Свод Единства. Павший город

Раздорожье

Жазэль проснулась утром от того, что кто-то жестко пихал ей в бок. Ногой. Грубиянка Эйр, это могла быть только она. Ничего не оставалось делать, кроме как перевернуться на другой бок. Возможно, теперь она отстанет.
- Может, на тебя ведро воды вылить? - услышала она голос охотницы прямо над собой.
На шутку было мало похоже. Жазэль, не открывая глаза, смогла сесть. Пусть эта нахалка видит, что процесс пошел. Девушка еще посидела немного, сбрасывая с себя дремоту. Та никак не хотела отступать, то и дело расставляя свои щупальца в ее сознании и мягко привлекая Жазэль обратно в свои объятия.
- Поехали, Жазэль остается здесь. Потом притопает сама. - снова голос той надоедливой грубиянки.
На этот раз клерк схватилась и поднялась с открытыми глазами. Она, быстро-быстро собирая свое одеяло, поспешила к телеге. Там еще никого не было. Жазэль огляделась. Весь лагерь только-только начал пробуждаться. Сандрин возилась со своими сумками, Делорис прислонилась к одной из них и сидела с закрытыми глазами. Максуд сидел чуть дальше и разминал руку. Дамиан вообще еще лежал. А охранник тихонько посмеивался над ней. Жазэль еще была слишком сонной, чтобы как следует нагрубить этой Эйр. Она просто пригрозила ей пальцем. Так, чтобы Эйр этого не видела. Девушка громко зевнула, не прикрывая рот. Перед кем тут его прикрывать? Запустила руки в волосы и попыталась их немного усмирить. Бросила косой взгляд на Сандрин. Та была без головного убора и ее безупречно прямые волосы вызвали приступ зависти у Жазэль. На Делорис можно было и не смотреть. Ну подождите, вот будет какой-то официальный прием, когда Жазэль сделает себе красивую прическу, тогда и посмотрим кто кому будет завидовать. Официальный прием в этом городе. Ага. Еще и такой, чтобы Жазэль на него позвали. Но помечтать можно. Девушка заметила красивое украшение на шее у Сандрин. Золотая цепочка была такого размера, что черные камни на ней не опускались низко и не дотрагивались до ключиц. Конечно, их черный цвет как раз подходил к черной кожаной накидке и таким же штанам. Нашла время покрасоваться. В лесу перед охотниками. Жазэль неодобрительно покачала головой. Она встала на цыпочки и, подняв руки вверх, смачно потягивалась. Пришлось даже зевнуть еще разок. Все, теперь она готова к поездке. Вчера, перед тем как уснуть, она обдумывала как лучше влезть на телегу. Хотя, последнее время ей это удавалось лучше (и это вовсе не повод гордится собой), но пару моментов все же можно улучшить. Например, влезть в нее, пока еще никого нет рядом. Тогда это будет самое красивое восхождение на телегу, которое только можно себе представить. Так Жазэль и поступила.
Намного позже вся команда уже была готова отправиться в путь. Сандрин и Делорис сели напротив Жазэль. Они поерзали, укладывая свои вещи и удобнее усаживаясь. Когда они уселись, Жазэль встала со своего места и протиснулась между ними. С размаху плюхнулась на солому, даже немного их растолкав. Делорис что-то пробурчала, Сандрин вопросительно-оченьнеодобрительно зыркнула на нее.
- А что? Это самое безопасное место в этом лесу, храни его Свод. Не лес, место. Две Творящие, которые уложили призраков, мертвяков и огромных львов. Думайте, что хотите, но я отсюда не встану! - Жазэль победоносно выставила вперед подбородок, не забыв при этом задрать немного нос.
Делорис хмыкнула, похоже, она ничего не имела против. Реакции Сандрин, как обычно, Жазэль не дождалась. Ну и ладно. Теперь, сидя между ними и на кочках соприкасаясь с ними плечами, девушка кое о чем начала задумываться. Раньше она никогда не была частью чего-то. Нет, не так. Она никогда не ощущала себя частью чего-то. Она работала клерком в Северном, но ощущала ли она себя там на своем месте? Была ли у нее некая связь с работающими там людьми, чтобы она ощущала себя частью чего-то большего, чем она сама? Нет. Жазэль всегда считала, что, когда ты нужный винтик в большом механизме, то ощущаешь себя более значимым что ли. Более защищенным, возможно, даже более счастливым. Такого чувства она не испытывала уже давно. Очень давно. С детства. Когда она была попрошайкой. В те времена не всегда удавалось раздобыть для себя пропитание и тогда ей перепадало от более везучих. Но иногда от них перепадало и на орехи. Фууу, не надо об этом вспоминать. Жазэль старательно выкорчевывала в себе все эти воспоминания. Теперь у нее другая жизнь. От тех дней не осталось ничего, кроме душевных увечий и слез. И все же была только одна нотка, которую Жазэль хотела оставить в своей песне души. Это нотка единства с кем-то. Она пыталась завести дружеские отношения уже потом, когда стала работать клерком. Но это было не так-то просто сделать. Опыта коммуникации в таком обществе у нее не хватало. Правильные темы для разговора она брала из книг. И повадки в себе пыталась укоренить тоже оттуда же. Откуда она могла знать, как должна вести себя дама ее положения? Здесь все было просто - находишь подходящего книжного героя и пытаешься быть на него похожим. Говорить, как и он, думать, как и он, поступать, как и он. Конечно, это сложно сделать, когда рядом нет летающих драконов и говорящих кораблей, красивых принцев и мудрых правителей. Трудно поступать так же, когда ты клерк третьей категории и твоего жалования не хватает на съемную квартиру. Когда внутри ты не цельный, то и достичь чего-то не получается. Иногда ты себя слишком укоряешь, порой даже ненавидишь, без перерыва копаешься в себе и находишь все новые и новые изъяны. Пытаешься их исправить, а получается только хуже. Появляются только новые. Замкнутый круг какой-то. И в определенный момент Жазэль решила, что с нее хватит. Она приняла себя такой, какая она есть. Друзей ей не добыть. Она не умела их заводить. А если бы они у нее и были, то она не смогла бы их удержать. Про отношения личного характера она могла только мечтать. Читая по вечерам о принцессах. Девушка многое хотела изменить в своей жизни, но с этими моментами смирилась давно.
Если в психологическом плане ей нечем было похвастаться, то в финансовом все было на мази. Да, поначалу было туго. Хорошо, что у нее были свои таланты, родом из детства. Только они и помогли выжить в начале ее пути. Затем все понеслось. Одно цеплялось за другое, и она смогла снять себе приличную квартиру, накупить модных вещей. Да, у нее не было подруг, перед которыми можно было бы похвастаться этим. Или перед друзьями не принято хвастаться? Как бы там ни было, даже работа в этом паршивом городе принесла ей достойный заработок. И это не было жалование. Все жалование уходило только на пропитание. И еще сколько же пришлось добавлять. Готовить Жазэль не любила, а ежедневное питание в общественных местах стоило не дешево. Ну и что? Все равно лучше, чем сбивать себе ногти, драя посуду. Сейчас ей казалось это все таким далеким. Таким неважным. Важное происходило прямо здесь! Она сидит между двумя Творящими. Раньше она не могла бы себе такое даже представить. Да, одна из них еще ученик, но как она сражалась с теми чудищами, какую храбрость она при этом проявила! Если бы не Делорис, то Сандрин не удалось бы выжить в том подвале. Ну еще Максуд как-то помог. Что же он сделал? Оживил спящую красавицу своим поцелуем? Жазэль улыбнулась сама себе. Она не могла себе представить, чтобы Сандрин… Единство, да она даже не могла представить себе, чтобы Творящая под руку с кем-то прошла. Разве что, с каким-нибудь полуживым, полумертвым, полусотворенным полубогом. Запросы у нее, наверное, еще те. Бродяга явно не из числа ее фаворитов. Если бы Сандрин решила составить свой список фаворитов, то место бы ему нашлось в одна тысяча восемьсот сорок пятом томе. И это при том, что она бы их составила ровно тысячу восемьсот сорок четыре. Хм, остроумно, где там воображаемый блокнот? Нет, стоп. Эти люди были сейчас рядом с ней. Это именно их присутствие рядом навеяло Жазэль мысли о детстве и весь тот мыслительный процесс в виде перетекающих ассоциаций. А плясало все от чувства принадлежности. Она ощущала себя частью команды. Да, тут был бродяга, охотники - а они еще хуже, солдат, охранник. Хм, не очень-то команда. Чего же она так радуется? Почему же ей так и хочется порхать?
- Знаешь, а я тебя ненавижу. - негромко сказала Жазэль фиолетовоглазой.
И, о чудо! Не дождалась никакой реакции. Какая же это была неожиданность. Творящая никак не поменялась в лице и сидела с неизменным отрешенным выражением лица, если не считать приподнятую бровь. Одну.
- Не спросишь почему? - все так же тихо, без агрессии и укора спросила Жазэль.
- Потому что я тебя отправила в этот забытый богами город. - таким же тихим безучастным голосом отозвалась Творящая.
- Не-а. Потому что ты умная. Потому что ты красивая. У тебя есть положение, которые ты сама себе добыла. У тебя есть деньги, которые ты сама заработала. У тебя есть слава, которая, как ветер - задувает даже в те города, где ты никогда не бывала. Те, кто тебя не боятся, - уважают. Потому что ты - образец для подражания. Долбаный недосягаемый для меня образец. - Жазэль говорила не спеша, растягивая каждое слово.
Проявилась ли какая-то реакция на лице Творящей? Девушка не успела рассмотреть.
- Стоять! Кто такие? - сильный командный голос, по всей видимости, принадлежащий какому-то солдату.
Все головы из телеги повернулись в сторону голоса. Прямо перед ними стоял конный патруль. Больше десяти солдат. Все в красивых красных мундирах. Но не таких, в каких ходит городская стража или городские солдаты.
Максуд и Эйр уже объясняли им кто они. Интересно, что же они им сказали? Говорили они не громко, поэтому Жазэль не могла их слышать. Еще сзади шаркали и переговаривались другие члены их команды, так что расслышать что-то было невозможно.
- Мне приказано вас сопроводить. - так же громко вещал солдат на коне, затем повернулся к своему отряду. - Вы двое - стрелой в город, доложите.
Жазэль поняла, что их ждали. Хороший это знак или плохой? Радоваться или можно начинать нервничать? Она перевела взгляд на Сандрин. Еще бы. Что она надеялась увидеть? Даже камень, когда шел дождь, и тот был непревзойденным лицедеем по сравнению с этой Творящей. Ты можешь обвинять ее во всех бедах мира, можешь признаваться в любви или рассказывать такую шутку, от которой лопались брюха у королей, но в ответ получишь только одно. Необъятное ни с чем не сравнимое что ни на есть ничего. Полное ничего. Жазэль нахмурилась и скрестила руки. Она надулась и теперь касалась локтями и Сандрин, и Делорис. 
Обратный путь с самого начала был не таким веселым, как она надеялась. Им, безусловно, было что обсудить, что вспомнить, о чем подумать. Но усталость одолевала их. Несколько ночей спать не на кровати - это ведь через чур. Особенно для дамы с таким высоким положением, как у нее. Каждый хотел попасть в город и обмыться. Каждый из представителей цивилизации. Охотникам ведь все равно? И охраннику. Особенно охраннику. А ведь Эйр женщина. Нет, она охотник. Жазэль сама себе улыбнулась. Хотя, если хорошенько вымыть ей волосы, показать им, что такое расческа, остричь ножницами, а не ножом… Не-е-ет, слишком много всего надо было сделать, чтобы Эйр стала напоминать леди. И уж тем более не удастся скрыть ее ужаснейшие манеры. А тут еще и эти конные. Солдаты на конях. Кони с солдатами в седлах. Как же их называют? Калеристы. Нет. А, Единство с ними. Какая разница, как их называют? Невесело ехать, вот что. Жазэль напряглась, тяжело дышала. Солдаты на конях разделились и теперь ехали и впереди них и сзади. Вся компания пеших охотников шла теперь одной молчаливой сбившейся кучей впереди повозки.
Тряска в телеге была не из приятных. Наверное, возница ехал быстрее. Или дорога здесь была хуже. Жазэль начало укачивать, ей и так еще было плохо после мертвяков, а тут приходилось так прыгать на кочках. Скоро ее бросило в пот, и она закрыла глаза. Закатила рукава, чтобы ветер обдувал ее руки. Прохлада получила больше доступа до ее тела и от этого ей становилось легче. Мысли Жазэль постаралась все выгнать из головы. Даже те, в которых насмехалась над Эйр. Проехала так минут десять-двадцать и ей стало лучше. Тошнота немного отступила. Девушка открыла глаза. А как же себя чувствовала Сандрин? Ведь то, как досталось Жазэль, - это сущие пустяки по сравнению с тем, что пришлось пережить ей.
- Как ты себя чувствуешь? - тихо спросила она Творящую.
Та немного подняла правую руку ладонью вниз и покачала ней, как корабль качается на волнах, только быстрее. Мизинец то вверху, то внизу. Средненько. Скорее всего это означало больше “паршивенько”. Жазэль встала и сделала пару шагов к их сумкам, что были сложены на самом краю телеги. Порылась там и принесла воды в бутылке, протянула Творящей. Та подняла глаза, и целое невыносимо долгое мгновение смотрела на Жазэль, потом взяла воду и немного отпила. Губы вытерла тыльной стороной руки.
- Спасибо. 
Жазэль не ждала благодарностей, ей не нужны были баллы в рейтинге. Она приблизительно понимала, как сейчас должна чувствовать себя Сандрин.
- Хочешь? - предложила она воду Делорис, та покачала головой.
Жазэль снова уселась между ними. Самое безопасное место во всем мире. И оно было ее! Она порылась у себя в карманах и достала платок. Фиолетовый платок. Зачем она его вообще покупала? Куда его можно было носить и подо что он мог ей подойти? Но этот фиолетовый цвет. Ей хотелось иметь при себе какую-нибудь вещицу именно этого цвета. Сейчас кое-кому она нужнее. Жазэль протянула платок Сандрин.
- Это поможет скрыть синяки на шее. Или что там это такое.
Сандрин повернула голову и снова пристально посмотрела в глаза Жазэль. Единство, что это за взгляд? Своду бы это не понравилось. Точно сверло между глаз. Жазэль на всякий случай потерла лоб рукой, проверяя, нет ли там дыры размером с солнце.
- Нельзя, чтобы кто-то это видел. - добавила девушка.
Сандрин протянула руку, взяла платок и обвязала ним себе шею, скрывая и синяк, и черные бугристые жилы, доходящие почти до подбородка, и украшение.
Жазэль и не нужно было говорить спасибо. Она чувствовала себя полезной. Она ощущала себя частью чего-то большего, чем сама. Больше ей ничего и не нужно! Пусть этот день никогда не заканчивается.
- Жазэлизэ! - резкий голос за спиной заставил ее снова открыть глаза.
Она повернула голову, сбоку от телеги шагал Максуд.
- В городе нас ждут. Ничего не придумывай и ничего не скрывай.
Она нахмурилась, напуская на себя гримасу непонимания. Особо стараться не приходилось, ведь она действительно не понимала, о чем речь. Воин увидел ее выражение лица.
- Тебя будут допрашивать. Ничего не придумывай и не скрывай. Говори, как есть, поняла? Кивни, если да. - спокойный размеренный тон Максуда контрастировал со смыслом его слов.
Жазэлизэ закивала, растерянно хлопая ресницами. Допрашивать? Ее? Максуд вырвался вперед прежде, чем ей пришло в голову задать ему пару вопросов. Она повернула голову к Сандрин. Камень в дождливую погоду…
Через некоторое время они подъехали к стенам города. Жазэль еще издали увидела, что там находится много солдат. И тех, что на конях, и пеших. Все в красных мундирах. Были несколько в черных. Наверное, самые главные. Колонна подошла к городу. Солдаты на конях, что их сопровождали, отсалютовали черному мундиру. Они немного поговорили, и солдаты ускакали прочь. Черный мундир подъехал к ним. Наверное, высокий человек, ведь на коне его рост было затруднительно определить. Шлем черный с элементом, который закрывал переносицу, и другими по бокам, которые слегка напирали на щеки. Серые глаза, густые брови. Кожа обветренная сероватого оттенка. Или коричневатого. Загорелый и обветренный. Острый нос. Скорее всего, длинное лицо с впалыми щеками. Это и есть Азаниэль? Или это один из его командиров? Воины спешился. Точно, высокий. Худой и высокий. Она видела генерала только один раз на представлении. Издали. И это было давно. Девушка не смогла его узнать. Да и с чего бы ему их встречать? Это какой-то командир из его армии.
- Сандрин. - он кивнул Творящей. - Сын, как же мы долго не виделись.
Черный мундир раскинул ручищи в объятиях и подошел к охраннику. Они обнялись, и он похлопал охранника по спине.
- Оррмарин, я слышал, ты был ранен? - осматривая сына говорил черный мундир.
Никаких признаков обеспокоенности, никакой взволнованности. Воины. Ранения - привычное дело. Наверное, они обсуждают ранения вечерами у камина, как обычные люди обсуждают ту соседку, что увела мужа швеи с боковой улицы.
Жазэль от потрясения не могла пошевелиться. Челюсть отвисла, глаза были готовы покинуть ее побледневшее лицо. Охранник? Единство его подери! Сын Азаниэля? Мир перевернулся. А потом отряхнулся и еще раз перевернулся. Стоп. С чего она взяла, что это Азаниэль? Просто какая-то мелкая сошка на побегушках у великого полководца.
- Меня зовут Азаниэль. Теперь вы в моем подчинении.