Свидание по контракту

Глава 5: Первый скандал

Машина тронулась, оставляя за собой огни ресторана. Я сидела, глядя в темное окно, все еще чувствуя на тыльной стороне ладони призрачное тепло его прикосновения. «Вы были великолепны». Эти слова звучали в моей голове громче, чем весь ужин. Они были опаснее любого комплимента.

На следующее утро я проснулась от назойливого звонка телефона. На экране светилось имя моей лучшей подруги, Кати.

— Саш, ты в порядке? — ее голос был сдавленным от паники.

— В смысле? — я села на кровать, протирая глаза.

— Ты что, не видела? В сети уже полыхает! Открой «Желтую прессу»!

Ледяная волна прокатилась по моему телу. Я одним движением открыла приложение. И обомлела.

На первой же странице красовались мы с Марком. Кадр с фотосессии, где он шепчет мне что-то на ухо, а на моем лице застыла смесь ярости и шока. Заголовок кричал: «Скандальная невеста миллиардера Зимина! Кто она: авантюристка или жертва?»

Я провела пальцем по экрану. Десятки статей. Мое старое фото из социальных сетей — я на выпускном, в простом платье, с растрепанными волосами. Фотография нашей старой хрущевки. Цитаты «бывших одноклассников», которые якобы помнят меня «замкнутой и странной девочкой». И самое ужасное — обсуждения в комментариях.

«Очередная золотоискательница», «Смотреть противно, как она корчит из себя леди», «Глаза пустые, видно же, что не любит его», «Где он только таких находит?», «Наверное, мать у нее тяжело больна, вот и продалась».

Последний комментарий заставил меня вздрогнуть, словно от пощечины. Они копались в моей жизни. Они знали. Или догадывались. Я бросила телефон на кровать, словно он обжег мне пальцы. Ко мне ворвался запах дорогого кофе — горничная, как ни в чем не бывало, готовила завтрак на кухне. Мне стало физически плохо. Каждый предмет в этой роскошной клетке напоминал мне о сделке, которая теперь была вынесена на всеобщее обозрение.

Внезапно прозвучал резкий звонок домофона. Сердце ушло в пятки. Журналисты? Они уже здесь? Я босиком подбежала к панели и с трудом выдавила:

— Кто?

— Откройте, Александра.

Марк. Его голос был твердым и не предвещал ничего хорошего. Я нажала кнопку, и через минуту он вошел в гостиную. На нем был деловой костюм, но волосы были слегка растрепаны, будто он несколько раз проводил по ним рукой. В его глазах бушевала буря, но внешне он был холоден, как всегда.

Он молча протянул мне планшет. На экране была открыта та самая статья.

— Я предполагал повышенное внимание, но не такого, — произнес он отрывисто. — Это работа моего кузена, Дмитрия. Он пытается оказать давление перед советом директоров.

Я смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. Меня трясло.

— Вы ничего не будете комментировать, — его тон не допускал возражений. — Ни слова. Ни в соцсетях, ни по телефону. На все вопросы отвечайте «без комментариев». Понятно?

В его голосе не было ни капли поддержки. Только инструкции. Холодные, четкие, как и наш контракт. Вся та хрупкая теплота, что возникла между нами за ужином, испарилась без следа.

— Понятно, — прошептала я, чувствуя, как сжимается горло. — А что насчет… насчет моей мамы? Они почти угадали…

Он нахмурился.

— Я позабочусь, чтобы к ней не проникли. Но вам стоит быть готовой. Это только начало.

Он развернулся, чтобы уйти, но на полпути к двери остановился и обернулся. Его взгляд задержался на мне, на моем бледном, испуганном лице, на простом хлопковом халате, в котором я выглядела как минимум на семнадцать лет.

— И, Александра, — он произнес мое имя, и в его голосе впервые прозвучала едва уловимая усталость. — Не читайте комментарии. Это бессмысленная трата нервных клетов.

Дверь закрылась за ним. Я осталась одна посреди огромной, безмолвной гостиной, сжимая в дрожащих пальцах планшет, на экране которого застыло мое искаженное гримасой лицо. Он был прав. Это была всего лишь бизнес-война, а я — разменная монета. Но почему же тогда было так больно? И почему в его глазах, когда он уходил, мне почудилось нечто, похожее на… сожаление?