Свидание с эльфом, или Как я перепутала волшебный список

Глава 6. Ледяные сны, бармен-оборотень и договор с вьюгой

Новый год наступил, но зима не думала отступать. К 3 января город утонул в снегу по крыши, а термометры показывали -40°C. В соцсетях множились теории: «Инопланетяне!», «Глобальное похолодание!», «Проклятие того парня в зелёных штанах!». Катя знала правду. Правда сидела у неё на кухне и пыталась открыть банку огурцов человеческими руками.

— Эйван, хватит! — она выхватила нож. — Ты уже сломал три ложки.

— Как люди живут без магии? — он уронил голову на стол. — Я даже не могу заварить чай…

— Зато теперь ты можешь мёрзнуть, как все, — Катя бросила ему плед. — И перестань винить себя. Это не ты вызвал снегопад.

Она соврала. После разрушения Сердца Зимы Эйван каждую ночь просыпался от кошмаров, где Лорен смеялся, а снег поглощал город. Но признаться в этом означало признать, что они проиграли.

Спасаясь от холода, они зашли в кафе, где Катя раньше брала кофе с сиропом «Ёлочка». Бармен, новый парень с татуировкой волка на шее, улыбнулся слишком широко:

— Эйван, да? Слышал, ты бывший эльф. Прикольно.

Эйван насторожился. Человек не должен знать о магии.

— А ты кто?

— Охотник на оборотней, — бармен подмигнул, ставя перед ними два капучино с пенкой в виде снежинок. — Шучу. Просто учусь на экстрасенса.

Катя фыркнула, но Эйван вцепился в стол:

— В вашем кофе… запах лунного корня. Его используют, чтобы вызывать видения.

— Ого, — бармен склонился к ним. — Значит, правда, что ты связан с Сердцем Зимы?

Бармена звали Марком. Он оказался полуоборотнем, получеловеком, который «чует магию за версту». От него они узнали: после разрушения Сердца Зимы его сила не исчезла — она ищет нового носителя.

— В городе уже пять случаев обморожения со «счастливыми» исходами, — Марк показал фото: люди с глазами цвета льда улыбались в камеру. — Они ходят, но внутри… пустые. Как куклы.

— Лорен… — прошептала Катя.

— Хуже, — Марк достал амулет с осколком синего кристалла. — Это частица Сердца. Оно растёт. И скоро выберет нового Короля Зимы.

Бабушка ждала их дома с бутылкой «перцовки» и картами Таро, разложенными на столе.

— Значит, узнали, — хрипло сказала она. — Сердце нельзя уничтожить. Оно часть баланса. Но можно… перезаключить договор.

— Какой договор? — Эйван сел, избегая смотреть на карту «Смерть» с его именем.

— Тот, что я заключала когда-то. Сердце выбирает хозяина, но хозяин может подчинить его, если отдаст что-то взамен.

— Что? — спросила Катя, боясь ответа.

— То, что дороже всего, — бабушка посмотрела на Эйвана. — Его память.

Эйван встал, отшвырнув стул:

— Нет. Я не позволю ей забыть меня!

— Не тебя, — бабушка закатила глаза. — Твою память о магии. Ты станешь полностью человеком. Навсегда.

Тишину разорвал вой саламандрa. Мурка, сидевшая на подоконнике, вдруг заговорила:

— Хватит болтать. Они уже здесь.

Все замерли.

— Ты… умеешь говорить? — Катя упала на диван.

— Спасибо, что заметили, — Мурка прыгнула на стол. — Я — дух-хранитель этого дома. И если вы сейчас не перестанете глупить, Лорен воскреснет в теле того оборотня-бармена и сожрёт всех.

На улице бушевала метель. Марк-оборотень, с глазами, как у Лорена, вёл за собой толпу «обмороженных».

— Отдайте Сердце, — его голос звучал на сотни голосов. — И я оставлю вам его жалкую человеческую жизнь.

Эйван выступил вперёд, сжимая амулет с осколком:

— Я стану новым Королём Зимы.

— Что? Нет! — Катя схватила его за руку. — Ты же исчезнешь!

— Я уже исчез, — он прикоснулся к её щеке. — Став человеком, я начал умирать. Магия медленно убивает тех, кто от неё отрекается. Это моя плата.

Прежде чем она успела возразить, он разбил амулет о лёд. Сияние Сердца Зимы поглотило его, превратив в статую изо льда.

Метель стихла. Марк, освобождённый от власти Лорена, рухнул на колени. «Обмороженные» плакали, вспоминая свои имена. А Катя стояла перед ледяной фигурой Эйвана, в руках у неё мерцал кристалл — новое Сердце Зимы.

— Он… всё ещё там, — сказала Мурка, лижу лапу. — Ледяные Короли не умирают. Они спят.

— Как разбудить?

— Любовью, — кошка прыгнула на подоконник. — Ну или глинтвейном. Но у вас есть только три дня, пока его душа не растает.

Катя сжала кристалл. Он обжёг ладонь, но боль была приятной.

— Эйван, — прошептала она. — Ты обещал, что свобода — это когда я рядом. Не вздумай меня подвести.

В ту ночь Катя нашла в интернете рецепт «глинтвейна для воскрешения эльфов», бабушка Антонова достала с балкона шаманский бубен, а Мурка продолжила спать на тёплом ноутбуке. Где-то в глубине льда Эйван видел сны: о её руках, о смехе, о том, как он, человек, впервые испугался потерять больше, чем магию.