Свод Единства. Павший город

Верея

Его белые одежды развевались на ветру. Хлопок приятно шуршал, а его светлые волосы трепались, как трава в поле. Вокруг него шелестела зеленая весенняя трава. Маленькие желтые цветочки только-только начали распускаться. Деревья были чуть дальше от него по обе руки. Их могучие зеленые кроны давали большую тень. Но он стоял не в тени. Он находился за два шага до обрыва. Такого высокого, что его дно было скрыто мглой. Солнце слепило ему глаза. Как же здесь было красиво. Сверху синее-синее небо, куда не глянь. Небосвод уходил в бесконечность. И в такую же бесконечность уходило все в обрыв впереди него. Настоящий край земли. Сзади послышался кашель, которым вежливые люди оповещают о своем присутствии.
Он не обернулся. Его белые одежды все так же трепыхались на ветру.
- Ты знаешь, почему я прихожу сюда так часто?
- Э… здесь красиво? - раздался голос за его спиной.
- Здесь все такое настоящее. Такое, каким она это оставила.
Он еще немного постоял без движений. Потом высоко задрал голову. Примерно над ним небо начинало темнеть. Чем дальше, тем темнее оно было. И заканчивалось темной непроглядной пучиной над самим городом. И пучина эта не имела ничего общего с ясным и таким красивым весенним небом. Она была холодной и далекой. Такой, которая однажды грозила поглотить все на своем пути. Он обернулся. Перед ним стоял человек в светло серых одеяниях. Просторные хлопковые одежды. Светло серые.
- Зачем ты пришел? И знай, перед ответом подумай дважды, так как мне уже приелись твои посещения.
Человек в серых одеждах выпучил глаза:
- О, великий, изволь извиниться за свое поведение. Но продиктовано оно было исключительно…
- Хватит. - перебил он его. - Ты меня не слушал? Что я сказал тебе?
- Чтобы я дважды подумал. Приношу свои извинения. - человек в сером низко поклонился.
- Говори, только быстро.
- Он появился, господин. - не разгибаясь говорил человек в сером.
- Это невозможно. - категорически покачал он головой.
- Я тоже так думаю. Но это так. Я еще ни разу не ошибался. Если вы будете так добры разрешить мне сделать всю работу…
- Если ты лжешь, хитришь или преследуешь другие свои корыстные цели, то будешь наказан. Жестоко наказан. Ты меня знаешь. А теперь я спрошу еще раз. Ты уверен, что он появился?
- Уверен. - человек в сером ответил быстро.
- Тогда иди. - он отвернулся и направил свой взор снова в синее небо.
Человек в сером еще пару раз поклонился, хотя и знал, что это останется незамеченным. Он выпрямился только тогда, когда отошел на добрый десяток шагов. Еще через сто шагов он уже сыпал ругательства и кривлял господина, искажая его голос и перекручивая фразы. Он шел к городу. К Колодцу Свободы.

- Я никогда не спрашивала, но что ты хочешь делать? - спросила девушка в золотом.
- Хочу победить. Сейчас в одиночку это трудно сделать, Айя. Нужна армия. Самое безопасное место для нас - крепость. Но она будет безопасна вместе с армией. Самому туда идти смысла нет. Ты знала, что Эйр и Сандрин пару раз меня спасли? - Максуд посмотрел на золотую девушку. - А это так. Мне не хотелось бы их бросать.
- И поэтому ты остаешься? Но ты знаешь, что эту ночь можно и не пережить. Почему тогда волнение? Почему не страх? Не ужас?
Максуд улыбнулся. Один из солдат начал приближаться. Пришлось постоять в тишине, пока он не прошел мимо. Амайанта летела сбоку солдата, имитируя его походку. Она даже заваливала свою рамку влево и вправо, раздувая щеки. Ей было весело. Когда она подлетела снова к Максуду, он ответил:
- Я не боюсь смерти. Конечно, умирать не хочется. Это очень неприятно.
- А ты знаток в области смерти, как я посмотрю. Неприятно ему. Ты лучше обо мне подумай? Я тебе тоже пару раз жизнь спасла, между прочим. - она сделала свое лицо задумчивым. - А ты хиляк. Тебе девушки жизнь спасают. Та худорба Жазэлизэ еще не спасала? Очередь занять забыла, что ли? Или она настолько умна, что поняла то, что я давным-давно уже знаю: не всем осломордым стоит спасать жизнь.
Максуд покосился на нее.
- Что? Ты сегодня весь день дуркуешь. - ни капли оправдательного тона не было в голосе девушки в золотом.
- Что это еще за слово такое?
Амайанта вытаращила на него глаза. Потом надула щеки и с шумом начала выпускать воздух, рукой она махала на свое лицо, словно веером:
- Ты ведь все равно не злишься на меня. Я знаю.
- Почему ты ушла, когда появилась Первая?
- Пф. Вот еще. Как будто у меня других дел нет, кроме как глазеть на этих пресмыкающихся. Кстати, что она там говорила? - делая вид, что ей совсем не интересно, спросила Амайанта.
- Говорила, что Сандрин теперь Продленная. Сказала, что я не должен был ей помогать.
- Ты хотел сказать, что это я не должна была ей помогать. - перебила девушка в золоте.
- Мы не должны были. Сандрин должна была умереть. Бла-бла-бла. Теперь у них много работы, бла-бла-бла. Ну и еще намекнула мне, что ее нужно убить.
Амайанта уже не прикрывала свое изумление:
- Убить? И ты не убил? Почему?
Теперь пришла очередь Максуда таращить на нее глаза.
- Я имею в виду, что, как ты смог ей воспротивиться? Ведь Первые могут влиять на своих жертв. Серьезно влиять. Те всегда делают все, что им говорят Первые. А ты - жертва.
- А это что еще значит? - спросил воин, зная, что вряд ли удастся добиться от нее вразумительного ответа.
- Ну ты даешь. Подумать только. Первые не со всеми могут говорить. И не со всеми хотят говорить. Они выбирают себе жертву. Ставят на нее клеймо и поэтому могут ее найти где угодно и когда угодно.
Максуд приподнял бровь. Вот, значит, как? Амайанта продолжила:
- И они могут влиять на человека. Очень сильно влиять. Отдавать ему приказы. Это то, что Отец оставил им от богов. Конечно, они должны это делать с благими намерениями и все такое. - она скривилась.
- А Первый может поставить это клеймо так, чтобы только он мог говорить со мной, а другие Первые нет?
- Наверное. Откуда мне знать, что может делать эта жалкое подобие богов, а что нет? - возмущенно вскинула руки девушка в золоте, а потом сквозь зубы добавила. - Прихвостни Отца.
Совсем тихо, но Максуд услышал. И он почувствовал гнев.
- Тебе нельзя злиться. - быстро выпалил он.
- А ты откуда знаешь? - удивленно спросила Амайанта.
Откуда он знал? Может, она сама говорила. Может, он это почувствовал, а, может, просто знал и все.
- У меня тоже есть свои секреты. - Максуд захотел показаться немного загадочным.
Секунду Айя смотрела на него, а потом разразилась хохотом. Своим тоненьким звонким заразным смехом. Пришлось Максуду немного хихикнуть в кулак.
- Первые хорошие или плохие? - спросил Максуд, когда она успокоилась.
- А мне откуда знать?
Воин снова почувствовал ритм гнева. На этот раз подавленного, но он все равно его явно ощущал.
- Ладно. Давай лучше не будем о них. - предложил Максуд.
Девушка в золотом сделала то выражение лица, которое делают люди, когда бьются над решением проблемы десятилетие, а потом неожиданно его находят. Она быстро переместилась и пристроилась прямо перед лицом Максуда. Рассматривала свои ногти на одной руке, потом на другой. Максуд молча наблюдал за ней. Когда руки и ногти закончились, она взяла рукой свои волосы и начала их перебирать, беззвучно напевая известную только ей песню.
- Это пошлая песня. - заговорил Максуд.
Амайанта перестала петь и пялилась на него:
- Ты не можешь этого знать.
- Угу.
Она гордо вскинула голову и снова принялась разглядывать свои ногти. Максуд едва заметно покачал головой в разные стороны.
- Ладно, что ты такого придумала? О чем ты хочешь, чтобы я спросил?
Она опустила руки и смотрела на него лукавой улыбкой. Ей определенно нравилось, что это человек хорошо ее понимает. Это было чем-то… чем-то новым для нее.
- Да так, ни о чем. - она пожала плечами. - Видел какие лошади у солдат Азаниэля. Такие красивые. На каждой клеймо и красивая сбруя. И наездники ничего так, раз уж на то пошло.
Максуд нахмурился. Он тяжело вздохнул. Теперь Амайанта делала вид, что рассматривает пейзаж. Почему она не может говорить прямо? 
- И что ты знаешь о моем клейме?
Она резко взметнулась и остановилась у него перед носом. Так близко, что ему пришлось чуть отклонить голову назад. Глаза ее горели безумной радостью. Радостью ребенка, у которого пять лет не было новой игрушки, а он зашел в подвал, забитый игрушками до верху.
- Я могу его снять. Хочешь?
Теперь и Максуд ощутил радость. Уже свою. И она передалась Амайанте, отчего та еще больше засияла. Да, он определенно хотел снять клеймо. Даже тот факт, что еще пять минут назад он вовсе не знал о его существовании, не делал снятие клейма менее желанным. Он энергично закивал.
- А тебе это не будет стоить много сил? Не хочу, чтобы ты снова пропала на пару дней.
Девушка махнула рукой:
- А, всю ночь, как придурок, будешь думать о своих никчемных мимолетных мгновениях радости и все наладится.
- Я для тебя о них думал. - защищался Максуд.
- Бла-бла-бла. - перебила его Амайанта. - Это для меня сущие пустяки.
Она скрестила пальцы, улыбнулась и только ждала команды. Максуду не нужно было размышлять по этому поводу. С какой стороны не зайди, от такого решения он только выиграет. Эта Первая перестанет пытаться управлять им. Если другие Первые выйдут на связь с ним, то это только к лучшему. Ему бы хотелось услышать, о чем думают оба их лагеря.
- Давай.
Девушка все так же жадно смотрела на него. Огонек озорства блистал в ее глазах. Она даже немного рот приоткрыла.
- Ну? - подгонял ее Максуд.
- Что ну? - девушка в золоте захлопала глазами.
- Снимай клеймо. - все ей нужно разжевать.
- Уже. Признаться, я его сняла сразу же, как только об этом подумала. Скажи, я молодец, а? - она гордо вскинула голову и надела на нее очень эпический венок из золота, а, может, это была корона.
- Айя, нам нужно поговорить об этом, ты не можешь…
- Скучный, скучный, скучный, скучный. - она закрыла руками уши и быстро тараторила.
Максуду ничего не оставалось как вздохнуть. Непосредственность этой девушки время от времени раздражала, но, в основном, она приходилась ему по вкусу. Но делать такие вещи даже без его согласия? Это ведь было важно. И его мнение должно было учитываться. С другой стороны, она ведь могла вообще ничего ему не сказать. И снять его просто на зло Первой. Он протер глаза руками.
- Ты была сильным богом?
Она застыла. Медленно убрала руки от головы и опустила их.
- Почему ты спрашиваешь?
- Раньше боги ходили по земле. И я не слышал, чтобы они могли создавать дождь за несколько секунд. У тебя даже нет плоти. Ты привязана ко мне. Насколько же ты ослабла? И насколько же ты была сильна, раз и сейчас можешь такое сделать.
- Ну так, я была не самым слабым богом. - она опустила взгляд.
Грусть. Эмоция ударила прямо в сердце Максуду и заполнила каждую его клеточку. Ему сдавило грудь.
- Айя, прости. Я не хотел. - еле сумел выдавить из себя извинения воин.
Но было поздно, она уже растворилась. Максуд поднял глаза к небу, и еще долго ругал себя. До ночи оставалось несколько часов. Он зашел на площадку. Снял сумку с плеча. Вынул свои черные доспехи и шлем. Вытянул два меча. Оружие нуждалось в уходе. Доспехи тоже. Пока он занимался механическим трудом, в голову ему приходили разные мысли. О быстроходах, о Первых. Амайанта плохо о них отзывалась. Называла их тенью богов. Но было не похоже, что она знала о том, что в какой-то момент они разделились. Хотя и Максуд не знал этого наверняка, он только строил догадки. Потом он подумал о предстоящей ночи. Самое главное - это не дать им зайти в город. Самая ударная группа сегодня будет не у амалионов. И не у солдат. Она будет вокруг Сандрин. Максуд поймал себя на мысли, что не опасается ее. Хотя должен. Теперь она заодно со злорадным артефактом. У Максуда в ушах до сих пор стоял его скрипучий смех. Он защищает ту, которую Первые приказали убить. Смешного здесь мало. Ирония есть, но смешного мало. Раньше Максуд считал, что Первые не могут ошибаться. Не всегда ему хотелось делать то, что они говорили. Не всегда он это и делал. Но они не ошибались. А теперь всплыли новые факты. Есть другие Первые. Что, если он всегда был пешкой в их игре? Может, их никогда не интересовал мир в настоящем понимании этого слова. Всегда были войны. Где бы не появились Первые, туда обязательно придет опустошение. Может, они и были первопричиной этих ужасных событий? Может, они дерутся друг с другом за власть и сферы влияния? Теперь надо иначе взглянуть на многие вещи. Ему давали сотни поручений. Все ли они были нацелены на достижение мира? Максуд отложил мечи в сторону. Он начал вспоминать. Некоторые события он помнил четко, другие чуть хуже. Он пытался посмотреть на них с разных точек зрения. Были такие решения, к которым он не мог придраться. Но были немного двойственные. Истолковать их можно было по-разному. Еще подливал масло в огонь фактически приказ убить Сандрин. Раньше ему приказывали убивать только командиров врагов или очень опасных Творящих, или алхимистов, или других не менее опасных существ, которые могли круто развернуть историю. Максуд заволновался. А если все эти убийства были выгодны только этим Первым? Если все эти существа не были такими плохими, как о них говорили Первые? Раньше он бы убил Сандрин. Но была ли она плохой?
До самого вечера Максуд размышлял. Он закрыл глаза и погрузился в воспоминания. Сотни разговоров и последующих происшествий. Тысячи лиц и реки крови. Он хорошо помнил даже то, что было очень давно. Такова особенность его сущности. И чем больше он вспоминал и обдумывал произошедшее, тем больше понимал, что Первые не так просты, какими они всегда хотели казаться. “Мы следим за порядком во всем мире”, “Ты должен убить его, чтобы эта война закончилась”, “Эта война не похожа на другие”, “Она должна умереть” и еще сотни других фраз.
Когда Максуд открыл глаза, солнце уже почти село. Первая луна скоро покажется на горизонте. Он встал, одел доспех, вложил мечи, взял шлем в руки и отправился к Сандрин. По дороге он смотрел на город. Серые унылые здания. Казалось, что город просто вымер. Только солдаты бегали отделениями или поодиночке. Если сегодня ворота устоят, то город проживет еще один день. О жителях он старался не думать. На войне всегда есть потери. Предотвратить их гибель было не в его силах. Они станут большой обузой в крепости. Да и организовать эвакуацию целого города в условиях войны будет крайне сложно. Максуд был уверен, что не все солдаты доберутся до крепости, что уж говорить о мирных жителях. Некоторые из них даже не смогут элементарно прошагать такое расстояние. Все равно важно не упустить ворота. Тогда солдаты останутся живы. Тогда они смогут попасть в крепость. Максуд чувствовал, что им нужно именно туда. Именно там все решится. Если отбросить все предчувствия, то идея с крепостью не такая и хорошая. Но другой не было. Город не удержать. Прорваться к столице вряд ли получится. На открытой местности их разнесут в дребезги. Так же, как и вторую армию, что должна была прийти им на помощь. Крепость поможет выиграть время. Если амалионы собрали достаточное количество войск, то долго им не продержаться. Помощи ждать неоткуда. Но это все равно лучше, чем погибнуть в городе, который не создан для обороны. Главное удержать ворота.
Максуд уже вышел на площадь. Азаниэль сделал из нее перевалочный пункт. Часть ее занимал госпиталь, другая часть использовалась для погрузки и отправки запасов его оружия в мешочках. И на дальнем конце было около трехсот человек, скорее всего, резерв. Или одна из групп для прикрытия ворот. На него никто не обращал внимания. Может, потому, что его доспехи были черными? Максуд с улыбкой шел через площадь. Вся эта суета военных была для него такой родной. Еще час и все начнется. За всем происходящим наблюдал не только он. Статуя инквизитора тоже была здесь. Казалось, что смотрел он безразличным взглядом на все эти события. Для него всего на всего одни живые существа сменяются другими. И так на протяжении тысяч лет. Улыбка слетела с лица Максуда. До дома Сандрин оставалось несколько метров. Сбоку послышались приказы командиров. Такие обычно отдают, когда прибывают высшие чины. Максуд повернул голову. Азаниэль и Стайрэд направлялись к нему. За ними следовало несколько быстроходов.
- Ты это чувствуешь? - девушка в золотом откуда-то выпорхнула и медленно крутилась со своей рамкой.
Беспокойство. Он совсем забыл. В условиях постоянного напряжения и близкого контакта с врагом он забыл чувствовать. Каким бы не был враг предсказуемым по твоему мнению, но ты всегда должен оставаться на чеку. Азаниэль уже был близко. Во дворике Сандрин уже показалась Эйр и Зверь. Амайанта все так же передавала ему беспокойство. 
Максуд остановился. Он закрыл глаза и все звуки для него исчезли. Он больше не слышал возни солдат, их болтовни. Не слышал шагов Азаниэля и приветственного возгласа Эйр. Он погрузился в себя. Слева. Скелет. Быстроходы. Справа луксор. Хм, Амайанту он не чувствовал. Сильный источник справа. Незнакомый. Разве есть для него что-то незнакомое в этом мире? Максуд почти сразу догадался, что это Сандрин. Ее амулет он не ощущал. Это казалось странным, раньше было не так. Далеко позади и справа. Журчание. Надоедливое ритмичное глухое журчание. Гравалионы. Много гравалионов. Это он и так знал. Что хотела сказать Амайанта? Максуд попытался почувствовать еще дальше, расширить область поисков. Сзади, спереди, сбоку. Ничего. Только едва различимая странная тонкая мелодия полу ритма. Все мелодии имеют ритм. Всю силу в мире он мог ощутить, если находился достаточно близко. Но этот ритм был другим. И ритм и не ритм одновременно. Очень тонкий, сперва Максуд даже не понял, что это, настолько отдаленно и приглушенно он звучал.
Максуд открыл глаза. Азаниэль и Стайрэд стояли возле него неподвижно. Наверное, они уже были здесь какое-то время. Из двора Сандрин вышла вся ее команда. Амайанты не было рядом. Никто не задавал ему вопросов. Но в глазах Жазэлизэ он прочел страх. Эйр уже тянулась за оружием. Азаниэль нахмурился, а Стайрэд подзывал быстроходов. Неужели, его эмоции были так отчетливо видны на лице?
- Насколько все плохо? - спросил Азаниэль.
- Ты даже не представляешь. - похолодев, ответил Максуд. - Где склад?
Азаниэль задрал подбородок. Он не собирался говорить.
- Они не будут атаковать стены. - воин развернулся в другую сторону. - И ворота они тоже не будут атаковать.
Получилось так, что он стоял спиной ко всем остальным. Максуд не видел ни их лиц, ни их самих. Но чувствовал напряженность. Никто не шевелился.
- В городе есть Творящий. - Максуд снова повернулся к ним лицом. - Его надо убить. Очень быстро.
- Что это все означает? - раздраженно спросил Азаниэль. - Я должен знать, что происходит.
- Сюда идет монстр. Стену города он даже не заметит. - Максуд секунду помолчал, чтобы все поняли серьезность того, о чем он говорит. - Он проделает такую дыру в ней, что штурмовать ворота не будет нужды. Он зайдет в город и куда он направится?
Азаниэль прищурился, на секунду он сжал губы.
- Склад в темнице. Всех узников мы тайком перевели. А там всегда есть охрана, поэтому это здание не вызывало подозрений. К тому же, оно удачно расположено. - объяснил генерал. - Что это за монстр?
Все напряглись еще сильнее. Даже Эйр сжала зубы, костяшки на ее кулаках побелели.
- Верея.
Азаниэль покачал головой:
- Если это была шутка, то совсем неудачная.
- Ты уже одну победил. - раздался голос Эйр.
- Ты дрался с вереей? - спросила Сандрин.
- Та была детенышем. - оправдывался Максуд.
Азаниэль выпучил глаза. Он не знал, как реагировать на происходящее. Верей не существует. Это выдумки. Страшные сказки на ночь, которые более взрослые дети рассказывают младшим, чтобы напугать их. Не больше. Но этот человек говорил так уверенно. Он дрался с одной из них?
- А при чем здесь другой Творящий? - задала правильный вопрос Сандрин.
Этот момент все упустили из виду. Она же обратила на него внимание.
- Верея - это животное. Оно не может само нападать на города. Творящие могут их призывать.
Эйр округлила глаза и повернулась к Сандрин. Как и всегда, ее лицо ничего не выражало.
- Оно идет на зов. И не остановится, пока он не отпустит его или пока оно не придет к зовущему. - Максуд поджал губы. - Верея идет оттуда.
Максуд повернулся, вынул меч и указал им точное направление. То направление, где он ощущал присутствие зверя.
- Теперь вам нужно проложить линию от места положения вереи до склада и продолжить ее дальше. Где-то на этой линии и будет находится Творящий. Он не может управлять вереей, только звать ее. Никаких лабиринтов. Прямой путь. От точки до точки. Убейте Творящего или заставьте пройти ее мимо склада. - Максуд смотрел только на Сандрин, эту миссию он возлагал на ее плечи.
- А что будешь делать ты? - спросила Эйр.
- Я пойду к стене. Надо подготовить солдат, минимизировать потери при разрушении стены и перестроиться для обороны прохода, который образуется после того, как она зайдет в город. Еще было бы хорошо попытаться ее задержать.
- Обороной займусь я. Это мои солдаты. А тебе может понадобиться помощь Стайрэда. - Азаниэль не спрашивал, он ставил перед фактом.
Максуд повернулся к Стайрэду. Скелет, воин без страха, практически бессмертный. И очень быстрый. Глупо было бы отказываться.
- Мы выходим. - согласился Максуд и направился к стене.
- Подожди! - крикнула ему Жазэль и подбежала к нему.
Она передала ему листок бумаги, сложенный несколько раз. Воин непонимающе посмотрел на нее, но листок взял и сунул его в карман. Надо было спешить. Он пошел к стене. Через несколько шагов перешел на легкий бег. Времени оставалось мало.
- Один останься с Сандрин. Ей понадобится передавать сообщения. Еще один со Стайрэдом. - генерал отдал приказ одному из быстроходов и побежал вслед за Максудом.
Три мундира отправились за ними, один остался стоять на месте и еще один погнался за Стайрэдом, который черным шлейфом с невероятной скоростью умчался к стене. 
Сандрин обдумывала план действий. Ей требовалось для этого хоть что-то знать о вереях. Существует вероятность того, что ей придется столкнуться с ней в городе. Лучше бы знать, что тебя ждет. Насколько она сильна? Как быстро умеет передвигаться?  Что она вообще о ней знает? Верея может разрушить стены города, значит, она огромная. В сказках великие воины пробивали насквозь их своими копьями. Но на самом деле вряд ли существует такое длинное копье. А если такое и есть, то его никому не под силу поднять. Творящая сжала губы и еле заметно качнула головой. Она посмотрела на Жазэль:
- Ты знаешь город. Веди нас к складу. И запомни направление, которое показал Максуд. Ты сможешь там сориентироваться?
Жазэль мысленно вспомнила Максуда, который мечом указывал направление. Он специально сделал это именно так, чтобы ей было легче запомнить? Воин в черных доспехах с черными волосами с блестящим мечом. Попробуй тут забудь. Она посмотрела в ту сторону и постаралась запомнить направление максимально точно. Она уже думала о тех улицах, которые будут находиться в пределах их поисков. Там были дома не очень богатых людей. Даже бедных. Множество лачуг. Объемы поисковых работ будут не маленькими.
- Нам туда. - вздохнула Жазэль и, кивнув в нужную сторону, повела за собой группу.
Эйр старалась бежать с ней рядом, чтобы заметить опасность, которую, по ее мнению, худая девка обязательно пропустит. Через пару улиц Жазэль уже не ровно дышала и сбавила темп. Пробежки не были ее сильной стороной. Надо бы этот компонент подтянуть. Как оказалось, на войне самое главное - это быстро бегать. Девушка твердо решила для себя, что она поработает над собой в этом направлении. Потом. Когда все образуется. Эйр бросала на нее неодобрительные взгляды, словно подгоняла ими. И они действовали. Жазэль разозлилась и на Эйр, и на себя. Она не переставала бежать. Еще пару улиц они преодолели, прежде чем девушка остановилась. Она согнулась и пыталась отдышаться.
- Чего встала? На руках тебя никто носить не будет. Найдешь своего принца, к нему и обращайся. - Эйр повертела головой вокруг. - Нет, Оррмарина здесь нет, так что давай беги.
- Подожди. Нужно… сориентироваться. - запыхавшись говорила Жазэль.
Она еще с минуту восстанавливала дыхание. Потом припомнила воина в черных доспехах с черными волосами. Ну, красавец? Куда там он показывал? Жазэль смотрела в ту же сторону. Она прикинула, где склад.
- Через улицу свернем в проулок и выйдем как раз к складу. Дальше от него пойдем по воображаемой линии.
- Мне не нравится этот план. - замотала головой Эйр. - Если они и ждут нападения, то как раз со стороны склада. Нам нужно обойти с фланга или, еще лучше, с тыла.
- Нет. - вмешалась Сандрин. - Мы и так потратили много времени. И неизвестно сколько потратим еще, пока найдем Творящего. Если мы попадем в засаду, то хоть быстрее их обнаружим.
Эйр выпучила глаза:
- А ты стратег, каких мир еще не видывал. Тебе бы Азаниэлю советы давать.
Сандрин сердито посмотрела на нее. Эйр не стала продолжать спор. Времени было действительно в обрез. Хоть и рваться напролом в лапы врага было не лучшей идей, на другую банально не было времени.
- Хорошо. - она согласилась, направила свой взгляд на Жазэль. - Готова?
Вместо ответа девушка побежала. До склада оставалось рукой подать. Через несколько минут они уже пробегали мимо него. Линия, которую нарисовала у себя в голове Жазэль, не проходила по какой-то конкретной улице. Она пересекала их несколько.
- И что дальше? - спросила девушка. - Как мы его отыщем?
- Возможно, я его почувствую. - ответила Сандрин.
- А еще можно послать быстрохода и пусть он разведает что к чему. - предложила Эйр.
- А если Творящий один и он в одном из домов? - Сандрин заставила ее задуматься.
- Все равно это лучше, чем ничего.
С этим было трудно спорить. Сандрин приказным тоном сказала быстроходу, что от него требуется помощь. Жазэль примерно объяснила, как ему предстоит перемещаться, чтобы обследовать линию за складом. Как только она закончила, он исчез. Остальные тоже побежали. Уже не так быстро. Освещение в этом районе города было очень скудным, если было вообще. Но и оно никак не могло справиться с темнотой надвигающейся ночи. Через минуту к ним вернулся быстроход. Он ничего не заметил. Группа остановилась.
- Худший вариант, это если Максуд ошибся и им не нужен склад. - сказала Эйр. - Тогда мы отрезаны от основных боевых действий, от наших соединений и понятия не имеем о планах врага, как и о том, где он может быть.
Сандрин поджала губы. Такие мысли приходили и ей в голову. Они выдвинули самое логическое предположение, но где гарантии, что они не ошиблись? Творящая вздохнула и посмотрела на небо. В темном районе города звезды видно лучше. Еще не было так темно, чтобы появлялись звезды, но она хотела увидеть хотя бы одну. Звезды были постоянными. Вечными. Когда смотришь на вечность, это успокаивает.
- Значит, будем здесь, пока не решим что-то изменить. - Сандрин села на каменную улицу.
Она поджала ноги под себя и закрыла глаза. Ей надо было сосредоточиться. Пока они бежали она пыталась прощупать все вокруг, но ничего не ощущала. Теперь же у нее появилось время как следует прислушаться. Она ощутила быстрохода, луксора, ощутила темноту в той стороне, куда указывал Максуд. Скорее всего это Стайрэд, он не был обычным быстроходом, она его не так ощущала. Жесткий ритм ударил ей в голову, она скривилась. Что-то ужасное. Очень злое. Что-то, что пришло только ради того, чтобы убивать. Верея. Сандрин быстро подавила ее пульсацию, иначе она заполнила бы все ее сознание. Оставила лишь тонкий звон, чтобы понимать, где она находится. Творящая просидела так еще пять минут. Пока не прибежал быстроход от Максуда.