Светлуныпотусторонузеркала7разломвпространствемиров

Глава 4. Семейный ужин

Элайджа стоял на балконе, наблюдая за тем, как его брат и Елена беседуют во дворе. Их руки соприкасались, они обменивались улыбками, и даже на расстоянии было очевидно, что между ними возникло нечто большее, чем просто дружба.

Он отвернулся, сжимая бокал с виски чуть сильнее, чем требовалось. Странное чувство овладело им — смесь зависти и решимости. Тысячу лет он жертвовал своими желаниями ради Никлауса, своим счастьем ради его искупления. И сейчас, когда он встретил девушку, понимающую их семью как никто другой, видящую их истинную сущность без предрассудков, он не был готов снова отступить. Да и не мог выкинуть из головы воспоминание об охотничьем домике в 1820 году.

Он учил ее самоконтролю. Учил сдерживать жажду, которая возросла после магического ритуала.

— Почему ты делаешь это? Помогаешь мне? — спросила она.

И он долго смотрел на огонь, прежде чем ответить:

— Потому что я знаю, каково это — быть заложником своей природы. И потому что ты рискнула всем, чтобы помочь моей семье.

Элайджа тогда отчетливо почувствовал, как что-то меняется между ними. Напряжение, которое всегда присутствовало, внезапно приобрело совершенно иной характер.

— Элайджа, я…

Но она не закончила фразу. Их взгляды встретились, и в следующий момент они уже целовались — отчаянно, страстно, словно прорвалась плотина, сдерживавшая годы невысказанных чувств.

Еще пару мгновений и они оказались на полу перед камином, срывая одежду друг с друга. Все слилось в вихрь ощущений, прикосновений и неконтролируемой страсти.

А утром, Элайджа проснулся и лежа не подвижно глядел на нее. На то как она замерла держась за дверную ручку. Он сразу все понял. Не нужно было заставлять ее объясняться, так что заговорил сам. — Ничего, я понимаю. Даю слово — никто об этом не узнает.

Она тогда даже посмотреть на него не осилилась, так и не обернувшись, молча вышла из этого домика.

— Никлаус, — произнес он тихо, словно пробуя имя на вкус. — На этот раз я не уступлю.

* * *

На семейном ужине атмосфера была напряженной. Ребекка, которую Никлаус освободил от клинка, с интересом наблюдала за необычной динамикой между братьями. Кол покинул дом. Он должен был лично убедиться в том, что посланцы Клауса выполнили указание и убрали Де Мортелев с Каслом.

Сегодня Клаус был непривычно внимателен ко мне, наполняя мой бокал и слушая с неподдельным интересом. — Что наша тетушка еще тебе сказала?

— Она знает что сила Хоуп не утеряна насовсем. Знает что Фрейя ее в кулон переместила. Далия считает что Хоуп принадлежит ей по-праву. — ответила я.

Кол взял в руку вилку и посмотрел на свое отражение в ней. Поправил свои волосы и проговорил, — ну так что там насчет моей подружки? Давина, верно?

Я кивнула.

— Надо бы наведаться к ней, — Кол отложил вилку.

— Это сейчас что, так важно? — глянул на него Никлаус.

— Вообще-то, — ответила я, — Давина сильная ведьма и ее помощь не помешала бы… Ведь все пошло не по написанному. Думала, если одолею ее, то избавлю Хоуп от всего что ей уготовано. От того, что в итоге привело к твоей и Элайджи смерти. И я не понимаю почему не подумала про иную сторону! Как я могла забыть что она окажется там?

Клаус осторожно взял мою рук и слегка сжал, — ты ведь защищала нас. И ты делала что могла в тот момент. Ты сражалась одна с этой старой ведьмой. — В его взгляде было что-то, что он редко показывал другим — искренность. А потом, он вытянул из внутреннего кормана своего пиджака волшебную палочку, которую я отдала ему тогда вместе с клыком Василиска, и протянул мне. — Она — твоя. И я возвращаю. Так, у тебя будет дополнительная защита, пока ты еще человек.

Я взяла ее, и похоже палочка узнала меня. Признала во мне свою хозяйку Так как она испустила поток света, сопровождаемый непойми откуда взявшимся ветром. Все присутствующие за столом, поразились этому зрелищу. А я решила проверить сработают ли заклинания, и еще не много развеять обстановку приукрасив момент магией. Так что, взмахнув палочкой, произнесла. — Экспекто патронум! — и вырвавшийся луч света из кончика, преобразился в громадного мерцающего волка. Он слегка помотал головой и в пару прыжков преодолел все пространство комнаты, огибая ее кругом.

— Что это? — обомлела Ребекка.

— Волк, — улыбнулся Кол, разглядывая патронуса.

Клаус взглянул на меня с какой-то теплой улыбкой. Он оперся локтями о стол и коснулся указательным пальцем своего виска.

— Я вижу что волк, — с укором обратилась Ребекка к Колу. — Я имею ввиду что это.

— Это называется патронус, — ответила ей я, — он помогает отогнать темные силы в самый нужный момент. Он помог мне в борьбе с Далией.

Все наблюдали за существом сотканным из магии, которое остановилось в дальнем углу и просто смотрело на нас. Патронус пробыл еще не долго, а потом попросту растворился в воздухе.

Кол слегка придвинулся, положив локти на стол и сцепив пальцы взамок. — Что насчет магии? Она ведь досталась тебе от еретика… А так как теперь ты человек…

— Даже не знаю, — протянула я, разглядывая волшебную палочку. — Думаю, это она помогает концентрироваться и открывает доступ к магии. Без нее я не чувствовала в себе магии…

— Я долгие годы создавал темные артефакты и сейчас большинство из них, если не все, в этом доме. Кстати, Никлаус, — он поглядел на брата. — Куда ты их заныкал после того как заколол нас?

Клаус развел руками и одарил его лукавой полуулыбкой, а затем сцепил пальцы в замок и подпер ими подбородок.

Кол ухмыльнулся Кол, откинувшись на спинку стула. — Ну конечно! К ему тебе отдавать мне то, что позволит взять верх и не дать тебе вновь заколоть меня. Ты ведь тогда потеряешь единственное чем всегда мог угрожать.

Клаус изменился в лице и жестко произнес, — продолжай любоваться собой, Кол.

— Ты то, мой отец? — тем же ответил ему Кол и резко вскочил на ноги.

— Нет, — Клаус тоже поднялся из-за стола и выглядел довольно угрожающе, — но ты в моем доме.