Свитки. Заметки автора

8. Портреты: Мана

Глава, посвященная основной героине, начинается с истории её появления в доме доктора:
"Мана появилась в доме Саакедов полгода назад. Сердобольный Юджии привел ее прямо с городской площади, где она бойко играла на кайте, собирая вокруг себя зевак, изредка бросавших ей мелкие монетки.
Это была живая, смешливая девочка, и когда она улыбалась, а происходило это довольно часто, улыбалась она как-то особенно заразительно, что вынуждало даже незнакомых людей улыбаться ей в ответ. Оказалось, что девочка – сирота, родители ее умерли от тифа.
Мана быстро завоевала доверие, благодаря своей сметливости и легкости характера. Скоро выяснилось, что она умеет писать, притом необыкновенно грамотно и разборчиво, этому, а также игре на музыкальном инструменте ее обучила мать. Поскольку господин Юджии давно нуждался в помощнике, Мана стала его помощницей и ученицей".

У моей героини артистическая наследственность, она умеет играть на кайте - это вымышленный инструмент, что-то вроде лютни - однако свои музыкальные навыки и способности Мана не рассматривает как определяющие призвание, она просто использует их как ремесло, если необходимо заработать на жизнь. Своё призвание Мана ищет в другом. И лишь изредка она ощущает, что творчество - не сомнительный и нелёгкий способ выжить, а что-то, в чём выражается самое сокровенное.

"Жив ли господин Юджии? Где-то он? Никаких вестей, никаких надежд... Она присела на ступеньку и вся отдалась мелодии, захватившей её вместе с одиночеством. Слова пришли сразу, внезапно, из ниоткуда, и Мана испугалась, что позабудет их в отсутствии чернил и никты. Она повторяла их про себя снова и снова, облекая в песню:

Смотришь на звезды?
Смотришь со звезд? –
Я не узнаю об этом.
Ветер ночной твое имя принес
Мне шелестящим приветом.

Пусть десять тысяч растерянных слов
Мы никогда не услышим –
Ветер шепнет тебе:
С нами любовь,
Если мы помним и дышим...."

В перипетиях сюжета эта линия "про способности" оказалась на третьем или четвёртом плане. Именно как "линия", то есть цепочка взаимосвязанных фактов, она воспринимается лишь в конце истории. И тогда, с моей точки зрения, с помощью не самой важной "творческой" характеристики образ героини обретает законченность. И дальнейший путь Маны становится понятен.
Кстати, о пути: много лет назад, проживая с героиней её историю, я не предполагала, что прописываю часть событий и своего будущего - лет на десять или даже больше вперёд.
Тем не менее, не стоит искать слишком много сходств в характерах автора и любого из героев, совпадения, помним мы, - случайны. Ну, большей частью...