Светлана и дракон

20

Подскочили мы с Рионом одновременно, и, спешно поправляя одежду, имели возможность наблюдать за настоящим чудом. Фигура Ральма за секунду увеличилась до огромных размеров, и в итоге он превратился в призрачного золотого дракона, заполнившего собой всё помещение. Ящер невиданной красоты посмотрел на нас, а затем встрепенулся и расправил крылья. Взмахнув ими несколько раз, он устроил в храме настоящий вихрь: во все стороны полетели тысячи ослепительных золотых брызг, которые осели на стенах, потолке, алтаре, а также на нашей с лордом одежде. От резкого лучистого света было больно глазам, и я отвела их, взглянув на своего спутника, тут же натолкнувшись на очередное волшебное зрелище. Искры, полетевшие в Риона, закружились хороводом вокруг него словно рой безумных пчел, их полет становился все стремительнее, а чуть позже блестящие точки, меняя траекторию, начали притягиваться друг к другу. Постепенно они слились в одну кроваво-красную тучу, которая понеслась ко мне и врезалась в район моей груди, в мгновение ока впитавшись в нее.

Вздрогнув, я ожидала последствий этого непонятного действа, но они все не наступали. Каюсь, у меня в голове мелькнула одна шальная мысль. Очевидно, что магия нас с лордом Танавершас сейчас заметила и отметила, и я подумала об истинности или избранности, как называли это драконы. Я одна из нас двоих знала, что являюсь потенциальной драконьей невестой, которая провела свою первую ночь с крылатым сгардорцем. Кроме того, меня тянуло к Риону, да и сам лорд определенно считал меня достойной своего внимания. Так, может?..

— Я же говорил, что наш договор активируется с момента возвращения магии. Теперь я вам должен потерю памяти, сударыня. В случае, если не сделаю этого, то мне хана, — улыбнулся дракон.

Если я и ожидала, что магия поможет учуять ему во мне ту самую, что огненный увидит меня, начнет озверело обнюхивать, взглянет другими глазами и растечется лужицей у моих ног, то я глубоко ошибалась. Рион был спокоен — в отношении меня, но очень взволнован в целом. Больше он ко мне не прикасался и почти не обращал внимание, глядя куда-то вверх.

Я проследила за его взглядом и тоже так и осталась с задранной головой.

— Поиск закончен! Магия вернулась! Берегите ее! — раздалось с потолка. Разговаривала с нами фреска прекрасной женщины. Этот факт стал для меня настолько сильным потрясением, что я пообещала себе вообще ничему больше не удивляться. Мне стало понятно: в Сгардоре возможно абсолютно все.

— Богиня Шакарра! — воскликнул Ральм, преклонив колено, и я на, всякий случай, повторила за ним, а то мало ли что.

Через секунду в Ауркиронис ворвались король и лорд Танавершас-старший, а за ними спокойно, без спешки и суеты вошел черноволосый дракон.

— Поздравляю, мальчик мой, магия вернулась! – воскликнул отец Риона. Правду говорят, что для родителей дети навсегда остаются детьми. Вот и Авэрион в свои сто с хвостиком, все еще был «мальчиком» для своего отца.

Мы вскочили с Рионом на ноги. Отец бросился обнимать сына, за ним и король. Мужчины оттеснили меня в угол, откуда я наблюдала за их возбужденным обсуждением чуда. Морозный лорд в этом не участвовал: он, как и я, стоял и молча смотрел на сверкающие стены храма и Ральма, который вновь вернул свою миниатюрную форму и уселся на свое законное месте на алтаре. О чем думал черный лорд, я не знаю, но в его аромате сквозила досада, разбавленная толикой трепета и почтения.

Не останавливаемая никем, я подмигнула моему божественному Хрустику и вышла из Ауркирониса. Увидев, как изменился мир снаружи, я застыла столбом в восхищении. Сгардор наполнился волшебством, заиграв магией цвета, звука, жизни и чувств. Даже воздух стал немного другим: гуще и вкуснее. Драконий дворец сверкал словно драгоценный камень, стены которого больше не выглядели пряничной глазурью, теперь это было нечто помпезное и сшибающее с ног своей пронзительной яркостью. Большой фонтан тоже изменился, вскинувшись многоцветьем и выплевывая вместе с водой из своих недр ослепляющие снопы искр. Обычные серые булыжники, которыми была вымощена площадь, превратились в самоцветы или что-то очень на них похожее. В общем, весь окружающий пейзаж посрамил бы сейчас любого павлина, заставив того чувствовать себя унылой серой мышью.

Это было прекрасно. Я оглядывалась по сторонам, щурясь на ярком солнце и радуясь, что все закончилось хорошо, и скоро я смогу вернуться в Хмырищи. Признаться, мне очень не хотелось забывать все это: драконий мир и, главное, жаркие объятия алого дракона. Мне понравилось быть страстной, непредсказуемой и немного безумной. У себя дома такое я себе позволить все же вряд ли смогу: как бы ни были свободны нравы людей, потерять панталоны в карете — это не для леди Корджиа.

Пока я отдавалась на волю мыслей и эмоций, драконы вышли из храма. Его величество поднял руку и сообщил во всеуслышание:

— Лорд Авэрион Танавершас благополучно завершил Поиск и подтвердил право своего рода на наследование.

Раздались аплодисменты, принцесса опять воспользовалась возможностью и подбежала к алому лорду, прижавшись к нему в порыве чувств, преувеличенно бурных, я бы сказала. Реакция мужчины и в этот раз была сдержанной, и вместо того, чтобы обратиться к принцессе, Рион нашел меня глазами, а я не отвела свои. Мне показалось, что через взгляды нас связала сейчас почти осязаемая крепкая нить. Сделай Рион шаг назад, я бы последовала за ним, отступи мы одновременно, нить причинила бы боль.

Лорд отвернулся от ее высочества, а потом, глядя на меня, приложил руку к сердцу и произнес беззвучно одними губами: «Благодарю за помощь!» Это было ритуальное выражение, а еще это было убийство волнительного момента нашей близости, которая, похоже, оказалась просто плодом моего воображения. Все, что я благодаря дару чувствовала от огненного по отношению к себе, это признательность и озабоченность. Пора было признать, что моя непонятная увлеченность Рионом требует переосмысления. Мне нельзя завязнуть в этой страсти, как и в драконьем государстве, собственно. Пора выбираться из всех этих драконьих лап.