Светлячок

ГОСТИ

Гости начали собираться тридцатого августа.

В запасе у лета было еще полтора дня, однако погода уже во всю кричала о смене сезона. Ночи стояли по-осеннему прохладными, а днем воздух едва прогревался до семнадцати градусов.

Первой в «Светлячок» приехала Мирослава. Ее маленький желтый фургон остановился на стоянке у базы отдыха ровно в девять утра. Стоило ей выйти из машины, как на улице ощутимо потеплело. Ветер разогнал тучи, пятый день висевшие над лесом, что окружал «Светлячок» плотным зеленым кольцом, а солнце яркими лучами затопило все вокруг.

Мирослава и сама походила на солнышко. Невысокого роста, с пышными рыжими волосами, пухленькая и румяная, как булочка, она казалась кусочком лета, ожившим июльским полднем, способным согреть не только в преддверии осени, но и самой холодной и лютой зимой.

- Я смотрю, хорошей погодой мы теперь обеспечены, - хозяин базы Михаил Михайлович Потапенко вырос перед гостьей как из-под земли. – Здравствуй, Мира. Рад тебя видеть.

- Привет, Мишенька, - заулыбалась Мирослава. – Я тоже рада, очень-очень. Остальные уже приехали?

- Ты в этот раз первая.

- Надо же... Поможешь мне с багажом?

У Мирославы был с собой чемодан и две спортивные сумки. Сумки она оставила в фургоне, а чемодан вручила Михаилу. Тот казался небольшим и почти невесомым, но Потапенко был уверен: на самом деле в него уложено столько вещей, что они могут заполнить все домики «Светлячка» от пола до потолка.

Когда за Мирославой закрылась дверь ее комнаты, на стоянке появилась машина такси – на базу приехали Герберт и Теодор.

У этих вещей также было не много. Герберт – высокий, худощавый, импозантный – привез один чемодан, такой же маленький и обманчиво легкий, как у Миры. А Теодор – светловолосый, с невыразительным лицом, которое невозможно было запомнить – приехал с небольшим рюкзаком и огромным кожаным чехлом, в котором находилась его любимая виолончель.

Маша и Элеонора тоже прибыли вместе. В «Светлячок» их привезла электричка, поэтому к бревенчатым домикам базы девушки вышли прямо из леса.

Строго говоря, девушкой из них казалась только Маша. Ее тонкий стан, длинная русая коса и наивные голубые глаза создавали впечатление, будто ей не больше двадцати лет. Однако Потапенко знал наверняка: в действительности Мария гораздо старше.

Элеоноре на вид обычно давали года сорок три-сорок четыре. У нее было строгое лицо, украшенное очками-бабочками, серьезный взгляд и густые каштановые волосы, стянутые на затылке в узел. В поездку Элеонора надела спортивный костюм лилового цвета, и он смотрелся на ней так же нелепо, как нелепо смотрятся легкомысленные вещи на офисных работниках, которые всю жизнь носят строгие брюки и пиджаки.

Игорь и Анита приехали в «Светлячок» своим ходом. У Аниты – невысокой, смешливой, по-мальчишески коротковолосой - была маленькая серая машинка неопределенной марки, чрезвычайно ей подходившая. У Игоря, наоборот, имелся большой черный джип, чей агрессивный вид совершенно не сочетался с расслабленным обликом его хозяина. По мнению Потапенко, веселому веснушчатому Игорю, обожавшему зеленые джинсы и куртки вырвиглазных цветов, стоило купить себе менее строгий и пафосный транспорт, вроде фургончика Мирославы.

Впрочем, свое мнение Михаил обычно держал при себе и разговоров на эту тему никогда не заводил.

Костик явился на базу эффектнее всех – его привезла тройка лошадей. Лошади были запряжены в открытую повозку с мягкими сидениями и лакированными дверками. Они двигались на удивление тихо и, как только их пассажир спрыгнул на землю, исчезли, будто их и не было.

Костик всегда приезжал в «Светлячок» каким-нибудь необычным способом. На памяти Михаила был случай, когда он прилетел верхом на огромной зеленой птице, и еще один, когда он вынырнул из расположенного рядом озера, сидя на спине страшной коричневой рыбы.

Это никого не удивляло. Константин с его пшеничными кудрями и лучистыми серыми глазами был таким добрым и милым, что мог совладать с любой, даже самой ужасной тварью.

Николай Иванович прибыл в «Светлячок» последним. Когда на улице начало вечереть, а прочие постояльцы уже устроились в своих комнатах, он появился на крыльце административного домика прямо из воздуха.

Это был высокий крепкий старик с окладистой седой бородой и шапкой густых серебристых волос, тщательно зачесанных назад. Багажа у него не имелось. Все, что требовалось ему в поездке, Николай Иванович раскладывал по карманам, таким же бездонным, как чемодан Мирославы.

- Я не опоздал? – спросил старик, когда они с Михаилом пожали друг другу руки.

- Вы вовремя, - ответил тот. – Через полчаса ужин. Вы как раз успеете разместиться в своем номере. Он тот же, что и всегда, - в домике номер пять.

Николай Иванович улыбнулся и, махнув рукой, неторопливо зашагал к высокой избушке, украшенной разноцветными гирляндами.

Михаил смотрел ему вслед, пока он не скрылся за тяжелой деревянной дверью. А потом тоже улыбнулся.

Десять дней, которые из года в год проводили в его владениях эти прекрасные люди, он любил больше всего на свете. В эти дни ему, потомственному оборотню, не требовалось скрывать свою сущность. Его гости не только знали, кто он такой, но и не видели в этом ничего странного или необычного.

Они и сами являлись необычными людьми. Впрочем... Назвать их людьми можно было с очень большой натяжкой.

Каждый из девяти гостей Михаила Михайловича жил на свете так долго, как не сможет жить ни один человек. В стародавние времена этих мужчин и женщин именовали бы колдунами, демонами, добрыми духами или даже божествами – в зависимости от эпохи и уровня образования говорившего.

У каждого гостя имелся секрет, который определял его суть и специализацию.

Так, Мирослава была торговкой. Веками она разъезжала по рынкам и ярмаркам в своем желтом фургоне и продавала самые разные и удивительные товары. Приобрести у нее можно было все, что угодно: сладости и одежду, уголь и посуду, смартфон новейшей модели и кресло-качалку. Тем же, кто понимал, чем она отличается от других коммерсантов, Мира предлагала товары, которые не купишь нигде и никогда: здоровье и удачу, майский гром и прошлогодний снег, осколок звезды и даже вчерашний день.