Свободная пленница

№25 «Не бойся, ибо Я искупил тебя»

И, хотя Мариам не особо стремилась получить физическую свободу, но она всё-таки принялась искать паззлы в комнатах и собирать их. А всему виной была необъяснимая тревога в сердце за родителей. Мариам хотела их увидеть снова, и поэтому стремилась как можно скорее выйти из дома, чтобы утешить их. Она знала, что у них есть и Олег, у которого уже к тому времени было двое детей, и его жена была беременна третьим, но пустоту в сердце, где раньше находилась Мариам, нельзя было заполнить внуками. Недаром говориться, что у родителей для каждого ребёнка есть особое место в сердце. Так дело обстоит и с нашим Небесным Отцом. У Него большое сердце (переносный смысл, так как у Него нету плоти, а Он - Дух), и места в нём хватает для каждого из нас. Каждый из нас для Него дорог, как для матери дорого её грудное дитя.

«Забудет ли женщина грудное дитя свое, чтобы не пожалеть сына чрева своего? Но если бы и она забыла, то Я не забуду тебя. Вот, Я начертал тебя на ладонях Моих» 49:15-16 - так сказал Бог через Своего пророка, Исаию. «Вот Я начертал тебя на ладонях Моих.» - сказано для нас всех. Ведь мы все записаны там, на Его руках. Мы причинили Ему раны своими грехами, и те самые раны Христа свидетельствуют нам о том, что Он нас всех одинаково любит, и пострадал за нас всех. Мы записаны на Его руках Его ранами, которые не исчезнут никогда. Эти раны – живое свидетельство Его любви, которая повела Его, Создателя неба и земли, на крест – за нас. За наши преступления и беззакония Он был мучим. Он был ввергнут в подземную темницу преисподней, чтобы мы смогли выйти на свободу. Он был бит бичами-скорпионами, чтобы совесть нас больше не терзала, и мы получили мир. Он претерпел насмешки и поругательства, чтобы мы могли вкусить полноценную жизнь, жизнь с избытком и полнотой радостей. На Него надели венок из колючек, чтобы сознание греха больше не терзало наш разум, но мы получили свободу от него. Его руки и ноги прибили гвоздями, чтобы мы более не использовали свои руки и ноги для греха, но для Него, Умершего за нас. Он был полностью обнажён на всеобщее обозрение и посмеяние чтобы мы, нагие со времён Адама и Евы, смогли одеть на себя одежду Его праведности, в которую были облечены люди, до того, как согрешили. Он отдал самое дорогое в уплату за нас – Свою жизнь, Свою безгрешную, без порока и пятна греха, жизнь. И Он выкупил нас Собой. И сейчас Он говорит каждому, кто приходит к Нему:

«Не бойся, ибо Я искупил тебя, назвал тебя по имени твоему. Ты Мой!»

***

Вернёмся же к повествованию. Вот Мариам сидит и собирает детали складанки вместе. Она тяжело вздыхает – складанка не получается. Но вот, после нескольких минут контуры кухни вырисовываются на складанке, и Мариам облегчённо вздыхает и, сложив все возможные кусочки вместе, ложит их на картину с надписью: «Паззл №1, Кухня», и, накрывая паззл стеклом, вешает его после на стенку. От гостиной же не было так много кусочков, но всё-таки Мариам кое-как сложила их вместе, и тоже подвесила на стенку. За ним последовал паззл подвала. И вот, все три паззла уже немножко собраны. Мариам довольна.

«Хоть какое продвижение к выходу из этого дома!» - думает она наивно.

***

Тем же временем в доме кукловода готовится буря, которая хочет потопить в своих волнах маленькую беззащитную лодку Мариам. Андрей, или же Andrew, т.е. Эндрю, уже готовил этой бедной беззащитной девушке такие козни, что, если бы она их слышала, то её чёрные, длинные и волнистые волосы всё равно стали бы дыбом, несмотря на их тяжесть. И, хотя в этих обвинения Эндрю не было логики, однако же многие обитатели дома кукловода поверили им.

А всему виной было то, что вечером Мариам навестила Джека, когда тот попросил прийти её. Эндрю, конечно же, не видел это, но зато Натали с её совершенно безобидным, но развязанным языком, сболтнула сегодня утром на обеде обитателям дома, что видела, как Мариам выходила поздно ночью от Джека. На самом деле это не было и так поздно – около одиннадцати часов вечера, но в такое время большинство обитателей спали.

«Как думаете,» - спросила она, жуя сосиску - «Что Мариам может делать у Джека так поздно вечером? Не иначе как они затевают что-то.»

После того, как Эндрю встретил Мариам, и после того, как она сделала ему выговор, чуть ли не угрозу, он поклялся себе испортить её репутацию. И этой ночной прогулки девушки было гораздо достаточно, чтобы начать своё губительное, в отношении к Мариам, дело…

Натали же и не думала, что её слова могут навредить её новоиспечённой подруге. Но она и боялась, что Джек может склонить Мариам сделать какое-то глупое дело, типа как взорвать кого-либо или что-либо. Да, Нэт хорошо знала своего вождя и его повадки и, хоть и была на него похожа характером, всё-таки с осторожность, присущей особям женского пола, не одобряла многих методов борьбы за свободу Джека. Он, как она думала, мог натворить столько такого, после которого весь дом надо было собирать по кусочкам, были бы у него только средства к осуществлению его проделок!

Итак, Эндрю отправился в свою комнату, обдумывая, как бы можно было ему так разрушить репутацию Мариам, что жители дома перестали бы ей верить… И ничего он лучше не нашёл, как рассказать всем обитателям дома про порочную связь Джека и Мариам...

А что касается самой Мариам, так вечером она пробралась в подвал, чтобы последить за кухней в замочную скважину. Эндрю видел это. Девушка даже не подозревала, каков извращённый ум русского человека, погрязшего в грехах. Да, он, Эндрю, отомстит за себя!

Тем временем Мариам заглядывала в глазок двери. Люк подвала находился ниже, под неё ногами, к которому вела небольшая лестница, где всё утыкано было камерами. Эта дверь была точно такой, какой была дверь в любой погреб. Дверь наверху, лестница ведёт вниз, затем – вуаля – люк от подвала. Вскоре она услышала шаги, и ещё пристальнее прильнула к глазку. К её удивлению, она увидела нескольких мужчин, нёсших ящики с продуктами, в главе которых был… Джеймс Файрвуд! Они быстро распаковали содержимое ящиков, разложили их по полкам и в холодильнике, и ушли, забрав с собой ящики.