Светлана и дракон

7

В попытке достать золотой слиток, я резко рванула вперед на несколько шагов и упала на колени, сделав вид, что меня тошнит. Меня и на самом деле мутило, но сейчас я усилила эффект.

— Эй, ты чего, ненормальная? — спросил кто-то из мужчин.

— Нет, мне просто плохо, — нарочито громко кашляя ответила я.

— Тяжелая, что ли? Я знаю, баб часто полощет в это время, — предположил какой-то знаток женского здоровья.

— Всего лишь трупы не люблю, — сдавленно ответила я, а сама тем временем нащупала заветный слиток.

— И поэтому бросаешься в его сторону? — подошел к нам Кот. Я действительно своим прыжком значительно приблизила себя к мертвому вознице, что противоречило и моим словам, и здравому смыслу.

Разбойника это насторожило. Я стояла на коленях, а Кот поднял ногу и толкнул меня своим сапогом. Вполсилы, но все же ощутимо: со стоном я завалилась на бок.

— Вставай! Хватит разыгрывать! Говори, что тебе нужно было? Что ты взяла? Покажи руки!

Меня прошибло холодным потом, однако я успела схватить с травы еще и зеркальце. Ручной работы, серебряное с позолотой, оно было невероятно красивым, поэтому могло сработать. Пока вставала, запихнула яйцо в рукав, а главарю протянула на ладони блестящий аксессуар. Он недоверчиво прищурился и приказал показать обе руки.

— Это все из-за этой безделушки? Тебе она нужна? — спросил, не отводя глаз, словно проверяя мою реакцию и пытаясь понять: вру или не вру.

— Вы знаете, сколько стоит эта безделушка? К тому же, это мама покойная подарила, – сочиняла я, не моргнув глазом. Надеюсь, леди Лоранна никогда не узнает, что я ее на время похоронила.

— Дай сюда! Кто знает, как ты решишь его использовать: может, свои вены вскроешь или мне глотку осколком перерезать захочешь, – насмешливо бросил бандит. Похоже, всерьез он меня не воспринимал, а потому и злился как-то лениво. — Красивая штука, и правда. Я и забыл, что такие цацки могут быть дорогими. И откуда у твоей матери это богатство? Придется разобраться с тобой повнимательнее, — цокал языком бандит, оценивающе и с разжигающимся интересом глядя на меня.

Кот еще минут пять задавал вопросы. Мужчина подозрительно щурился, о чем-то размышляя и ловко подбрасывая мое зеркальце в руке. Как могла отвечала на вопросы, стараясь не запутаться в своем вранье, поеживаясь под цепким взглядом разбойника.

Я говорила, заставляя себя не отвлекаться, хотя повод для этого был. Мне так же, как и утром начало казаться, что золотое яйцо стало теплым и продолжает нагреваться, а в нос ударил густой древесно-смоляной аромат — даже захотелось оглянуться, нет ли поблизости Риона. Похоже, эта золотая штуковина не так проста. Возможно, это какой-то артефакт. Но как он действует? Для чего он?

Я боялась, что яйцо начнёт жечь руку, но ничего подобного не произошло, а через некоторое время и тепло, и наваждение вовсе исчезли.

К этому времени разбойники готовились покинуть место преступления. Облив дилижанс и разбросанные вещи пассажиров какой-то жидкостью, бандиты начали вскакивать в седла и ожидать команды главаря. Меня подвели к коню, которого до этого распрягли из нашего дилижанса. На нем уже были закреплены упряжь с седлом. Трое таких же скакунов ожидали моих спутников. Мне подумалось, что разбойники оказались очень предусмотрительными, коль таскают с собой запасные седла. Однако позже из разговора я узнала, что они вместе с упряжью лежали в дилижансе в коробе для багажа — возница зачем-то вез их в столицу.

Меня подсадили на коня, не дав в руки поводья. Кот забрал их себе. Такая же картина наблюдалась и с остальными пленными: разбойники вели лошадей, на которых те сидели, не разрешив самим управлять животными. Пока никто на меня не смотрел, я засунула золотой слиток в корсаж, чтобы освободить руки, и ухватилась за луку седла. Это было весьма неудобно, и когда мы перешли с шага на галоп, чтобы не слететь на землю, я вцепилась своему коню в гриву.

Перед тем как покинуть это трагическое для нас и удачное для разбойников место, один из мужчин бросил свой факел в сторону экипажа. Попав на залитые горючей жидкостью предметы, огонь мгновенно взвился до небес, похоронив под собой все наше имущество, дилижанс и труп кучера. Вот и все. Люди, которые будут проезжать тут, увидят только выжженную землю.

Наш путь продлился достаточно долго, чтобы устать и захотеть спешиться — мне требовалось срочно размять ноги. Я не представляла конечную цель нашей скачки, но жаждала прибыть уже хоть куда-то. Однако, в такие минуты воображение подкидывало картины того, что меня ждет по прибытии, и я мгновенно наполнялась силами ехать верхом до бесконечности.

И все же спустя несколько часов наш конный отряд остановился: мы находились в лесу на небольшой поляне. Один из разбойников подал сигнал, подражая крику совы. В ответ раздался крик кукушки, и к нам вышло еще человек десять разбойников. Мужчины начали переговариваться, делиться новостями. Пленникам пока не давали спешиться — наших коней повели под уздцы, казалось, в самую чащу. Однако выяснилось, что дремучесть окружающего леса была кажущейся, и через несколько рядов деревьев мы попали в удивительный мир разбойничьего поселения.

С десяток хижин, замаскированных терновником, сухой листвой и ветками, несколько кострищ, мишени для стрельбы из лука и метания ножей — вот что я увидела в этом маленьком лесном городке. Разглядеть при свете луны все подробности было невозможно, да мне и не хотелось узнать лишнее и стать опасными свидетелем. Впрочем, это было неизбежно, и выживание теперь зависело исключительно от моей ловкости и смекалки. В своем выводе я еще больше утвердилась, когда пленившие нас разбойники сняли платки со своих лиц, не страшась, что мы их сможем кому-либо описать: теперь надежда, что нас отпустят, умерла. И был шанс, что с нами произойдет то же самое.

Не скрываясь, я вглядывалась в лицо главаря, пытаясь понять, что он за человек. Судя по тому, как с ним разговаривали оставшиеся в поселении мужчины, Кот действительно был тут непререкаемым авторитетом, и многое, в том числе моя жизнь, зависело именно от его воли.