на сердце, горничной, в отличие от Наталии, действительно может достаться: родители ее точно уволят, если узнают. Но я подстраховалась и передала ей сумму годового жалованья в качестве компенсации на случай провала.

Средства у меня были. Несколько лет подряд я разыгрывала очень расточительную дочь и просила у папы деньги на разные покупки, которые были только предлогом: я ездила на ярмарку, делая вид, что трачу золото налево и направо, а на самом деле складывала все в свой специальный сундучок. Такая предусмотрительность позволила мне накопить очень хорошую сумму – и для Лиззи, и для Наталии, и для себя. Я была собой горда.

Все накопленное на мой год свободной жизни лежало сейчас в мешочке, который я спрятала во внутренний карман пальто ближе к сердцу. До пансиона мы должны были добираться чуть больше суток, сделав первую остановку в Присте — небольшом городке, в котором сейчас меня уже ждала Наталия. Мы договорились, что она снимет номер на хорошем постоялом дворе, где вместо нее буду ночевать уже я, а в мою карету должна будет сесть поддельная Корджиа — расчет был на то, что кучер не обратит внимания на подмену. Фил был славный малый, неразговорчивый, но исполнительный. Он не имел привычки глазеть на господ, а потому я очень надеялась на эффект, который произведет моя одежда и Лиззи: по плану она возьмет все на себя и будет громко обращаться к самозванке, используя мое имя и титул.

Остаток пути до Приста Лиззи вязала, а я читала вслух — грамоту девушка знала, но книги в руках держать не любила, предпочитая слушать разное, особенно истории про драконов, которые казались ей загадочными, величественными и в ее фантазиях очень привлекательными. Я поддалась на уговоры и достала книгу про Сгардор, но не роман, а общий справочник. Всем, кто направлялся в пансион, заранее отправляли эти книженции, чтобы мы смогли проникнуться небывалым счастьем изучения мира своих будущих мужей. Я как раз начала читать главу про культ древней богини драконов, а теперь продолжила делать это вслух. По сути, книга больше вызывала вопросы, чем отвечала на них, но в общих чертах становилось понятным, что великие и ужасные ящеры очень сильно зависели от воли богини Шакарры: она могла лишить их чего-то, о чем точно не говорилось. И чтобы не лишиться этого самого, они совершали какие-то ритуальные действия, посещая место под названием «Ауркиронис».

Когда я дочитала параграф Лиззи, она оторвала глаза от вязания и спросила:

— А что они там делают? Молятся?

— Вполне возможно, — согласилась я. — Но почему-то нигде не говорится, что это храм. Зачем, скажите на милость, делать столько тайны из религиозного культа? Допустим, они не хотят стать уязвимыми, но вряд ли кто-то бросится ломать Ауркиронис, чтобы им напакостить. Вот мы: ходим в храмы, приносим дары богине жизни и плодородия Эриус и не скрываем этого.

— Ой, я ж забыла рассказать, — вспомнила что-то интересное Лиззи. Она заерзала на месте, а ее глаза загорелись в предвкушении: девушка готовилась выдать сенсацию.

— Давай, Лиззи, в подробностях и не торопись, нам еще долго ехать, — подбодрила я, а горничная прокашлялась.

— Я ж вчера как раз в город в храм ходила, хотела у Эриус попросить жениха хорошего. Так вот, встретила там я горничную Валлины…

— Валлина? Это та таинственная дочь Константа Россели?

— Да-да, она тоже драконья невеста. Вот хорошо, что ее отец десять лет в монастыре держал, и она вас не знает. Говорят, очень строгий он, боится, что дочь загуляет с кем-нибудь, если в мать пошла. Та уж больно падкая на мужчин оказалась: бросила семью, уехала с молодым любовником... М-да... И, кстати, повезло, что вас ни на один бал не пускали! Вот встреться вы с другими невестами — хоть с Россели, хоть ещё с кем, беда была бы: нашу Наталию в пансионе сразу на чистую воду вывели бы… О чем это я? Ах, да! Валлина!

— Не томи! Так что горничная? — загорелась любопытством я, подавшись к Лиззи. Каюсь, сплетни я любила, оправдывая себя тем, что хочу научиться разбираться в людях, и именно поэтому с удовольствием слушаю пикантные истории о них.

— Так вот, – сделала драматическую паузу Лиззи, — она не девственница!

— Кто? Горничная?

— Тьфу ты! При чем здесь горничная? Я про Валлину!

— Прости меня, конечно, но зачем, ради богини, служанка рассказала тебе это? Она предала свою госпожу?