Сводные. Меж двух огней

Глава 10

Роман

Все вокруг шумели, веселились, танцевали. Клубная музыка накрыла с головой, била в мозг. А я все не мог расслабиться, даже стоя в толпе девчонок, каждая из которых готова была на многое за толику моего внимания. Они пытались меня расспрашивать, я охотно отвечал. Спрашивал в ответ, но не слушал. Потом повторят, да и всё равно оно мне не надо. Разошлись мы около полуночи, я взял такси. Понимал, что надо ехать на ночёвку домой, иначе отец не поймёт. По крайней мере пока не закончатся экзамены, я должен строить из себя пай-мальчика, чтобы показать ему: я уже вырос и могу принимать серьёзные решения. И одним из таких решений было поступление на тот факультет, на который я хотел, а не туда, куда прочила мне мать.

Это был один из моих первых протестов. А самым первым — выбор, с кем жить после развода. И когда я выбрал отца, мама не простила. Я это знал, но выбор свой не изменил. Я задыхался от её душного, обволакивающего внимания. От умилительных взглядов маминых подружек, которые уже мысленно женили меня на своих дочерях. От её удушающего контроля, из-под которого так мечтал выбраться.

С самого детства я очень скучал по отцу, по тем редким встречам, что у нас были, потому что она запрещала нам общаться. Мне отчаянно не хватало его мужского внимания, его присутствия в моей жизни. Каждый мальчик должен расти с отцом, это аксиома. Да и вообще, каждый ребёнок обязан жить в полной семье, что уж тут. Но если выбирать между матерью и отцом, то мальчику нужно оставаться с папой. Сейчас я понимаю это как никогда.

Когда судья наконец соизволил спросить, выслушать и, главное, учесть моё мнение, я твердо заявил, что выбираю отца. И это было огромным ударом для матери. Но я не жалел и не жалею. А потом стремился получить от него все те внимание, поддержку и заботу, которых был лишён столько лет. И ещё я отчаянно ревновал к старшему брату, который, в отличие от меня, все эти годы купался в отцовской любви.

Зависть — неприятная штука, она отравляет изнутри. Но, даже зная это, я все равно завидовал. Старался не показывать, конечно, но все это видели. Так что сейчас, когда я выбрал филологический вместо экономического, — это была моя личная борьба, мой выбор, и я должен его отстоять. Показать отцу, что я уже взрослый, способен отвечать за собственные поступки и доводить дело до конца. Только тогда, когда моё имя появится в списке поступивших, можно будет немного расслабиться.

Я думал так, убеждая себя в том, что сейчас мне нужно сосредоточиться на учёбе и поступлении. А девчонки… они всегда были в моей жизни. Были, есть и будут. И тем не менее я сам себя не узнавал, но напряжённо думал, увижу ли еще эту девочку с косичками, придет ли она на следующий тур, и если придёт, изменит ли свое отношение, сможем ли мы перекинуться хотя бы парой фраз. Ну должна же она как-то на меня отреагировать, не может не реагировать!

А когда перед экзаменом по литературе я снова увидел знакомую мордашку и две милые косички, у меня отлегло от сердца. Пришла. Прошла. Но тем не менее смотрела с ещё большим неодобрением. И меня это отчаянно злило. Я пытался показать, насколько востребован, что девчонки за моё внимание готовы едва ли не драться, а потому смотрел на неё вызывающе. Ну же, а ты что?

А она… ничего. Мазнула равнодушно-пренебрежительным взглядом и отвернулась. Вздрогнув как от удара, я вмиг потерял интерес к окружающим меня абитуриенткам. Мне почему-то захотелось подойти к этой недотроге, развернуть и заставить посмотреть мне в глаза. Пусть скажет, что ей не нравится. У меня и рост, и фигура что надо, а лицо такое, что закачаешься. Да каждая, любая готовадаже лучшей подруге волосы выдрать, лишь бы я обратил на неё внимание.

А эта что же? Нос воротит? Не такую из себя строит? Были в моей жизни «нетакуси», и таких уламывал. Но в тот раз не повезло. Экзамен у нас проходил в разных аудиториях, и когда я вышел после него, её уже не было. Так что очередная вечеринка с потенциальными будущими однокурсницами превратилась для меня из триумфа в раздражающее действо. Потому что там был кто угодно, кроме той, кого бы я искренне хотел видеть.

Когда вывесили списки поступивших, я специально задержался. Ждал, что она придет. Надеялся увидеть и узнать, стала студенткой или нет. Тогда я ещё не знал её имени, поэтому, даже просмотрев список, не мог понять, поступила она или не повезло. В итоге девчонки утащили меня отмечать, и до конца августа я продолжала теряться в догадках, будем ли мы учиться вместе с этой незнакомкой или нет.