Сводная любовь.Неродная но своя

9

Захожу в квартиру, усталая после смены, и сразу чувствую уют домашней обстановки. Мама на кухне, собирается что-то готовить, и я не могу не заметить, что её взгляд светится каким-то особенным, новым светом.

— Мам, ну как? Ты сходила на собеседование? — спрашиваю, с интересом заглядывая в её лицо.

Она поворачивается, улыбается, и в её глазах что-то такое, что раньше я не видела. Такое чувство, что она что-то скрывает, но в хорошем смысле. Сразу понимаю — всё получилось.

— Ходила, теперь я у них работаю, — спокойно отвечает она.

Я приподнимаю брови, не веря своим ушам. За всю жизнь такого не было! Мама всегда сдержанная, а тут прямо светится.

— А я ведь говорила, что тебя возьмут! — не могу не вырваться с радостным восклицанием. — Так что там, рассказывай, как всё прошло?

Мама ставит ложку на стол и начинает, медленно, как будто переживая каждый момент.

— Ну, приехала по назначенному адресу, — говорит она, как будто вспоминая каждое слово. — У них такой роскошный дом, прямо мечта! Я была в шоке от того, как всё выглядит.

Я слушаю её с замиранием сердца, невольно представляя картину: большой дом, просторный двор и уютный внутренний интерьер. Мама всегда мечтала о чём-то подобном.

— И что, ты встретила хозяев? — спрашиваю я, ещё больше заинтригованная.

— Да, познакомилась с Виктором, — она делает паузу, и её лицо немного изменяется. — Очень приятный человек, сразу чувствуется, что не просто хозяин, а настоящий человек с хорошими манерами.

Я начинаю любопытно разглядывать её. Что за эмоции на её лице? Она никогда так не рассказывала о своих знакомых.

— А жена, дети? — спрашиваю, невольно с любопытством.

Мама чуть наклоняет голову, как будто подбирает слова.

— Он живет с сыном, но женщину рядом я не заметила. Скорее всего, они в разводе.

Затем я меняю тему.

— А как ты будешь работать? — спрашиваю, чтобы не зацикливаться на сыне.

— С 8 утра до 9 вечера буду у них, — отвечает мама. — Водитель Виктора будет меня забирать и отвозить обратно.

— Ого, — удивляюсь я, — у него даже личный водитель есть!

Мама смеется.

— Ну да, я тоже была удивлена, когда узнала. Но так у них принято.

Утром, идя в университет, я почувствовала вибрацию телефона в кармане. Незнакомый номер. Сердце пропустило удар. Я тут же ответила.

— Диана, нам нужно поговорить, — раздался низкий, напряжённый голос полицейского.

Я сжала телефон крепче. Что-то в его тоне заставило меня насторожиться.

— О чём речь? — спросила я, стараясь сохранять спокойствие.

— Это касается Дмитрия, — продолжил он. — Он вышел.

Я замерла.

— Как это вышел? — мой голос дрогнул.

— Анна забрала заявление, — сказал он медленно, словно взвешивая каждое слово.

У меня пересохло в горле.

— Что?..

— Она отказалась от своих слов. Официально. Мы не знаем, почему. Но после этого Дмитрия отпустили.

Я крепче сжала телефон в руках, пытаясь осознать услышанное.

— Это не может быть просто так, — прошептала я.

— Мы тоже так думаем, — признал он. — Но у нас нет доказательств. Всё оформлено по закону.

В голове всё смешалось. Анна не могла просто так изменить свои показания. Что-то произошло. Кто-то её заставил.

— Диана… — голос полицейского стал ещё тише. — Я не должен тебе этого говорить, но ходят слухи, что Анну заставили.

Я похолодела.

— Заставили? Как?

— Нам сообщили, что её шантажировали. Люди отца Дмитрия,прямо в больнице.

Я замерла, с трудом переводя дыхание.

— Шантажировали… чем?

— Мы не знаем деталей, но если отец Дмитрия вмешался, значит, всё серьёзно. Возможно, угрожали её семье, возможно, нашли на неё что-то. Но факт остаётся фактом: после встречи с ними она отказалась от своих слов.

Я почувствовала, как внутри всё сжимается от ярости.

— Это же незаконно! — выдохнула я.

— Конечно. Но у нас нет доказательств. Всё сделано чисто.

Я прижала ладонь ко лбу, пытаясь успокоиться.

— Ты что-то знаешь, Диана? — полицейский явно прислушивался к каждому моему дыханию.

Я сжала зубы.

— Нет, — твёрдо ответила я.

Несколько секунд он молчал.

— Если узнаешь что-то, что может нам помочь, свяжись со мной, — наконец сказал он. — И будь осторожна.

Я кивнула, хотя он не мог этого видеть.

— Хорошо.

Звонок оборвался.

Дмитрий был на свободе. Его отец явно приложил к этому руку.

Я шла по привычному маршруту, но мысли не отпускали. Дмитрий был на свободе, а Анна забрала свои показания. Почему? Что произошло? Уже почти у университета, как вдруг передо мной остановилась чёрная машина. Я замерла, понимая, что происходит.

Стекло на водительской стороне опустилось. Я увидела его — Дмитрия. Он сидел за рулём, его лицо было спокойным, но в глазах горел какой-то огонь. Я почувствовала, как сердце замерло.

— Диана, заходи, — сказал он. Голос был низким, ровным, но в нём звучала угроза, скрытая под внешним спокойствием.

Я осталась стоять, не зная, как реагировать.

— Ты плохо слышала, садись, — продолжил он, на этот раз тоном, в котором не было места для возражений. — Иначе я сделаю это по-другому.

— Не сейчас, я спешу и не хочу даже видеть тебя, — ответила я, пытаясь отступить.

— Понял, значит, по-другому, — произнёс он, и прежде чем я успела что-то сказать, открыл дверь, выскочил из машины и схватил меня за руку, грубо потянув к себе.

Я пыталась вырваться, но его хватка была слишком крепкой. Он не отпускал меня, и с каждым его движением я чувствовала, как мое сопротивление становится бесполезным.

— Отпусти меня! — крикнула я, стараясь отдернуть руку, но он лишь сильнее сжал её, тянув меня в свою сторону.

— Неужели ты думаешь, что сможешь просто уйти от меня? — его голос был спокойным, но в нём чувствовалась скрытая угроза. — Диана,теперь ты никуда не денешься.