Свидание по контракту

Глава 2

Ровно в семь утра под окнами остановился черный Mercedes. Я проспала два будильника, наскоро натянула джинсы и свитер, и теперь смотрела на машину с тем же чувством, с каким, наверное, ведут на эшафот.

Водитель — представительный мужчина в костюме и белых перчатках — открыл мне дверь.

— Сеул-сити, — бросила я ему адрес торгового центра, запихивая на заднем сиденье свою потрепанную сумку.

Отер улыбнулся.

— Не беспокойтесь, мисс Орлова. У нас другой маршрут.

Машина тронулась, и через двадцать минут мы остановились у неприметного здания в историческом центре города. На бронзовой табличке у двери было выгравировано всего одно слово: «Belle Rive».

Дверь открыла женщина в идеально скроенном платье-футляре цвета беж.

— Александра? Я София, ваш персональный стилист. Марк уже предупредил о вашем визите.

Меня провели внутрь. Никаких стеллажей с одеждой, никаких очередей в примерочные. Только несколько кресел, низкий стеклянный стол и огромные зеркала в позолоченных рамах. Воздух был наполнен дорогим парфюмом и деньгами.

— Начнем с нижнего белья, — объявила София, и два ассистента выкатили внутрь стойку с кружевными комплектами.

Я почувствовала, как краснею.

— Это не обязательно... Я со своим...

— Марк настаивает на полном гардеробе, — мягко, но непреклонно парировала София. — В том числе и на нижнем белье. Для фотосессии.

Фотосессии. От одной этой мысли стало душно. Я молча взяла первый попавшийся комплект и зашла в примерочную. Кружева были нежными и удивительно приятными на ощупь. Я посмотрела на себя в зеркало. Худая, бледная, в кружевных трусиках и лифчике за полторы мои зарплаты. Нелепо.

— Все в порядке? — послышался голос Софии снаружи.

Я глубоко вздохнула и вышла.

София осмотрела меня с ног до головы.

— Размер в порядке. Но цвет вам не идет. Принесите черное, — бросила она ассистентам. — И то бордовое, от Dior.

Примерка продолжилась. Платья, блузки, брюки... Цены на бирках заставляли меня зажмуриваться. Наконец, София протянула мне платье — короткое, черное, с глубоким вырезом на спине и груди.

— Примеряйте это. Для ужина с инвесторами на следующей неделе.

Я надела его. Ткань обтянула мое тело как вторая кожа. Вырез был таким откровенным, что я почувствовала себя голой.

— Нет, — твердо сказала я, глядя на свое отражение. — Это не я.

София подняла бровь.

— Это платье от Elie Saab. Оно идеально сидит.

— Я сказала нет, — повторила я, чувствуя, как по телу разливается жар. — Я не буду носить то, в чем чувствую себя проституткой.

В примерочной повисла напряженная тишина. Ассистенты замерли. София изучала меня с новым интересом.

— У вас есть характер, — наконец сказала она. — Марк этого не упомянул.

— Марк многого обо мне не знает, — выдохнула я, все еще дрожа от собственной наглости.

София вдруг улыбнулась.

— Хорошо. Снимите. Мы подберем что-то более закрытое, но не менее эффектное. Возможно, Alexander McQueen.

Я с облегчением вернулась в примерочную. Сердце все еще бешено колотилось. Я только что проявила характер. Нарушила негласные правила. И черт возьми, это было страшно, но приятно.

Когда я переоделась и вышла, София держала в руках длинное платье цвета пыльной розы с высоким воротником и открытыми плечами.

— Это вам подойдет, — сказала она уже другим тоном — не начальственным, а почти заговорщическим. — Вы не первая невеста Марка, которую я одеваю. Но первая, у кого хватило смелости отказаться от Elie Saab.

Ее слова повисли в воздухе. «Не первая невеста». Значит, я не первая, кого он нанимал? Мысль ударила с неожиданной силой. Конечно, он красив, богат и одинок. У него наверняка была куча подруг. Но нанимать их...

— Кто она была? — не удержалась я.

София покачала головой, и в ее глазах мелькнуло что-то похожее на жалость.

— Это не мое дело — обсуждать прошлых клиентов. И не ваше — интересоваться ими. Запомните, дорогая. В этом мире вы либо играете по правилам, либо платите за их нарушение.

Она протянула мне платье.

— Теперь примеряйте это. И постарайтесь не спорить. Ради вашего же блага.

Я взяла платье. Ткань была тяжелой и дорогой. Как и правда, которую я только что узнала. Я была не первой. Всего лишь очередной наемной актрисой в его спектакле.

И почему-то эта мысль ранила гораздо сильнее, чем должна была.

***

Когда я, наконец, выбралась из салона «Belle Rive», в машине меня ждала целая гора шоппинг-багов из плотной матовой бумаги с шелковыми шнурками. Я уткнулась лбом в прохладное стекло. От одного взгляда на эти коробки в глазах темнело. Стоимость их содержимого была сопоставима с бюджетом небольшого государства. Или, что более актуально, с полным курсом химиотерапии.

В голове стучало: «Не первая невеста... Не первая...»

Машина тронулась, но через пару минут плавно остановилась. Я подняла глаза — мы были у моего дома. Того самого, с пятном-клоуном на потолке.

— Подождите, пожалуйста, — бросила я водителю и выскочила из машины, захватив лишь свою старую сумку.

Поднявшись в квартиру, я залпом выпила стакан воды, пытаясь смыть с себя комок нервов, застрявший в горле. Нужно было переодеться, собрать вещи — согласно контракту, сегодня же я должна была переехать в апартаменты, которые Марк снял для «удобства».

Из глубоких недр шкафа я достала свой старый армейский рюкзак и начала механически складывать в него самое необходимое. Каждая вещь была частью меня, частью моей настоящей жизни. Я сжала в руке мягкую ткань свитера, и вдруг меня накрыло волной такого стыда и унижения, что перехватило дыхание.