Свидание с эльфом, или Как я перепутала волшебный список

Глава 8. Кофе с шипами, тайный поклонник и кот-инфлюенсер

Кафе «Эльфийский латте» пахло корицей, неудачными экспериментами Эйвана и слегка подгоревшим печеньем. На стене красовался отзыв: «Лучший раф с нотками хаоса! ★★★★★ (Мурка, главный дегустатор)». Сам «дегустатор» спал на кассе, прикрыв лапой чековую ленту.

— Эйван, клиент №13 ждёт «Латте с шипами северного сияния», — Катя просунула голову на кухню, где бывший эльф сражался с кофемашиной.

— Это невозможно! — он тыкал в кнопки, как будто они лично ему угрожали. — В рецепте сказано: «добавить каплю магии». Но я больше не…

— Просто сделай взгляд томным, — Катя подмигнула. — Девушка за столиком уже пятый раз фоткает тебя в инстаграм.

Эйван вздохнул и плеснул в чашку блёстки. Надпись на пенке «Oops» смотрелась креативно.

К вечеру в кафе началось странное. За столиком у окна сидел незнакомец в плаще, лицо скрыто тенью. Он оставил конверт с ледяным цветком и запиской:
«Ты забыла, что волшебство не умирает. Оно ждёт. — Твой В.П.»

— В.П.? — Катя подняла бровь. — «Великий Похититель»? «Вредный Пингвин»?

— Возможно, «Влюблённый Призрак», — Эйван сгрёб блёстки с фартука. — Или Лорен. Он любил драматичные инициалы.

Мурка, проснувшись, понюхала цветок и зашипела:

— Это не Лорен. Пахнет… книгами. И завистью.

Ночью Катя разыскала бабушку Антонову, которая теперь вела блог «Мистика для чайников».

— «В.П.» — это Виктор Полярный, — бабушка показала фото: мужчина в очках, похожий на учёного-неудачника. — Коллекционер запретной магии. Он охотится за остатками Сердца Зимы.

— Но Сердце разрушено! — возразила Катя.

— Его сила рассеялась по городу. Капелька в луже, искорка в снежинке… Если собрать всё, можно создать новое Сердце. И Виктор хочет стать новым Королём.

Пока Катя и Эйван рыскали по городу, Мурка устроила слежку. С помощью селфи-палки и фильтра «кошачьи ушки» она транслировала в сторис:
«Подозрительный тип в библиотеке! Лайкните, если надо царапать! 🐾 #ДетективМур».

Виктор, оказавшийся фанатом котиков, попытался её подкупить валерьянкой. Мурка приняла «дань», но всё равно выкрала его блокнот с шифром.

— Здесь написано: «Артефакт №1 — слёзы эльфа», — Катя сморщила лоб. — Но ты же больше не…

— Я плакал, когда смотрел «Титаник», — Эйван покраснел. — Наверное, Виктор собрал мои салфетки.

Ворвавшись в логово Виктора, они нашли лабораторию, похожую на бардак гениального безумца. Среди хлама висел свитер, сплетённый из ледяных нитей.

— Это же мои мысли! — Эйван тронул рукав, и свитер ожил, показав момент их первой встречи.

— Он создаёт ткань из украденных воспоминаний, — Катя сжала кулаки. — Чтобы найти остатки Сердца Зимы!

Виктор появился в дверях с сетью из света:

— Вы опоздали! Я уже знаю, где…

Мурка прыгнула ему на голову, включив фронтальную камеру: «Скажите сыр! 📸»

Пока Виктор боролся с котом-блогером, Катя активировала кофемашину (спасибо урокам Эйвана). Струя кипятка ударила в свитер, и воспоминания хлынули наружу, образовав водоворот.

— Ты никогда не управляешь магией! — закричал Виктор. — Ты её…

— Живу с ней! — Катя схватила амулет-серёжку (подарок бабушки) и швырнула в водоворот.

Взрыв света. Свитер распался на снежинки, а Виктор оказался заморожен в позе «селфи-неудачника».

Дома Эйван залил рану на руке (он поймал летящий амулет) йодом и философски заметил:

— Человеческая жизнь сложнее. Но… веселее.

Катя принесла ему «Латте с шипами» (на этот раз без блёсток) и показала телефон:

— Мурка набрала 100К подписчиков. Теперь она требует личного менеджера и корм с золотом.

— А что мы хотим? — Эйван обнял её.

— Чтобы Виктор оттаял через лет сто, — она улыбнулась. — И чтобы магия… оставалась такой. Несовершенной. Нашей.

За окном засветилось северное сияние — случайность или намёк. Но в «Эльфийском латте» уже знали: самое сильное волшебство не в артефактах. Оно в моменте, когда два сердца бьются в такт, даже если одно из них больше не знает, как варить кофе.

Виктор стал мемом (#ЛедянойИнфлюенсер), Мурка подписала контракт с брендом кормов, а в меню кафе появился коктейль «Слёзы эльфа» — слегка солёный, с карамельным топпингом. Иногда Катя ловила себя на мысли, что Эйван всё ещё рисует иней на стёклах… но это, наверное, просто морозные узоры. Или нет.