Сводная любовь.Неродная но своя

24

Я кивнула, глядя в окно на проносящиеся деревья, словно надеясь, что пейзаж развеет мысли. Но они, наоборот, всё теснее сплетались в голове, выстраивая цепочку, уводящую в прошлое, которого я даже не знала.

— Я поговорю с ней, — произнесла я наконец. — Но чуть позже. Сейчас она, кажется, сама не знает, чего боится больше — воспоминаний или того, что мы о них узнаем.

Дмитрий ничего не ответил, только включил радио. Из динамиков зазвучала старая мелодия, и, к своему удивлению, я заметила, как она перекликается с настроением. Что-то в ней было тревожное и ласковое одновременно, как взгляд мамы этим утром.

Мы добрались до клуба минут за двадцать. Дмитрий вышел первым, пошёл вперёд, а я задержалась у машины. Всё ещё думала о том, что сказала мама: "Это было так давно, что кажется почти сном."

Но разве сны оставляют такие следы? Столько тонких, почти неуловимых эмоций — взглядов, пауз, прикосновений. Что-то было. И, возможно, гораздо больше, чем я могла себе представить.

Внутри клуба было тихо. Дмитрий разговаривал с администратором, я же пошла вглубь.

Я подошла к Тиме и Дане. Они стояли у барной стойки, лениво потягивая наитки и о чём-то вполголоса шутили. Увидев меня, Даня расплылся в улыбке.

— О, смотри-ка, кого к нам принесло! Ну как ты там, исчезнувшая?

Я чуть улыбнулась, но в глазах не было привычного веселья.

— Ну… как сказать, — тихо начала я. — Последние дни были не самыми простыми.

Тим с Даней сразу притихли. Даня даже поставил стакан, внимательно вглядываясь в меня.

— Ты же просто пропала,Диан, — серьёзно сказал он. — Ни ответа, ни привета. Мы волновались. Я тебе сто раз звонил, писал, в клубе про тебя спрашивали.

Я опустила взгляд, сцепив пальцы.

— Я знаю.Но не могла ответить. Не потому что не хотела — просто не находила в себе сил. Каждый день казался… чужим. Словно я куда-то провалилась. А потом начались проблемы дома, кое-что из прошлого всплыло, и стало ещё тяжелее.

— Что-то серьёзное? — осторожно спросил Тим.

— Слишком личное, чтобы сейчас всё выкладывать, — я посмотрела на него. — Но да, серьёзное. И как-то всё разом навалилось. Я даже не успела предупредить администратора, просто исчезла. И теперь, если честно, боюсь не будет ли из-за этого проблем на работе?

— Ты ведь сегодня говорила с ним? — напомнил Даня.

— Мне нужно немного времени, чтобы собраться с мыслями. Когда буду готова — подойду. Хотя, честно говоря, я ещё не уверена что вернусь.

— Вернёшься, — сказал Даня твёрдо. — Мы рядом. И это главное. Остальное — по шагам. Главное, не исчезай больше вот так.

Я кивнула, глядя на них, после чего неспешно направилась к Дмитрию. Он стоял у стойки администратора, что-то просматривая на телефоне. Услышав мои шаги, поднял голову.

— За что ты с ним говорил? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Диан, за работу не переживай, — сказал он мягко. — Будешь работать дальше, всё хорошо.

— Он не злился?

— Был недоволен. Но больше потому, что не понимал, что происходит. Я объяснил, что ты не просто так исчезла, а потому что тебе действительно нужно было время. Он послушал, подумал… и дал добро. Сказал: «Если вернётся — пусть возвращается. Только по-человечески, без новых исчезновений».

— Спасибо, — прошептала я, стараясь не выдать в голосе дрожь. — Правда.

На стене висел стенд с архивными снимками: вечеринки, праздники. Много лиц. Много времени.

И вдруг — замерла.

Фотография пожелтела от времени, но лица были видны отчётливо. Женщина с длинными тёмными волосами — мама. Молодая, улыбается. Рядом — мужчина в военной форме. Не сразу узнала, но глаза… Виктор.

Я коснулась стекла, будто хотела убедиться, что это не игра воображения.

— Значит, не просто пересекались, — тихо сказала я сама себе.

Сзади подошёл Дмитрий. Увидел, куда я смотрю.

— Это же…

— Да, — прошептала я. — Они были вместе. Давным-давно.

Мы с Дмитрием молча смотрели на фотографию, словно она могла вдруг заговорить. От неё веяло прошлым, которое хранило куда больше тайн, чем я ожидала.

— Почему она ничего не сказала? — прошептала я, не отрывая взгляда от снимка.

— Может, потому что не знала, как? Или думала, что это не имеет значения… — ответил Дмитрий тихо.

Я посмотрела на него. Он не выглядел удивлённым — скорее озадаченным. Но в его взгляде не было осуждения. Только осторожность. Как будто и сам пытался разобраться, не торопясь делать выводы.

— Пошли, — сказала я. — Мне нужно поговорить с ней. Сейчас.

Мы вернулись быстрее, чем уехали. Весь путь я молчала, прокручивая в голове возможные объяснения. Что произошло между ними? Почему она решила это забыть?

Дом встретил нас привычной тишиной. Только сад был уже не пуст: мама копалась в клумбе, пересаживая что-то, что, возможно, и не нуждалось в пересадке — лишь бы занять руки.

Я подошла тихо, но она услышала шаги и выпрямилась. Сняла перчатки, отряхнула ладони и посмотрела на меня. В её взгляде не было удивления — словно она уже знала, что я что-то нашла.

— Ты что-то хочешь спросить, — сказала она ровно.

— Хочу, — кивнула я. — Ты знала Виктора. Не просто "пересекались". На фотографии вы вместе. Молодые. Счастливые.

Мама опустила взгляд. Молча. Потом села на лавочку рядом и жестом пригласила меня присесть.

Я села рядом, стараясь не спешить. Мама молчала.

— Я видела фотографию, — сказала я. — Вы с ним… рядом. Ты улыбаешься. Он — в форме. Это не случайность.

Мама медленно выдохнула, будто обдумывая каждое слово, прежде чем говорить.

— Диан… эта фотография старая. Очень. Там была вечеринка, что-то вроде благодарственного вечера в честь военных. Я тогда была ещё студенткой, просто помогала с организацией. Нас фотографировали в группе, а потом почему-то обрезали снимок. Получилось, будто мы вдвоём.

— Но вы так смотрите друг на друга…

— Это тебе так показалось, — мягко, но уверенно сказала мама. — Мы едва были знакомы. Пара слов, немного флирта, ничего серьёзного. Тогда многим нравились мужчины в форме, особенно молодым девушкам вроде меня. Но между нами не было ничего, что стоило бы помнить спустя годы.