Светлая заноза для черного мага

ГЛАВА 3. Логово черных магов изнутри.

Так в тишине мы добрели до железных ворот замка Тенебрис и я даже прикрыла глаза, аккуратно трогая знакомый с детства широкий засов, прислушиваясь к ощущениям. Черные всегда говорили, что на родной земле ощущают небывалый прилив сил… Интересно, а что испытывают белые? Я испытывала страх, сильное потоотделение и нервозность!

Где-то над головой противно потрескивал воздух, как будто кто-то прямо над головой творил черное заклинание. Я недовольно задрала голову и успела уловить темные всполохи. Так-с, сколько на мне артефактов от черной магии? Надо бы посчитать… и понять хватит ли их, или черная магия обрушиться на голову одной несчастной белой магианны, которая притащилась в логово черных магов в надежде остаться незамеченной! Да, незамеченной с вороньим гнездом на голове или в истлевшем платье и кружевных белых панталонах оставаться незамеченной будет сложновато…

Теплая рука дотронулась до моей ладони, я резко обернулась и уставилась на Фроста.

— Ты хотела быстрее оказаться внутри, а сейчас медлишь?

— Просто задумалась, — и резко добавила, — а может ты первый? Я… как-то отвыкла от сюрпризов, — и скосила глаза в сторону башни, над которой мгновение назад видела черные всполохи.

— Это Ванесса. Она готовит сюрприз для всех нас на праздники.

— Огненный вихрь или, может быть, разноцветные всполохи возмездия? — произнесла я тихо, кое-как припоминая черные заклятия, подходящие к «случаю».

— Нет, Ванесса не способна на подобное! Она хочет устроить… снег. Романтично, ты не находишь?

Я нервно осмотрелась вокруг. Снега было удивительно много, хотя обычно в Тенебрисе снег — это редкость! Замок казался укутанным в серебристое одеяло, словно скульптура, сотканная из инея и лунного света. Где-то сверху снова противно затрещало и я вздернула голову, пытаясь рассмотреть процесс «сотворения снега» над замком. Троюродную сестру Ванессу я не увидела, а вот плод ее магии обрушился на нас с Фростом снежным комом. И спасибо Гемблу, он успел прикрыть нас прозрачным куполом и только пара снежинок неторопливо опустились на мое лицо, нахально задерживаясь на кончике моих ресниц. О, да! Чудо! Сотканное из холода, тьмы и … света!

— Мелисса, ты в порядке? — произнес мужчина тихо. И больше ни звука не раздалось в пространстве. Странная такая тишина, говорящая. Только тихий шелест падающего снега, даже страшно было нарушать эту тишину своим ответом. И все же я произнесла тихо:

— Спасибо, я не успела среагировать. Засмотрелась на снег.

— А я засмотрелся на тебя.

— Что? — произнесла тихо и повернула голову к Фросту, рассматривая его красивое, застывшее лицо.

— Ничего, Мэл, давай зайдем внутрь. Ванесса может повторить свой фортель, а я снова могу… проворонить этот момент, — и мужчина взял меня за руку и решительно отодвинул засов, помогая зайти на территорию замка. Выдергивать руку я не стала, все же хотелось быть рядом с Фростом, если черная магия вновь ударит по мне.

Мы медленно прошли по дорожке, запорошенной снегом, обогнули несчастную елку, у которой из сугроба виднелась лишь макушка, и, наконец, вошли внутрь. И снова тишина. Никто из домашних встречать меня не вышел. Не то, чтобы я рассчитывала… среди черных магов не принято гостеприимство, но все же хотелось увидеть деда и отца, которых я не видела почти полгода. И да, скучала!

— А где все? — произнесла я, спокойно осматриваясь. В замке Тенебрис ничего не изменилось. Холл по-прежнему напоминал склеп, такой же мрачный, пустой и темный. Правда, кто-то прилепил на панорамные окна бумажные снежинки и приволок елку из леса, приткнув ее прямо с корнями сбоку у двери, рядом с вешалкой. Дерево было жаль. Не думая, я взмахнула ладонью, и елка заискрилась бледненькими магическими всполохами. Вуаля, и бедное растение было помещено в удобную шикарную кадку, обильно полито и украшено цветными огоньками.

— Народ отправился на предпраздничную литургию к склепу предков. Их не будет до утра. В замке только я, ты, Ванесса, Лили и ее дочь Джоан, — произнес Фрост а потом тихо спросил, — Мэл, зачем ты оживила елку?

— Что?

— Это был школьный гербарий Джоан, дочки Лили. Она не хотела с ним расставаться и потому притащила сюда, чтобы… похвастаться. Юная черная ведьмочка самолично высушила елку и украсила ей холл… А ты…

— А я считаю какие Новогодние праздники без живой елки! Эта традиция, Фрост. А огоньки просто… радуют взгляд, — я чувствовала, как горят уши и щеки, знала, что румянец медленно, но верно окрашивает лицо. Знала и потому бросилась к лестнице, что вела в Восточную башню, в которой располагалась моя комната. К слову, на лестнице не было никакого освещения и цвет моего лица был менее заметен, чем в холле, где все искрилось и мигало от ярких огоньков.

Фрост пошел за мной, не отставая ни на шаг. В его руках по-прежнему болтался мой саквояж и да, я следила, чтобы маг по дороге не потерял мои вещи или, чего доброго, не сотворил с ними какой каверзы, раньше Фрост был тем еще затейником и всегда придумывал гадости, направленные исключительно на меня! Да по его вине на моей, тогда еще черной голове, появилась первые седины!

— А это хорошая идея, — произнес тихо Фрост.

— Что? — выплыла я из своих невеселых дум.

— Оживить елку белым заклинанием! К слову, я хочу такие же огоньки на окна в свою комнату, наколдуешь мне их, Мелисса?

— Считаешь меня наивной дурочкой, Фрост Гембл. Так, между прочим, за такое предложение можно и проклятье схлопотать! — бросила через плечо недовольный взгляд.

— Проклинать до ужина — плохой тон, — хмыкнул Фрост и улыбнулся.

— Я так полагаю, что ужина ждать не придется…

— Я могу наколдовать тебе сочный бифштекс, а ты мне огоньки. Идет? — весело улыбнулся Фрост, и его улыбка медленно превратилась в кривую гримасу. Да, искренне улыбаться черный маг не умел. И тем более, это казалось странным сейчас, когда я видела, что Фрост пытался… искренне улыбнуться. И я ускорилась, пытаясь быстрее оказаться в тишине своей комнаты. Быть рядом с Фростом мне не хотелось. Уж больно странно реагировало на него мое собственное тело.