Сводные. Моя избалованная мажорка

Глава 21 Наша маленькая тайна

— А я представляла тебя совсем другим, — выпалила Мия, робко улыбаясь и тут же вспыхнув алым.

— Разочаровал? — с лёгкой насмешкой спросил Алекс, не сводя с неё взгляда.

Она покачала головой. И в этот момент я вдруг понял — я лишний.

Стараясь не выдать раздражения, я пробормотал что-то вроде «увидимся позже», и, не оборачиваясь, вышел. Их истории пусть развиваются без меня. У меня своя — гораздо сложнее, куда запутаннее.

Я шёл по городу, не разбирая дороги, словно надеясь, что асфальт подскажет мне, как быть. Как найти нужные слова. До этого я просто сбежал. Струсил. Спрятался за глупыми оправданиями — утро, родители, компания. А на самом деле — не знал, как подступиться к Лейле.

Я хотел к ней. Обнять, поцеловать, услышать, что она чувствует. Но страх рвал изнутри. А вдруг это была просто игра? Её очередной каприз, в котором я — всего лишь фигура на доске?

Я пересёк полгорода, перемалывая в голове один и тот же вопрос: что теперь? Единственный ответ звучал всё громче — поговорить с ней. С Лейлой. Спросить в лицо. Выдержать её взгляд. И принять приговор. Разобраться наконец во всем.

Когда добрался до особняка, сердце уже билось где-то в горле. Я прошёл в гостиную, не обращая внимания ни на кого вокруг — только лестница, ведущая наверх, имела значение.

— Ник, ты вернулся, — остановил меня мерзко знакомый голос.

Я застыл. В кресле, развалившись, как у себя дома, сидел Тристан. Вальяжно потягивал кофе из белой фарфоровой чашки, закинув ногу на ногу. Я почувствовал, как по спине прошёл ледяной ток ярости.

— Что, язык проглотил? — усмехнулся он. — Или забыл, как говорить на английском?

Я уже сжал кулаки, готовясь шагнуть вперёд, но вмешался Оливер, отчим:

— Николас, ты уже вернулся? Хорошо. Тристан, Лейла скоро спустится.

Как по команде, на лестнице послышались шаги.

Она появилась — совсем не так, как я ожидал. Ни капли лоска, ни изысканных платьев — только джинсы, свободная футболка и тугой пучок. Простой образ, но от этого — даже более родной. Лицо — спокойное, почти равнодушное. Но глаза… когда она увидела меня, в них мелькнуло удивление и… страх? Я не вовремя?

— Ник? — сорвалось у неё. Но сказать больше она не успела.

— Лейла, дорогая, ты готова? — вставил Тристан, вызывая во мне желание вырубить его прямо на месте.

— Я же писала тебе, что сегодня занята, — спокойно сказала Лейла, не сводя с меня взгляда. — Ты мог не приходить. Ничего не изменилось. Я не пойду с тобой никуда.

Оливер поднял брови, недоумённо глядя на дочь.

— Я думал, вы договорились…

— Нет, пап. Николас вернулся. Мы собирались провести день вместе. Мы давно не виделись.

Удивление отразилось на каждом лице в комнате. Особенно на моём.

— Я готова, Ник. Пойдём?

Я сглотнул. Всё, что я планировал, рухнуло. Она просто взяла и решила за нас обоих. Может это и к лучшему.

— Я… да. Я готов, — выдавил я, до конца не веря, что всё происходит наяву.

Она кивнула, протянула мне ключи от машины и кинула:

— Ты за рулём.

Мы вышли, не прощаясь. Ветер пронизывал, трепал листья деревьев, а я всё ещё не понимал, куда ехать, что говорить, с чего начать. Планы и монологи в моей голове, которые я так тщательно выстраивал, нарушились. Лейла устроилась рядом, молча, не глядя в мою сторону. Я вспомнил наши каждодневные поездки в универ. Неужели опять? Я завёл двигатель. Он зарычал, как голодный зверь, и мне это почему-то понравилось. Улыбнулся — соскучился.

Мы ехали молча. Лейла прибавила музыку. Просто дорога, редкие машины, шелест шин. Я свернул за город — сам не зная, куда. Ехал, пока не сказал навигатор в голове: «хватит».

— Здесь, — тихо произнесла она, и я послушно припарковался.

Парк Регента. Тишина. Озеро отражало небо, как зеркало. Яркие блики на воде резали глаза, холод проникал под куртку, но я не чувствовал ничего. Только внутренний мороз.

Мы стояли, глядя на гладь воды. Я приобнял её за плечи. Она не отстранилась. Напротив — после паузы, развернулась и, будто инстинктивно, спрятала руки под мою куртку.

— Ник… — прошептала она. — Почему ты уехал?

Я вдохнул.

— Лейла, мой отец… Он…

— Я знаю, — перебила она, не желая углубляться в больную тему. — Но почему так долго? Я скучала.

Она прильнула к моей груди, и меня отпустило. Впервые за долгое время стало по-настоящему тепло. Я вцепился в неё, как утопающий. Запах апельсинов снова пробрался в лёгкие. Тот самый — её гель для душа, а может и шампунь… я в этом не разбираюсь. Её волосы, её кожа — все было такое родное.

— Я скучал, — сказал я, не отрывая взгляда от воды то, что сейчас было на душе. — Безумно.

— Я тоже, — тихо ответила она и подняла взгляд. В её глазах — целая вселенная. Моя вселенная.

Лейла потянулась к моим губам, и я не стал сдерживаться. Поцелуй — не робкий, как раньше, а отчаянный, жадный, искренний.

— Почему ты бросил меня так надолго? — прошептала она, когда мы оторвались друг от друга. Я замер, не зная, что сказать. Но она приложила пальцы к моим губам, не давая ответить.

— Я хочу быть с тобой, — просто сказала она.

— Лейла…

— Не надо. Просто… будь.

Она поцеловала меня снова. Долго. Глубоко. Мир вокруг исчез. Сомнения утекли, словно вода.

Когда я заметил, что она дрожит, мы вернулись в машину. Я включил обогрев и взял её ладони в свои, растирая, согревая дыханием.

Она смотрела. Но не на руки — на меня. Словно изучала. Словно ждала.

Я поднял глаза, понимая, что дальше молчать нет смысла.

— Я люблю тебя, Лейла. Я хочу быть с тобой. Навсегда.

Она улыбнулась и прошептала:

— Да.

И этого было достаточно, чтобы вселенная, наконец, встала на свои места.

Сколько времени мы пробыли на парковке я не представлял. Неистово целовались, лаская и изучая друг друга. Не могли оторваться, пока не стемнело.

Когда мы вернулись в дом, внутри уже царила ночная тишина. Где-то вдали скрипнула лестница, хлопнула дверь, но всё это казалось далёким и неважным. Мы прошли внутрь, будто на цыпочках, сдерживая смех, дыхание и шаги. Запретно, остро.