Свобода и любовь

Часть 4

За Мари я чувствовал ответственность не только потому, что её отец попросил об этом, но и потому, что я был старше, а она совсем ещё ребёнком. Сначала мы ходили вместе, но потом все же разошлись и занялись своими делами. Время от времени я бросал взгляды на девочку и, убеждаясь, что с ней все хорошо, отворачивался к своим спутникам или спутницам.

Да, у меня уже были и ухажеры и заинтересованные во мне девицы. Как собеседнице, разумеется. Для всех я был "Бэллой Санирской, с Ноэльских земель", благородная леди.

Единственное, что омрачало моё веселье, это неумение танцевать в женской роли. Я боялся ошибиться, машинально перестроившись и ведя кавалера. Нужно было заранее сообщить о проделке Мари и потренироваться с ней, но как-то из головы вылетело.

Нагулявшись, мы с Мари снова соединились и уединились в уголок, усевшись на диванчик.

-Жаль ты не в костюме, мы бы могли потанцевать, - грустно протянула Мари.

-Да, я тоже не смог согласиться ни с кем на танец, потому что боюсь ошибиться с ролями.

-Ты-то не согласился, а меня-то не приглашали, - бурчит Мари.

Я взял её за руку, доверительно смотря в глаза. Я чувствовал в этот момент очень важным успокоить девочку, что и попытался сделать.

-Мари, они либо бояться, либо не понимают твоей красоты. Знаешь, кроты не любят солнце, оно их слепит, вот и ты слепишь их своей яркой, непохожей личностью. Тебе нужно подождать, я знаю, пройдет ещё три-четыре года, и ты потонешь в восклицаниях поклонников, возносящих твою красоту. Только ты не теряй голову, выбирай достойного, одного единственного. Надеюсь, с возрастом ты не утратишь невинности и простоты. Именно за это я уважаю тебя и люблю, как сестру.

Мари ещё сначала моей пламенной речи успокоилась, а под конец расплылась в улыбке. Она кинулась мне на шею, шепча благодарности:

-Ах, какой ты хороший, Дик! Для меня ты тоже самый лучший друг и брат, спасибо тебе! - Она отстранилась и чмокнула меня в щеку, как недавно прикоснулась к отцу. Это действие вызвало у меня улыбку, и я еле удержался от того, чтобы потрепать её по голове.

Со стороны мы выглядели прекрасно! Счастливые, дружные и искренние, на нас невозможно было не любоваться. Старики смотрели на нашу молодость, вспоминая свою.

Наконец на горизонте показался юнец, что созрел для моей названной сестрички. Он пригласил Мари на танец и она, провожаемая моим счастливым взглядом, упорхала в центр зала.

-Могу я пригласить вас на танец? - раздался голос, и я вздрогнул от неожиданности. Я был так поглощен Мари, что не заметил человека, подошедшего ко мне. Переведя на него взгляд, я наткнулся на орехового цвета глаза, обрамленные длинными, но не густыми ресницами. Молодой человек обладал светлой шевелюрой, он был блондином.

-Да. - Чуть погодя, ответил я. Может быть, я сошёл с ума, или меня так вскружило всеобщее веселье, но я, сомневаясь самую малость, согласился. И вот мы вдвоём уже скользили по паркету, и все было, вроде, не так уж и плохо. По крайне мере, я не отдавил ему ноги. И за это уже можно было гордиться.

Как оказалось, танцор из меня, что надо. О других не скажу, но себе я ноги отбил явно, потому что столько плясать, это только до гробовой доски. Но меня, на радость, пронесло. Я остался живым, невредимым и жутко уставшим.

Еле дойдя до диванчика, на котором уже отдыхала Мари, я бессильно рухнул рядом с ней.

- А ты здорово танцуешь! - похвалила она.

-Сам удивлён, - еле промычал я. - Кхм, удивлена. - Поправил я себя.

Мари засмеялась моей оплошность. Вдруг, она замерла и в упор уставилась на главную лестницу. Я настолько устал, что проигнорировал всеобщее спокойствие.

-Дамы и господа! - раздался громогласный голос тем временем. - Надеюсь, все вы веселитесь на этом празднике и дальше вам будет не менее весело. - В зале раздался приглушённый смех, показались довольные качания головой и  улыбки. - Прошу вас любить и жаловать на этом празднике жизни наших уважаемых принца и принцессу! - мужчина отошёл в сторону, а зал потонул в оглушающих рукоплесканиях.

Я нашёл в себе силы открыть глаза и посмотреть в том направлении, на огромную лестницу, посередине которой спускались они. Высокий, статный принц вёл под ручку хрупкую принцессу, не сильно уступающую ему в росте - всего на голову.

-Красивые…- с придыханием поделилась мыслями Мари.

-Ага. – Я разглядывал господ, не боясь огласки. Все смотрели в их сторону, и я повторял за толпой. Единственное, мы с Мари и не начинали хлопать, мы просто глазели на них, как на занимательный экспонат в шикарной комнате. Нужно признать, экспонат был в разы шикарней комнаты. И если красота принца, меня, как мужчину, не привлекла, то красота принцессы была в самый раз. Я не мог оторвать от неё своего взора, и не я один.

Ладно, теперь я понимаю поэтов и писателей, людей, чьи мысли витают высоко в облаках и творческие изгибы изворотливее моих. Перед такой красотой и правда сложно устоять, не попытавшись отразить её на бумаге. Вот только вживую не увидишь и не поверишь, что красота такая реальна.

Абсолютно чёрные, длинные, ровные волосы. Они сияли на свету ярче любых украшений. Глаза, я не мог со своего места видеть их цвет, но контур их видел отчётливо, потому что обрамлялись они шикарными ресницами, и брови были идеальными. И нос. И губы. Губы невероятно шли этому лицу, нижняя была пухлой, а верхняя чуть уже. Кожа светлая и все это чудо упаковано в пышное, синее платье. На фатине крепились бабочки, придавая девушке ещё более воздушный и одухотворенный вид, она словно взлетала вместе с ними. Каждый её шаг был грациозным и лёгким.