Светлолесье: сквозь огонь иди со мной

Размер шрифта: - +

Глава 1. Серебряное солнце

С улицы донесся крик.

Я выглянула в окно, но как оказалось, зря: на нашей улице вновь не смогли разминуться заморские купцы. Поклажа осколками разметалась по мостовой, а сами незадачливые хозяева потрясали друг друга за грудки.

- Давай, проучи его! - подначивали, заливаясь смехом, наемники.

Я вздохнула, потянулась, и, убедившись, что драки все же не будет, подняла взгляд на небо: хорошая, дивная ночь легла на Сиирелл, озарив наш островной городок первыми звездами.

- "Город, никогда не искавший покоя", - пробормотала я строчку из песни Фета и усмехнулась.

Внизу колыхались нескончаемые тенета бельевых веревок - предмет особой любви воробьев и чаек. Под ними, на узкой улице, кипело и волновалось людское море; слышались зазывные крики лоточниц, жалостливое мяуканье и редкие удары колоколов из порта.

Доносящийся же с первого этажа гам и хохот свидетельствовал о том, что основная часть моих зрителей подтянулась в корчму «Вольный ветер».

Вздохнув, я вернулась в комнату - времени на сборы оставалось все меньше.

 Опустившись на щербатый пол, я отыскала в подкроватных недрах перевязанную жесткой веревкой ткань, и, освободив от пут и выцветшей обертки, извлекла своё сокровище на свет. С наслаждением запустив пальцы в алый бархат, я улыбнулась, вспоминая, как выторговывала ткань у лавочника в Злате. Что ж, пусть  цвет давно уже переплелся в народной памяти с Орденом, но именно этот оттенок – мой и только мой.

Я поднялась и встряхнула платье. То, явно в отместку за свою длительную ссылку, окутало меня облаком пыли и вынудило расчихаться. Потерев увлажнившиеся глаза, я  разложила свой наряд поверх застиранного покрывала.

 - Хочу ходить в таком каждый день, - с придыханием обьявила я своей пустой комнате. Та, как всегда, ответила молчаливым согласием.

- Вообще-то трудно сыскать менее подходящее для этого третьесортного кабака облачение, - я поцокала языком, и, примериваясь, покружилась на месте.

  Но пока я размышляла, подойдет ли сия одежда для местной публики, к моим ступням прильнуло нечто холодное и юркое.

Я подскочила на месте и, конечно, тут же ударилась мизинцем правой ноги о столбик кровати..

- Что за… - с досадой воскликнула я, подскакивая на месте и озираясь по сторонам.

В тени кровати, посверкивая золотистым брюхом, замерла ящерица. Черные глаза, словно две влажные пуговки, смотрели пристально и даже как-то сочувственно.

- Аррадо маос, - произнесла я, и тут же забыв про ушибленный палец, присела на корточки, протянув ящерице ладонь. Гостья мгновенно на нее вскарабкалась, легонько цепляясь коготками за кожу. Теперь, в свете помаргивающих свечей, я заметила, что на ее спине, вдоль выступающего гребня, пристроен крошечный сверток.

Ящерица-посыльная от Совета!

Старшие чародеи не часто баловали нас своим вниманием, но если уж дождался вестей – жди перемен.

 Собравшись с духом, я распутала узелок и сняла с ящерицы сверток. Но тут меня ждала неожиданность: на письме стояла руна, сообщающая о том, что оно предназначалось совсем не мне. Моему наставнику.

- Что за шутки? – помрачнев, поинтересовалась я у чешуйчатой гостьи, но та лишь склонила голову на бок и легонько шлепнула меня хвостом по запястью. – Тебе было лень на этаж ниже спуститься, что ли?

Ящерица повторила шлепок, и я наконец догадалась, чего она хочет: на одном из широких кожаных ремней, овевающих запястье, находился потайной карман. Идеально подходящий для послания. Я опустила ящерицу на пол.

- Ну уж нет, - мстительно проговорила я, вскрывая письмо. - Сами виноваты.

Первые же строки обдали позвоночник нестерпимым холодом: «Асёна безнадежна. Немедленно отошли ее в Обитель…»

Резкий стук в дверь был подобен грому – такой же внезапный и раскатистый.

Голову обнесло тупой болью, а в ушах отдалось шепотом: «в Обитель».

Постойте-ка... что значит «безнадежна?».

 Я поспешно спрятала недочитанное письмо в потайной карман на запястье и шикнула на замешкавшуюся ящерицу:

- Уходи!

Во рту пересохло.

– Асёна, все собрались! И Фет уже настраивается… – Ося, бабенка-подавальщица с пушистой верхней губой, вломилась в мою комнату и выпучила глаза: – Когда Томор сказал, что наряд должен быть вызывающий, то он не имел в виду – вызывающий сострадание…

Выдохнув, я наградила ее хмурым взглядом,  после чего решительно стащила с себя верхнее, повседневное глухое платье из льна. Смятение жаром растекалось по груди, руки норовили упасть безвольными плетьми вдоль тела. Да, моя жизнь в Сиирелл – не предел мечтаний, но вернуться в оторванную от мира Обитель для уцелевших чародеев – все равно что похоронить себя заживо.

– Ой, а глаза-то в тон платью раскрасила? – спросила меж тем Ося, и вновь не дождавшись ответа, шагнула ко мне. – Чего красные-то такие? А-а-а! – завопила она, заглядывая куда-то за мою спину. – Змея!



Анастасия Насонова

Отредактировано: 29.12.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться