Светлячки в небе

Глава 12. Наивная простота

*После битвы между Мёртвых Городов*

Розмари, Альта и Камилла сидели вокруг постели парнишки в доме лесника, который готовил для них ужин. Об их прибытии уже знали старейшие и другие сёстры, но было решено, что сперва они отдохнут и Стэн придёт в сознание, а потом они все предстанут перед старейшей Арией. Ведьм и пострадавшего никто не трогал, пока тот находился без сознания.

Старейшие посылали к ним людей, чтобы передать еду и необходимые для лечения зелья. Лесник всё время копошился на кухне у котелка, иногда заглядывая в комнату к Стэну. Старик что-то спрашивал, но уходил готовить раньше, чем получал ответ. Ведьмы пытались с ним заговорить, но человек слабо улыбался. Камилла пыталась проникнуть в голову к леснику, однако у неё не выходило, словно сами старейшие дали ему защиту от вмешательства.

Розмари пыталась разговорить лесника, но он отвечал только на те вопросы, которые были связаны с землями ведьм и Стэном, когда он пришёл жить к нему. Смогла разузнать и про пророчество шаманов. Альта в это время стояла на пороге, прислушиваясь к разговорам селян, которые зашли в лес.

Камилла сидела на краю постели Стэна, протирая его лицо тёплыми полотенцами. Его пальцы порой судорожно сжимали простынь, надрывисто дышал. Обладая сильной эмпатией, ведьма исследовала молодого человека. Рассматривала его чувства и эмоции к тем, кого Камилла сама встретила. Увидела ведьм, рыцарей, лесника. Она внезапно отпрянула, встав на ноги. В её глазах отразилась печаль. Камилла огласила обнаруженный момент:

— Он страдает от чувств к Эваноре.

На шум вошла оружейница, хмуро окидывая ведьм. Она с большой брезгливостью посмотрела на водную, которая была готова заплакать. Меньше всего им нужно было привлекать к себе большего внимания, чем они уже привлекли одним своим появлением в землях ведьм.

— Камилла, оставь. Это уж точно не наше дело, — Альта холодно процедила свои слова.

— Но зачем им этот груз? — Камилла непонимающе захлопала глазами. — Только слепой не увидит, что между Эванорой и Херобрином играет магия. Стэн заслуживает любви. Такой же сильной, как его преданность.

— Камилла, об этом тебе нужно говорить лично с Эвой и Стэном. Самодеятельность может плохо обернуться в будущем, — попыталась найти компромисс Розмари, вставшая между девушек.

Пробыв в землях ведьм ещё сутки, чтобы объяснить всё старейшим, троица собралась вернуться в Шинай. Они и без того задержались, а Розмари посчитала, что нахождение Камиллы рядом со Стэном может ухудшить его состояние или вызвать конфликты с другими ведьмами. Одной оружейнице не было дела до всего происходящего. Ещё меньше они хотели встретить ведьм из прошлого ковна Эваноры.

На выходе с земель ведьм оказалась Аква. Уставшая женщина пусто смотрела в небо, что-то бормоча под нос. Её кожа казалась мертвецкой, на лице было множество морщин не от старости, а от болезни. Сухая фигура покачивалась из стороны в сторону. Не отрывая подошвы от земли, она повернулась к молодым ведьмам лицом. В глазах появился какой-то огонёк оживлённости.

Альта сделала шаг вперёд, загораживая Камиллу и Розмари собой, всем своим своим видом, что воспринимает женщину своим врагом. Взгляд Аквы напоминал ребёнка, который не понимал, за что провинился. Однако женщина подошла к ним, наконец расправляя плечи и вставая в свой полный рост. Это было сделано не из попытки устрашить, как бы сделала Аква раньше, а из проявления уважения.

— Вы ведь служите Эваноре? — иного слова, как "служить", она не смогла подобрать. — Как Эва?

— Старается быть мудрой, — хмыкнула Камилла, приподняв брови.

— Если ты надеешься пойти с нами, то напрасно, — Альта скрестила руки на груди и нахмурилась. — Может, Эванора и примет тебя, но Ингрим и остальные будут против твоего присутствия.

Аква стояла ровно, держа вытянутые руки в шпиль-жесте вниз. Она спокойно ждала, когда ей предоставят слово. Своим спокойствием женщина поставила в недоумение молодых ведьм, которые в воспоминаниях Эваноры видели властную жестокую натуру.

— Передайте это малышке Эве, — Аква дрожащей рукой протянула небольшой мешочек.

***

Спустя пару дней после дуэли Альты и Эвы Камилла решилась на разговор с главой. Водная дождалась, когда Эванора выйдет вместе с оцелотом и скелетами за пределы крепости. Камилла последовала за ними с условием, что хотела прогуляться, но Ингрим не пускала её одну из-за опасностей.

Эванора спокойно отнеслась к этому, потому что это было в манере алой ведьмы. Тильд и Индрис верно следовали за ней, иногда подскакивая от того, что оцелот разыгрывался и пытался схватить их за суставы. Камилла шагала позади этой небольшой свиты, чтобы не нарушить хрупкое спокойствие главы ковна. Та собиралась испытать несколько зелий на природе, чтобы не навредить тем, кто остался в крепости.

Оказавшись на поляне, где по осени Эва собирала светлячков, скелеты поставили ящики под дерево. Оцелот начал резвиться в сугробах, зарываясь в них и резко выпрыгивая. На лице его хозяйки появилась ласковая улыбка. Нарушать эту идиллию Камилла не хотела, но ей пришлось.

Она негромко попросила о разговоре наедине. Без слов Эванора махнула рукой в сторону, поэтому скелеты послушно оставили их. Лакки продолжил играться в снегу, а после забрался на дерево и скрылся в заснеженных ветвях. Глава ковна молчала, откупоривая некоторые зелья и выливая их содержимое на снег и записывая реакции угольком на листе.

Камилла начала издалека, про битву между Мёртвых Городов, про то, как их отправили со Стэном в земли ведьм. Эванора продолжала свои исследования, никак не комментировала ни единого слова. Но когда речь зашла о том, что водная хочет вмешаться в судьбы и воспоминания Эвы и Стэна. От такого заявления глава ковна обернулась на Камиллу с недоверием. Та пыталась объяснить то, что она собирается сделать.

— Но ведь то, что ты хочешь совершить, является приворотом. В таком случае все будут несчастны, — наконец прокомментировала Эванора.