Свидание с эльфом, или Как я перепутала волшебный список

Глава 20. Микроволновый ад, пицца-сепаратисты и свадьба на баррикадах

Кафе «Эльфийский латте» превратилось в штаб экстренного реагирования. На стене висели карты: красным помечены зоны, где микроволновки Лорена превращали еду в монстров, синим — границы Республики Латте, а зелёным — «свободные территории» пицц-анархистов.

— Он назвал это «Операция „Разогрев“», — Эйван тыкал в фото чудовища из брокколи с зубами миксера. — Лорен превращает муку в оружие!

— А Пиццы-Сепаратисты захватили хлебозавод! — Катя показала видео, где пепперони с автоматами кричали: «Нет — ананасам! Да — оливкам!»

— Мяу… (А река-латте требует посредника для переговоров с городом), — добавила Мурка, доедая кусок «дипломатической» салями.

Лорен, в костюме «злодея-шефа», транслировал ультиматум:
— Сдавайтесь! Иначе я превращу ваши тосты в танки!

Уже сейчас по улицам бродили:
- Стейки с ножами вместо костей,
- Суши-роботы с васаби-огнемётами,
- Пироги, стреляющие кипящим джемом.

Эйван и Катя, вооружившись антигравитационным сиропом и слезами, отправились на фабрику Лорена. По пути их атаковал отряд бургеров-камикадзе.

— Держись! — Эйван вылил слезу №11 («Тоска по фастфуду») на бургеры. Те заплакали и устроили голодовку.

Река-латте, провозгласившая независимость, выдвинула условия:
- Ежегодный фестиваль в её честь,
- Право вето на новые рецепты кофе,
- Статус «Личности» в ООН.

— Вы же жидкость! — Катя спорила с Капучино-Президентом, который парил в облаке корицы.

— А вы — угнетатели! — шипел Латте-Генерал. — Мы устали быть рабами ваших вкусовых рецепторов!

Переговоры спасли зомби-оптимизаторы, случайно атаковавшие реку. Напитки объединились с людьми, чтобы дать отпор.

Торт-революционер и кекс-анархистка готовились к свадьбе. Но другие десерты бунтовали:
— Торт не может жениться на кексе! Это нарушает иерархию выпечки!

— Любовь не знает границ! — Торт разбил тарелку с глазурью (десертный эквивалент бросания перчатки).

Катя, как свидетельница, пыталась утихомирить гостей, пока Эйван создавал «слезу примирения» (№12). Результат: маффины начали танцевать вальс с эклерами, а безе объявило нейтралитет.

Мурка, как «Великий Грибной Дипломат», вела переговоры с пиццами в бункере под хлебозаводом.

— Мяу! (Ананасы не преступники! Они… десертный ингредиент!) — она швырнула фото ананаса в шляпе.

— Грибы — вот истинные правители! — Пицца-Вождь разбила тарелку с оливками.

Вдруг стены задрожали. Это Лорен, подключив микроволновки к хлебозаводу, создал гигантскую Пиццу-Доминатор с начинкой из хаоса.

Пицца-Доминатор начала поглощать город, затягивая всё в сырную бездну. Торт и кекс, пожертвовав медовым месяцем, приманили её на свадебный торт. Эйван вылил на Лорена все слезы, включая новую №13 («Раскаяние за сожжённый тост»).

— Нет! Моя слава! — Лорен, плача, упал в сырную ловушку собственного монстра.

Катя активировала антигравитационный сироп, отправив Пиццу-Доминатор в открытый космос. Республика Латте, впечатлённая, подписала перемирие.

Свадьба Торта и Кекса прошла на развалинах хлебозавода. Мурка танцевала с Печеньем-мэром, Пиццы-Сепаратисты ели ананасы под психоделическим соусом, а река-латте светилась в ритме диско.

— Думаешь, надолго? — Катя спросила Эйвана, наблюдая, как Латте-Президент пытается запретить «слишком сладкие взгляды».

— Максимум до завтра, — он обнял её. — Но сегодня… сегодня неплохо.
Лорен застрял в микроволновом измерении, вещая кулинарные советы заблудшим душам. Торт и Кекс открыли кондитерскую для влюблённых десертов. А Мурка получила Нобелевскую премию мира за «урегулирование сырного конфликта». Но из космоса уже летела Пицца-Доминатор с армией астероидов-оливок…