Свитки. Заметки автора

40. Портреты: Цунне Зарид

"Адайви Варшар до сих пор не объявил о своём решении по поводу выражения верности Берисарге. Нервозность уже проникла во все уголки гарнизона и передалась даже сдержанному и исполнительному Цунне, не привыкшему вслух задавать лишние вопросы, но склонному к собственным размышлениям и умозаключениям. Орей отсылал его именно сейчас, когда решалась судьба всех, кто здесь находился, и это не могло быть вызвано простой необходимостью или прихотью.
Цунне крикнул: «Слушаюсь!» и ушёл седлать коня. В конюшне добрые люди нашли его и успели рассказать о том, что старый Орей отправил свою красавицу-дочку в дальнюю обитель отшельников.
– Дела плохи. Отец волнуется за неё и не готов доверить её мне. Итак, он не примет новую присягу? Не хочет, чтобы дочь видела, как его лишат звания? Не хочет, чтобы я видел? Он считает меня ненадёжным, способным без сомнений клясться в верности кому угодно ради продвижения по службе? – Цунне молча точными и привычными движениями управлялся с седлом и упряжью. С виду казалось, его нисколько не смутили новости этого утра.
Уже на выезде его задержал вестовой от Орея и передал приказ зайти к командиру. Цунне оставил ему коня и вернулся к адайви.
– Моя дочь выбрала путь служения Небу, – без всяких предисловий холодно заявил Орей, – Сегодня утром она уехала. Она питала к тебе определённые чувства и до последнего боролась с ними, поэтому очень боялась говорить с тобой. Поэтому не стала и прощаться, и не захотела, чтобы ты знал, куда она едет. Я попросил бы тебя с уважением отнестись к её выбору... – Адайви словно не хватило воздуха. – Исполнять приказ.
Цунне опустил голову, потом вновь взглянул на Орея широко раскрытыми глазами преданного солдата.
– Слушаюсь!"

Итак, первое отличительное качество Цунне - преданность. Нельзя сказать, что Цунне не понимает природу людей и их способность предавать, но он использует преданность как защитный барьер, понимает её как ипостась жизненной справедливости, закон, который нарушать нельзя. Преданность Цунне не такова, как преданность Цайше, поскольку у этих героев разные представления о воинской чести. Окажись Цайше в тех же обстоятельствах, что и молодой человек, - он бы поступил иначе. И душевного конфликта в нём бы не возникло, останься он в живых при погибшем командире. Но Цунне готов винить себя даже там, где его вины нет, и приписывать себе малодушие, которого нет. Именно это делает его более уязвимым и лишает жизненной опоры.

Цунне понимает, что должен что-то делать, как-то доказать самому себе, что он не предатель.- по крайней мере найти способ жить или умереть с честью. Но вынужден дожидаться ответа на письмо господину Ансану, к которому отправил его Орей. И тут - внезапная, казалось бы, удача, некий молодой человек, имеющий доступ к бумагам Ансана, назначает Цунне секретную встречу в таверне Нубы. Наш герой понятия не имеет о том, какая борьба идёт между состоятельными и знатными людьми в Утерехте на фоне кризиса власти в стране, он и не догадывается об интригах. Происшедшее с его гарнизоном выбивает его из колеи, и осознать, как связан "мятеж" Орея и настроения в городе Цунне не успевает.

В подавленных чувствах он приходит в назначенное время в таверну, и здесь происходит их первая за вечер встреча с Маной.

"В зале в самом деле было мало людей. Из прилично одетых, – а только такие входили в круг их обязанностей, – Мана определила одного и указала на него Каоне.
– Ни за что! Лучше вовсе не ужинать, чем с ним. Неприятный. Сразу видно, что скуп. Да еще и мрачный какой-то. Если и будет пить, то в одиночку, а напьётся – начнёт нести всякую чушь и липнуть, как медовая тянучка.
Посетитель соответствовал её описанию. Он не скинул капюшона, вдобавок на лице его лежала закатная тень, отчего трудно было определить возраст и характер, но какие-то угрюмость и холодность сквозили в его облике. Заказав немного, он ел медленно, старательно пережевывая пищу, не глядя по сторонам, сосредоточив внимание на содержимом своей миски.
– Можешь сыграть для него что-нибудь. Что-нибудь печальное. Старинную песню... Но я к нему не пойду – пусть Нуба выгоняет, если хочет".

Мана, понятно, несколько заинтригована, в ней борются предубеждённость и природное желание помочь незнакомому человеку, находящемуся в трудных обстоятельствах, и отзывчивая девушка по-своему пытается эмоционально его поддержать.

Эта неопределённость в отношении Цунне была мне очень важна для развития взаимоотношений героев. Оно начинается (как часто бывает не только в романах, но и в жизни) с поспешных выводов. Поскольку этим же вечером Мана увидит и другого Цунне, с мечом склоненного над умирающим, она довольно быстро уверится в том, что этот человек - убийца. И лишь второе убийство, действительно совершенное Цунне, но с целью защиты от разбойников, заставит её сомневаться. И - преодолевать страх и предвзятость, свои и окружающих.

Вот из какой основы возникает чувство, которое Мана никогда прежде не испытывала.

Так же и с Цунне: юная певичка в таверне, кокетничающая с посетителями, по его представлениям, не способна на самоотверженность по отношению к малознакомому человеку, тем более к тому, в ком она видит преступника. Поэтому и герою предстоит удивляться. И удивление поддерживает в нём желание жить.