Светлана и дракон

8

На некоторое время на поляне воцарилась тишина. Замерли все. Никто не знал, как реагировать. Вроде бы ясно, что я что-то сотворила с главарем разбойников, но никто, включая меня, не понимал, что. Оживил всех выкрик, который неожиданно мне помог.

— Это драконья магия! Я видал разок такое. Магический огонь! Драконья, да! Люди ею не владеют! Это дракониха! — заорал во всю глотку один из бандитов, тыча в меня пальцем, а я чуть не крикнула в ответ, что нет такого слова, чистокровных нужно называть драконессами в человеческом облике и драконицами во второй ипостаси. Слава богине, сдержалась, а мой нежданный спаситель продолжил орать:

— Не подходите к девке! Если покалечим или попытаемся, то все сгорим!

Уж не знаю, что такое ужасное успел пережить этот "вестник смерти", но его страхи сыграли мне на руку. Увидев, что ринувшиеся было ко мне разбойники отпрянули, я поняла, что прямо сейчас нужно использовать ситуацию в свою пользу, пока мужчины не пришли в себя.

– Лиссу и Нариту сюда, быстро!

– Что? — прорычал Бешеный.

Похоже, теперь первый по авторитету в банде он, и, скорее всего, именно этот головорез — следующий главарь, так что переговоры вести следует именно с ним.

— Рыжую и брюнетку сюда! И коней! Быстро! А то сгорите все!

Сейчас мне очень пригодился навык командовать, точнее, даже не мой, а остальных леди Корджиа. Я вспомнила, как гоняют слуг Марьяна и мама, и просто скопировала их тон.

Оказалось, что желание убить меня у Бешеного было сильнее страха, поэтому он вытащил нож и все же ринулся ко мне, но остальные разбойники были более осторожны и чувствительны. Они бросились ему наперерез, окружили и стали уговаривать отпустить нас на все четыре стороны. Бандит бесился, но доводы его подельников были очень убедительны, да и численно на их стороне был явный перевес: кроме самого Бешеного никто не согласился на меня напасть. Очень уж пугал всех обугленный труп Кота.

— Девки могут выдать нас, – привел вполне весомый контраргумент Бешеный.

— Мы уйдем отсюда раньше, чем они доберутся до людей. Зато не сгорим живьем! — парировал кто-то.

Через десять минут обсуждения победил страх «драконьей кары». Мужчины вывели коней и девушек. Я не знала, успели ли бандиты что-то сделать с ними, но в тот момент это было неважно. Главное, обе подружки могли идти, и уж тем более ехать. Необходимо было срочно покидать это место, пока разбойники не опомнились и не решились все же испытать мои псевдомагические возможности.

В седла мы все трое взлетели словно лихие наездницы. Направление нашего пути выбирать не приходилось: с этой поляны шла только одна более-менее удобная для скачки тропа, по ней мы прибыли сюда. Я выехала на дорогу первая и пустила лошадь галопом, Лисса и Нарита последовали за мной. В какой-то момент я почувствовала инстинктивное желание свернуть на узкую тропку, уходящую в лес, и девушки не стали оспаривать мое спонтанное решение. Мы замедлили шаг коней и направились сквозь кустарник, высокую траву и ветки деревьев, которые больно хлестали нас по лицу. Лунный свет еле-еле проникал в эту чащу, поэтому через полчаса я услышала первый ропот со стороны своих спутниц.

— Зачем мы свернули сюда? Куда мы едем? — со всхлипами спросила Лисса.

— Да, я тоже не понимаю, за каким мы мучаемся? Не лучше ли вернуться на нормальную дорогу, она должна вывести на главный тракт.

— Нас там могут искать, — возразила я.

— Но нас отпустили. Зачем им гнаться за нами?

— Могли одуматься, понять, что мы беззащитны и неопасны. Все возможно, — устало отозвалась я.

Я ответила на вопрос, но на самом деле мною руководила вовсе не логика: я действовала на уровне инстинктов, наличие которых у себя обнаружила только сегодня. До этого я смела надеяться, что являюсь разумной особой, которая не поддается эмоциям и всегда действует с головой. Но последние сутки полностью опровергли это глубокое заблуждение.

Я уже собиралась объяснить все это девушкам, когда мой конь громко заржал, а потом, словно в панике или страхе, начал дергаться, бить копытами, пытаясь сбросить меня. Сколько я ни пыталась его осадить, ничего не получалось. Конь ринулся вперед, потом резко остановился и подскочил, дернув крупом так, что я не смогла удержаться и вылетела из седла, больно ударившись о землю. На этом мое падение не закончилось: оказалось, я упала на край косогора, а потому мое тело начало катиться вниз, получая все больше ушибов и порезов. Сначала я слышала тревожные выкрики девушек, а потом налетела на камень, стукнувшись о него виском. Вспышка перед глазами, потом темнота. Я потеряла сознание.

***

Очнувшись, почувствовала, что у меня горит лицо. В голове мгновенно пронеслись картинки обуглившегося Кота, поэтому я в панике подскочила, пытаясь спастись, однако ноги подкосились, и я опять свалилась на землю. Стало понятно, что опасности нет: оказывается, некоторое время я провалялась без сознания на дне небольшого оврага, а в лицо, обжигая кожу, прямой наводкой светили яркие солнечные лучи.

Я не стала кричать и звать Лиссу и Нариту: было понятно, что девушки давно покинули меня, потеряв в темноте. Думать о том, что они просто не стали утруждаться и лезть в овраг, не хотелось. Посмотрев на себя, поняла, что имею вид огородного пугала: рваное грязное платье, отсутствие одной туфли, грязные обломанные ногти, и, подозреваю, красное обожженное на солнце лицо. И тем не менее, я — жива! Надо мной не надругались, меня не убили и помогло мне мое золотое сокровище. Вспомнив о слитке, дрожащими руками полезла себе в корсаж, молясь богине, чтобы яйцо было еще там. Нащупав его, облегченно выдохнула. Я поблагодарила судьбу, подарившую мне моего случайного любовника, и похвалила себя за свою фривольную натуру, которая затащили меня в постель к огненному. Это спасло меня от ужасных последствий нападения разбойников. И пусть кто-то попробует после этого мне сказать, что случайные связи на одну ночь — это плохо!