Сводные. Моя избалованная мажорка

Глава 5 Ошибка компиляции.

— Что? — выдохнул я, чувствуя, как весь воздух вышел из лёгких.

— Вы двое. В одной команде, — спокойно повторил мистер Кейн, мой любимый преподаватель, подводя черту, вынося мне приговор. — Николас и Лейла. Проект по кибербезопасности. Отчёт, прототип и презентация — в течение четырёх недель. Удачи.

Черт… Я обернулся на неё. Она уже смотрела на меня — с прищуром и выражением "только попробуй вздохнуть не в ту сторону". Для нее это просто дополнительный урок. А для меня… теперь придется с ней нянчиться. И что она тут забыла? Вот же… Могла бы выбрать какой-нибудь другой метод поиздеваться надо мной.

— Прекрасно, — сказала Лейла с фальшивой улыбкой, вставая со своего места. — Ну, что ж, Николас. Похоже, у нас с тобой будет весёлый месяц.

Я сглотнул. Весёлый — вряд ли. Взрывоопасный — скорее всего.

Мы вышли из аудитории. Толпа студентов расступалась перед Лейлой, как волны перед кораблём. Её походка — уверенная, будто весь мир принадлежит ей. Я шёл рядом. Молча.

— Слушай, я понимаю, что ты тут технарь-умник, — начала она, не глядя, — но если ты думаешь, что я буду ночами сидеть с тобой и выслушивать твои гениальные объяснения, то... нет. Не обольщайся.

— А если ты думаешь, что я собираюсь тащить всё на себе, пока ты фоткаешь свои губы на фоне серверной, то… ты ещё больше заблуждаешься, чем выглядишь, — парировал я, глядя прямо ей в глаза.

Она замерла. Даже на мгновение остановилась, недоумевая. И повернулась ко мне. Глаза — в упор. Они метали молнии. Возможно Лейла даже на секунду смутилась. Но быстро взяла себя в руки и натянула то самое выражение лица, которое я так ненавидел. Равнодушие. Лёд и пламя прям.

— Осторожнее, Николас. Я умею делать так, чтобы тебя ненавидели даже стены.

— Отлично. Я и так не в восторге от обоев.

Пауза. Шутка удалась.
Она усмехнулась.

— Ну хоть чувство юмора у тебя есть.

— Лучше, чем чувство стиля у тебя, — кивнул я на её розовые наушники, которые она зачем-то снова нацепила.

— Дай угадаю. Ты из тех, кто считает, что если на футболке нет логотипа, она — вершина элегантности?

— Я из тех, кто считает, что внешний вид не помогает понять код. А ты — из тех, кто считает, что можно игнорировать задачу, лишь бы казаться занятой.

— Знаешь, Николас… — начала она закипать, но не договорила. Потому что к нам подошёл он.

— Лей, малыш, — незнакомый, нахальный голос, от которого у меня мгновенно сжались кулаки, — ты тут нашла себе нового телохранителя?

Тристан.
Высокий, смазливый, в брендовой куртке и с ухмылкой, которую хочется стереть кулаком. Его улыбка могла растопить ледник, но в глазах — надменность выше крыши.
Он был популярным не просто «в своём кругу». Он создавал этот круг. И толпу внутри. Они подходили друг другу, как два шикарных лабутена. Только мне почему-то этого было не принять. От слова “совсем”.

— Привет, Трис, — лениво ответила Лейла, приподнимая бровь. Голос — сладкий, как ядовитый сироп. А взгляд с вызовом на меня. Что это? Неужели, хочет во мне вызвать ревность? С чего бы?

Он подошёл ближе.
Слишком близко.
Я уже хотел сделать шаг вперёд, но…

— Удачи тебе с нашим гением, — сказал Тристан, а потом, не дожидаясь реакции, наклонился и поцеловал Лейлу в уголок губ.
Быстро. Нагло. На публику.
Она даже не отпрянула. Просто продолжала наблюдать за моей реакцией. В душе был позыв отвернуться и сбежать. Слишком эта сцена оказалась не приятна для меня.

Гул пробежал по коридору. Кто-то хихикнул. Кто-то замер. Кто-то сделал сторис. Но все внимательно следили за происходящим.
А у меня…
У меня внутри что-то щёлкнуло.

Я не знал, что именно это было. Ревность?
Гнев? Раздражение?
Желание обмотать его шнуром от зарядки и подвесить куда-нибудь повыше, чтобы не мешал. Но внешне я остался спокойным. Спасибо папаше, научил меня прятать эмоции под железным панцирем воли.

Лейла вытерла губы тыльной стороной ладони, в брезгливом жесте. Ну хоть ей тоже неприятен это козел. Не совсем слабоумная. Видно же, что кроме глянцевой обложки в этом мажоре не было ничего.
— Не делай этого больше, — бросила она Тристану.

— Только если ты попросишь вежливо, принцесса, — подмигнул он и ушёл прочь, оставляя после себя запах дорогого одеколона и гадкое послевкусие.

Я повернулся к Лейле, воинственно проводив парня взглядом.

— Ты позволяешь так просто всем и каждому себя целовать?

— А тебя что, это волнует?

— Нет. Просто пытаюсь понять твой уровень требований.

Она прищурилась.
— А ты, кажется, ревнуешь, Николас.
Слова были обёрнуты в иронию. Но глаза…
В них было что-то другое. К тому же, похоже она права. Сам не понимаю… что за приступ истерички на меня нашел. Мне вообще должно быть по барабану кто с ней и что между ними. Но нет же…

— Поверь, — выдохнул я, защищаясь. Давненько не оправдывался ни перед кем. — Если бы я начал ревновать всех, кто пытается быть с тобой, у меня не осталось бы времени дышать.

— Может, ты уже не дышишь.
Она сказала это тихо, почти шепотом.
Повернулась и пошла прочь.

А я стоял.
С ключами в руке.
С бешено колотящимся сердцем.
С мыслями, которые слишком сильно хотелось выключить, как зависший ноутбук. Неужели все так заметно?

Что ты делаешь со мной, Лейла?..

В этот день я возвращался домой один. Она так и не пришла, хотя я, как придурок, прождал ее около часа на парковке возле универа.