Сводные. Под кожей

Глава 1.2

Глаза в глаза. Одно мгновение. Всего лишь гребаная секунда, а сердце стучит так, будто я пробежал стометровку или оказался в ситуации, требующей невероятной выработки энергии. Внутри всё искрит, как будто в меня вжали электрический разряд. Значит, тело подсказывает нужно бежать? Почему тогда не могу сдвинуться с места? Я никогда не терял контроль над своим телом до такой степени.

Даже когда девчонка отводит взгляд и нервно прикрывает лицо волосами, я всё равно не могу перестать пялится. Её пушистые ресницы покрытые инеем, розовые щеки, которые становятся ещё ярче под моим настойчивым взглядом, и покусанные, обветренные губы привлекают все моё внимание. Привлекают? Да я просто не в силах отвести взгляд. Как так-то?

Я изучил каждую деталь её лица и не могу поверить, что это та же девушка с фотографии. Всего четыре года, и она выросла такой что я не могу оторваться. Что будет дальше?

Стою, моргаю, пытаюсь вдохнуть, ищу хоть одно слово в своей голове, но её образ лишает меня возможности думать.

– Хорошо что ты здесь. Покажешь комнату Алисе. – выдергивает меня из оцепенения отцовский голос. Он заходит, стряхивая снег с головы, и держит в руках маленькую потёртую сумку. Похоже, в ней вещи девочки. – Алиса, познакомься со своим старшим братом Яном.

Меня передергивает, когда слышу, как отец буквально с порога пытается втиснуть в нашу семью незнакомую мне девку. Его «старший брат» воспринимается как плевок, как будто я должен с ходу принять эту новость. Алиса… Алиса, из страны чудес. Иронично… У меня вырывается смешок, когда осознаю, что её жизнь в нашей семье будет той еще сказкой. Отец откашливается и мотнув головой намекает, что мне стоит избавится от провокационной улыбке и поздороваться. Я долго думаю, что сказать, но в голову приходят только ядовитые комментарии, поэтому просто киваю.

– Хватит Ян, поздоровайся нормально. Алиса и без твоих выходок напугана, – на самом деле отец выглядит более встревоженным. Волнуется что девочку будут обижать? Так, будут это же очевидно.

– Это ей поздороваться надо, – безразлично пожимаю плечами. – Слышишь? – обращаюсь к ней, помахав рукой перед ее застывшим лицом, как будто перед оленем, который попался в свет фар. – Поздороваться нужно, когда приходишь в чужой дом, а не ждать, когда тебе тапочки в зубах принесут.

Наблюдаю, как она нервно теребит подол своего платья, желая, чтобы этот момент поскорее закончился. Она выглядит слишком хрупкой для этого мира, любой взгляд или слово могут сломать её. Ну что за жалкое зрелище? Даже не поспорить с ней. Да у семилетней Людки больше характера.

– Теперь это и её дом… – пытается произнести строгим голосом этот мягкий старик, но замолкает, взглянув мне за спину.

Я поворачиваюсь и вижу, как мама стремительно приближается к нам.

– Так значит, да?! – кричит она отцу в лицо, даже не глядя на Алису. – Я тебя предупреждала! – тычет пальцем в девочку. – Только через мой труп, понял?!

– Отведи её в комнату, – говорит мне отец, передавая сумку, а сам пытается схватить маму под локоть. Она вырывается и направляется на кухню.

– Таня… – слышу, как отец вздыхает за чуть приоткрытой дверью. – Ну что ты говоришь? Я никогда не встречался с ними, клянусь. Но ситуация такова, пойми. Мама Алисы погибла…

– Нет, Дима. Нет! – кричит мама, её голос полон отчаяния. – Её не будет в нашем доме! Мать точно настроила её против нас! Посмотри, да она её точная копия! Найди ей интернат! Детский дом! Да хоть на луну отправь, но я не собираюсь жить под одной крышей с этой! – тараторит она, сбиваясь с мысли.

Я вздыхаю и поворачиваюсь к девочке. Она слушает. Даже делает пару шагов к двери. Глаза и без того восполненные, снова заблестели. Почему-то мне становится стыдно за обоих родителей. Хотя ясно ведь почему. Один клянется, что оставил свою дочь и не навещал её, а другая, испытывая угрызения совести, срывается на этом беззащитном существе.

– Чего уши греешь? Пойдём, покажу комнату, – говорю, отцепляя её холодные пальцы от платья и сжимаю в ладони.

Замираю. Даже не дышу. Некоторое время я просто стою, уставившись на ее крошечные пальчики. В них нет ничего примечательного, но от них исходят какие-то импульсы. Бегут по телу проникая в поры вместе с ее запахом. Морозная свежесть и что-то карамельное. Сладко и… приторно.

Девчонка начинает нервничать, когда пауза затягивается. Ну или она все еще слушает крики родителей. Тяну ее к лестнице. Веду на второй этаж в комнату расположенную пососедству с моей. Показываю все, рассказываю, но Алиса по-прежнему молчит.

– Ты разговаривать то умеешь? – облокотившись на стену рядом с дверью, наблюдаю, как она задумчиво изучает пустой стол у окна.

Она сглотнула, коснувшись ладонью шеи, и подошла ко мне ближе.

– Алиса… – протянула руку. Её голос звучит хрипло, как будто она долго кричала. – Надеюсь, мы сможем стать родными людьми. Или хотя бы близкими. У меня больше никого нет…

– Хочешь стать близкими? Вот так заява! – засмеялся я игнорируя протянутую руку.

– Это плохо?

– Звучит слишком потребительски. Если бы у тебя кто-то был, ты бы даже не подумала о том, чтобы сблизиться со мной, верно?

– Да. Это плохо?

Честная какая…