Сводные. Обратный отсчет

Глава 30

– Ты чего-то дерганная, – в который раз задается вопросом Алекс, когда я пытаюсь ускользнуть из его загребущих рук.

– Волнуюсь, – отмахиваюсь от него, делая еще один шаг в сторону. Вот уже час мы играем с ним в чертовы кошки-мышки, но это, похоже, Алексу лишь больше горячит кровь.

– Так не твоя же свадьба, – новый смешок, и он меня-таки хватает за талию, снова притягивая к себе. – А под этим платьем бельё вообще есть? Ммм…

– Анжелика! – строгий голос Максима Игоревича действует на Алекса словно ушат воды. Он не просто меня отпускает, но и зачем-то одергивает платье. А потом поднимает обе руки, давая понять, что пальцем больше не тронет.

Я молчу. Оправдываться будет просто нелепо. Да и не маленькие мы, чтобы перед старшими отчитываться.

– Тебя Ирина уже минут двадцать ищет, фотограф прибыл, все ждут.

– Да мы тут все время были, дядя Максим. Ну разве что в кустики отходили, – Алекс скалится, будто гиена-переросток, а я очень жалею, что мало била его сегодня. Ну что за человек!

– Она твоя студентка, Саш, – Максим Игоревич мало того, что демонстрирует подозрительное знание моих преподавателей, так еще и Алекса Сашей называет. А тот даже не морщится, хотя улыбка и меркнет немного.

Никогда бы не подумала, что отчим следит за моей учебой. А по-другому его слова я воспринять не могла. Лучше бы он так за единственным сыном следил, который на пятом курсе вообще от рук отбился и думает, что в универ можно заглядывать всего пару раз в неделю.

– Так мы не на парах вроде. Да и я же всего на один год... – Алекс хоть и оправдывался активно, но меня из поля зрения упускать не желал. Как коршун следил за каждым движением. Это его внимание от глаз Максима Игоревича тоже не укрылось.

– Не позорь меня, Саша. Я за тебя перед ректором поручился. Да и отец твой очень расстроится, если полыхнет новый скандал.

Он еще что-то выговаривал окончательно поникшему Алексу, а я поняла, что вся моя жизнь – сплошная постановка. Уйти бы сейчас в лес, забиться в самый темный угол, выплакать накопившееся за несколько дней напряжение. Но вместо этого нужно срочно искать фотографа, чтобы счастливо улыбаться в объектив его камеры.

Я ведь до сегодняшнего дня была абсолютно уверена, что поступила на журфак сама. Потому что все вокруг от этого шага отговаривали. Отчим желал видеть меня юристом, мама – экономистом, а Руслан просто не хотел, чтобы я поступала в тот же университет. И то, что это было моей мечтой еще до того, как я переехала жить в их дом, братца не волновало.

А теперь выясняется, что у Максима Игоревича там связи. Сам ректор в товарищах. Стоило догадаться, что Руслана в лучшем вузе области не только из-за денег терпят.

Я развернулась на каблуках, попортив ими идеальную лужайку. Но было абсолютно плевать. У проходящей мимо официантки выхватила с подноса короткий стакан, осушив на ходу до дна. Горло обожгло чем-то крепким, но я даже не поморщилась.

Два года меня окружает фальшь, а я всё продолжаю наивно удивляться.

Сто пятьдесят человек на место, а на бюджет взяли Прохорову Анжелику Алексеевну, хотя баллов ЕГЭ явно не хватало. Озвучили мне какую-то ахинею по выигранным ранее областным олимпиадам, грамоты запросили, которые, наверняка и смотреть не стали. А я и поверила. Для счастья ведь так мало нужно…

– Ну, наконец-то! – мама вроде и улыбалась мне, но радостный настрой подрастеряла. – Просила же через час на месте быть!

– У меня с собой телефона нет, – выдала отмазку, которая совсем не годилась.

– Зато у Алекса он с собой был. И твоя фотка со спины уже во всех соц. сетях с подписью: «Моя горячая крошка», – Руслан стоял у стены, засунув руки в карманы брюк. Он говорил совершенно бесстрастно, лишь глаза полыхали злостью.

Мне отчаянно захотелось убить своего преподавателя. Выдам потом за несчастный случай. Свадьба, алкоголь, всякое бывает…

– Умерь демагогию! – рявкнула на Руслана мама, но смотрела при этом на меня. – У нас времени в обрез, будьте добры не цапаться!

Я пальцем нарисовала над своей головой нимб. Руслан в ответ плотоядно осклабился. Меня аж передернуло от его «доброжелательности».

– Первая серия фото будет на фоне дома. Сначала отснимем семейные, потом займусь молодоженами. Максим с Ириной впереди, дети чуть сзади, – дождавшись, когда подойдет Максим Игоревич, объявил фотограф. Достаточно молодой мужчина в широкополой шляпе и кипенно-белом костюме.

Мы с Русланом, не сговариваясь, шагнули за спины родителей.

– Ну что вы, как неродные, в самом деле! – прикрикнул фотограф, делая взмахи руками, будто бы ему вмиг сделалось очень жарко. – Семейные фото! СЕМЕЙНЫЕ!

Фото, может быть, и семейные, только мы семьей в полном смысле так и не стали. Мама с отчимом были близки, с этим спорить сложно, а вот на остальных родственные узы не распространялись. Выходило даже, что с моим появлением в доме Гордеевых, отношения и у Руслана с отцом испортились. Этакий раздражитель, из-за которого постоянно возникали склоки.

Я приблизилась к маме, обнимая её со спины. Руслан положил руку Максиму Игоревичу на плечо.

– Ну вот, можете же, когда не зажимаетесь, – улыбнулся фотограф, меняя свое местоположение гигантскими прыжками, словно боялся, что наша сплоченность за секунду рассыплется, как карточный домик. – А теперь родители обнимают детей, а Руслан с Анжеликой встают рука об руку.

Я этот шаг сделать никак не могла, зато Руслан будто только того и ждал, обхватил мою талию, притягивая к себе.

– Расслабься, сестренка. Я, хоть и жутко голодный, но на кости не кидаюсь, – шепнул на ухо, прекрасно зная, что вносит сумятицу в мои и без того обостренные чувства.

– Прекрасно-прекрасно! Шикарные снимки, – не переставал нахваливать фотограф, казалось, отщелкивая уже тысячный кадр.

Я вполне справилась со своими эмоциями, и на объятия Руслана реагировать перестала. Может, всё еще находилась под действием успокоительных, или моё напряжение, достигнув своего максимума, теперь сходило на нет.