Сводная любовь.Неродная но своя

25

На пороге стоял Виктор. Он выглядел спокойным, даже немного усталым, но в его глазах пряталась тревога.

— Ольга во дворе? — спросил он тихо, словно боялся потревожить воздух.

Я кивнула.

— Да. Пересаживает какие-то цветы. Хотя, по-моему, больше делает вид, что всё под контролем.

Он кивнул, не сразу отводя взгляд. За этой паузой скрывалось больше, чем простой вопрос.

— Спасибо. — Он чуть улыбнулся, но глаза остались настороженными.

Когда он ушёл, я стояла в холле, будто потерянная. В голове всё ещё крутились взгляды, прикосновения, недосказанность. Что-то между ними точно было. Только вот что?

— У него вид, как будто он что-то скрывает, — сказал Дмитрий позже, когда мы уже собирались на вечернюю смену в клуб. — И Ольга… Она с ним ведёт себя странно. Слишком тихо. Будто что-то боится вспоминать.

— Мне кажется, между ними когда-то что-то было. Может, роман. Или что-то ещё.

— Или… — Дмитрий сделал паузу. — Или он ей сделал что-то плохое.

Мы замолчали. Вопросов становилось всё больше, а ответов — всё меньше.

Смена шла полным ходом. За столиками было людно, кто-то заказывал вторую порцию вина, кто-то смеялся слишком громко, кто-то писал что-то в телефоне, пряча глаза. Я металась между столами, подносы уже наливались тяжестью, и на каблуках я ловко лавировала между стульями и взглядами.

— Эй, — услышала я за спиной. Дмитрий догнал меня у стойки, забрал поднос из рук. — Отдохни минутку, у тебя руки дрожат.

— Нормально всё, просто жарко. — Я вытерла лоб тыльной стороной ладони.

Он не ответил, просто молча поставил передо мной стакан воды и чуть наклонился:

— Ты не должна делать это одна.Я помогу.

Я посмотрела на него. Его взгляд был сосредоточенным, но в нём была и та самая тишина — как в начале лета, перед грозой. Что-то назревало.

Мы вместе разносили заказы. Я ловила, как он каждый раз подходит ближе, чем нужно, как ладонь его едва касается моей, когда он берёт поднос. Он наклоняется, чтобы что-то прошептать, и его дыхание щекочет мне шею.

— Столик у окна — сказал он, и наши пальцы соприкоснулись, когда он передавал заказ. Внутри что-то сжалось, дрогнуло.

— Ты специально? — тихо спросила я.

— А если да? — Его взгляд был уверенный, почти вызывающий. — Мне нравится видеть, как ты краснеешь.

Я отвернулась, но уголки губ всё равно предательски приподнялись.

Дмитрий не отходил далеко. Мы уже как будто двигались синхронно — поднос, заказ, шаг, взгляд. Как будто танец. Только в нём не было лишних слов, всё было в прикосновениях и тишине.

К концу смены я чувствовала, как под кожей гудит усталость, но было и другое — странное тепло, которое он оставлял после себя. Он помогал мне снять фартук, провёл ладонью по плечу, и я не сдержалась:

— Ты всегда будешь рядом вот так?

Он не ответил сразу. Поднёс пальцы к моим волосам, убрал прядь за ухо и посмотрел прямо в глаза:

— Если ты не попросишь уйти — всегда.

В этот момент я забыла про усталость. Даже про странные разговоры, что были в доме.

Было только он. И это "всегда", которое звучало слишком тихо, чтобы не быть правдой.

— Недавно тут с друзьями развлекался, а теперь вот обслуживаешь таких же.

— Я ведь не против, — ответил он, его улыбка была лёгкой, но в глазах всё равно была какая-то загадка.

А вечером, когда мы вернулись, я услышала обрывок разговора. Я подошла к кухне и замерла — не заходя, просто прислушиваясь. За дверью были Ольга и Виктор.

— Ты не понимаешь, — говорила мама резко. — Они слишком близки.

— Что мне оставалось делать? — ответил Виктор тихо, но с какой-то твёрдостью в голосе. — Тем более, что я уже был женат. Или мне было бы лучше разрушить её жизнь прямо сейчас?

— Лучше разрушить правду, чем допустить, чтобы они… — Ольга осеклась. — Ты знаешь, о чём я.

— Я знаю, — сказал он устало. — И именно поэтому мы должны остановить это. Пока не поздно.

Я замерла. В груди всё сжалось. О чём они говорят? Что "опасно"? И почему речь шла о нас?

Позже той же ночью я рассказала Дмитрию об услышанном. Он побледнел.

— Ты уверена? Ты точно слышала, что речь шла о нас?

— Уверена. Мама сказала: "они слишком близки". И "это опасно". Это не про работу, не про дружбу. Это про нас.

Дмитрий молчал, потом медленно сел на край кровати.

— Ты думаешь… Что-то серьёзное?

— Думаю, да, — прошептала я. — И это что-то они очень не хотят нам говорить.

Мы смотрели друг на друга — не как раньше, с лёгкостью и привычной нежностью, а с тревогой. Как будто кто-то только что открыл дверь в прошлое, которое могло всё разрушить.

— Нужно узнать правду, — сказал он. — Мы не можем жить, не зная, что между ними. И… кто мы друг другу на самом деле.

Я кивнула.

Виктор появился у нас на пороге неожиданно, как будто знал, что в этот момент всё должно решиться. Он стоял в дверях, немного взволнованный, но с тем самым выражением на лице, которое всегда скрывало больше, чем он показывал.

— Диан, Ольга, можно поговорить? — его голос был тихим, но в нём ощущалась какая-то неотложность, как будто он давно хотел сказать это, но не решался.

Я посмотрела на Дмитрия, и он кивнул, молча соглашаясь. Мы все трое зашли в гостиную, и я заметила, как мама замерла у окна, поглощённая каким-то своим миром, будто не хотела быть частью этого разговора. Виктор прищурился, заметив её взгляд, но не сказал ни слова. Вместо этого он повернулся ко мне.

— Я понимаю, что ты много чего узнала.— он сделал паузу, словно выдыхая. — Но если ты и твоя мама решите, что это нужно, мне бы хотелось предложить вам переехать сюда, в этот дом.

Я посмотрела на него, не в силах скрыть удивление. Переехать? Зачем? Почему?

— Вы серьёзно? — спросила я, чувствуя, как вопросы растут внутри меня, один за другим. — Что вы имеете в виду?

— Знаю, это может звучать странно, но думаю, будет легче, если вы с Ольгой останетесь в этом доме.