Сводные. Притворись, что ненавидишь

Глава 25

— Не буду я с тобой разговаривать, — шиплю на него, боковым зрением заметив, как из гаража выходит Джонни и Балу. — И вообще, — отталкиваю его, — соблюдай дистанцию.

Парни странно смотрят на нас. И мне все это чертовски не нравится.

— Птах, тебе помочь? — басит Балу.

— Ей не нужна помощь! — отвечает за меня Вадим, не сводя с меня взгляда.

— Тая? — не поверив сводному, снова спрашивает Миша.

У меня же в голове такая каша, что я не в состоянии выловить ни единой здравой мысли.

Нахал смотрит на меня не моргая, но при этом выглядит как-то расслабленно.

— Просто выслушай, — говорит он лениво.

— Не надо, Миш. Спасибо, — улыбаюсь я другу и возвращаю внимание к Вадиму. — Боже! Что тебе нужно?!

Разворачиваюсь в ту сторону, в которую ушел Тим, и иду к выходу из гаражей.

— Может, перекусим где-то? В этом захолустье вообще есть нормальные заведения? — снова умудряется вывести меня из себя Вадим.

— Нет аппетита! — перед глазами до сих пор стоит расстроенное и разочарованное лицо Тимохи, а под ребрами скребут кошки.

Что вообще значит его поведение? Неужели Вадим прав и Тим испытывает ко мне больше, чем просто дружеские чувства. Если это так, то я даже представить не могу, как смотреть ему в глаза. Потому что он всегда был для меня только лучшим другом, и не более.

Конечно, я отмечала, что Тимон превратился в привлекательного парня, но у меня внутри ничего не откликалось на него, кроме нежности и сестринской любви.

— Как ты вообще тут оказался? И зачем свалился на мою голову! — сокрушаюсь я, следуя по привычке в сторону нашей с мамой квартиры.

— Ирина спросила, не знаю ли я, где тебя найти. Я ответил, что знаю. Она попросила меня забрать тебя.

— А ты весь такой добрый, вдруг решил помочь моей маме, которую ты терпеть не можешь? — у меня внутри все горит от злости.

— Ну, я не по собственной воле это сделал, — засунув руки в карманы джинсов, идет следом за мной Вадим. — Все же благотворительность не мое.

— Тогда что тебе нужно? Можешь ты хотя бы здесь оставить меня в покое!

— Ты мне никто. Но если хочешь, чтобы я остановил травлю, то сделаешь так, как хочу я, — нависает надо мной.

Мне хочется спрятаться под одеялом и долго-долго плакать.

Как так получилось, что моя жизнь внезапно стала мне чужой? Куда делась радость и счастье? Почему последнее время я чувствую себя глубоко нелюбимой собственной матерью и совершенно несчастной?

Почему я не могу жить как и прежде, занимаясь любимым делом? И что я сделала настолько ужасного, чтобы заслужить все это?

— Так что насчет пожрать? — зевает сводный.

— Ты ведь не отстанешь? — оборачиваюсь к нему, думая, что бы сделать такого, чтобы он раз и навсегда отстал от меня.

— Не льсти себе, муха, — усмехается он. — Просто мы можем помочь друг другу, — останавливается он всего в шаге от меня.

— После того как ты позволил всей школе травить меня, с чего такая уверенность, что я тебе помогу?

Вадим с каждым днем все прочнее завоевывает звание самого отвратительного из возможных сводных. И это еще мягко сказано.

На самом деле он худший из всех, кого я когда-либо знала. Впрочем, как и вся его компашка друзей-подхалимов. Ненавижу! Смотрю в его наглые глаза и буквально на клеточном уровне ощущаю ненависть к нему.

— Ты же намеренно разрушаешь вокруг меня все, к чему прикасаешься! — сжимаю плотно зубы, руки — в кулаки. Так и хочется вцепиться в его наглую рожу и расцарапать ее. — Что я тебе плохого сделала? Нам же жить под одной крышей, а ты намеренно сживаешь меня со свету. Да еще и в школе сделал так, что меня все твои, такие же мерзкие как и ты сам, дружки возненавидели.

Кажется, что его взгляд темнеет. Но он словно берет над собой контроль и возвращает ленивый взор, будто ему плевать на всех и вся.

— Что молчишь, братец?! — провоцирую его хоть на какие-то эмоции. Чтобы оставил меня в покое.

По лицу хама проползает тень, и я вижу, как его настрой меняется моментально. Он делает шаг ко мне, так что я практически оказываюсь прижата к дереву.

— Чего ты хочешь? — во рту пересыхает от волнения.

— Ты расстанешься с Алексом. И уйдешь из группы.

— Нет… — его заявление застает меня врасплох. — Зачем тебе это? Это же бред…

— Тогда помоги мне расстроить свадьбу родителей, — внезапно меняет вектор разговора сводный.

— Как? — это предложение откликается внутри меня.

Да, до этого момента я трусливо боялась сознаться сама себе, что мечтаю о том, что мама и Кирилл внезапно надоедят друг другу и мы наконец-то вернемся в прежнюю жизнь.

— Им не понравится, если мы станем больше чем друзьями… — делает еще один шаг ко мне, наклоняясь ниже.

— Ты же не хочешь… — пульс учащается, когда я вижу, как глаза сводного замирают на моих губах.