Сводный для бывшей

11

Ужасная ночь, посреди которой я просыпаюсь потная и испуганная.

Очередная. Ведь уже несколько дней подряд мне на постой снятся воспоминания… Те беззаботные дни, которые мы с Власом проводили вдвоем. И ощущение легкости и теплоты наполняет до краев. Ровно до того момента, пока краски не сгущаются и не сменяются на мрачные тона.

Такие правдивые и устрашающие, что я подскакиваю с теплой кровати и долго не могу отогнать от себя мрачные, устрашающие мысли.

Делаю глубокий вдох, и одевшись, выхожу на балкон.

Очевидно что сейчас, как и вчера, не смогу вновь погрузиться в сон.

Стоит выйти и прикрыть за собой дверь, как кожу холодит прохладой.

Осень в самом разгаре, но в этом году она достаточно щадящая. До сих пор не обязательно кутаться в теплые вещи, чтобы чувствовать себя комфортно.

Присаживаюсь на кресло, накидывая на плечи плед, который предусмотрительно взяла с собой.

Ненужные размышления так и лезут в голову. Мне хочется отключить чувства, чтобы облегчить жизнь, только это никак не получается.

Кажется, что чем больше я убегаю от нержавеющих чувств к Власу, тем сильнее они меня настигают. Отсюда и бессонные ночи - слишком зацикливаюсь на этом.

В жизни определенно нужно прощаться с теплыми моментами и воспоминаниями, связанными с человеком, чтобы отпустить его. Только я, в отличие от Харвана, не умею этого делать.

Раньше, когда мы жили за сотни километров друг от друга, и даже не виделись, было проще.

В глубине души я будто всегда знала, что в моей жизни есть самый главный человек. Тот, кто не бросит в сложной ситуации.

Тот, с кем моя судьба давно связана, несмотря на расстояние и отсутствие общения.

Но стоило лишь нам столкнуться лицом к лицу, как эти надежды рухнули.

Вот та самая причина, по которой я так сложно переживаю это.

Для Власа наша детская влюбленность давно пережиток прошлого, перевернутая глава жизни. А для меня настоящая, которую я забыла завершить, хоть уже давным-давно пора было это сделать.

Вновь отгоняю глупые размышления, и листаю истории знакомых в социальных сетях.

Взгляд цепляется за свежую фотографию, которую выложила Катя. Час назад.

На ней сфотографирована тень от фонаря, в которой отчетливо можно разглядеть двоих людей.

В три часа ночи?

В ответ на эту историю отправляю подруге несколько знаков вопросов.

Её нет в сети, поэтому мне приходится мучиться догадками.

Вздрагиваю, когда слышу звук, открывающейся двери.

— Ты чего не спишь? — спрашивает у меня Влас, потягиваясь.

Он вовсе не выглядит сонным, хоть и старается таким казаться - сразу это подмечаю.

— Рано просыпаюсь, — нехотя пожимаю плечами.

Лесе таки пришлось идти в школу и выслушивать все претензии директрисы. К счастью, она у нас понимающая и обсуждая эту тему за ужином, вы все вместе дружно посмеялись.

Во мне таилась надежда, что информация о произошедшем дойдет и до Лики. В таком случае, на какое-то время та бы наверняка затихла, чтобы не подставить саму себя перед мамой, которая в ней души не чает.

— В три? — хмурится Харван.

— Особенности организма, — вздохнув, отвечаю на его вопрос, рассматривая звездное небо.

— Иногда ты очень странно себя ведешь, — боковым зрением замечаю, что Влас внимательно рассматривает меня.

Не поддаюсь на это.

— Не более странно, чем ты, — в груди ещё бурлят эмоции и адреналин повышен от пережитого сна.

— В чем ты постоянно пытаешься меня упрекнуть, Саш? — раздосадованным голосом спрашивает Влас.

Накал между нами ощущается ещё с того момента в кабинете медсестры, поэтому мы пытаемся друг друга избегать несколько дней.

— Аля, — упорно повторяю я, раздражаясь.

— Почему ты постоянно поправляешь меня? — начинает негодовать Влас. — Я всю жизнь называл тебя Сашей.

— Саша я только для самых близких, — уверенно заявляю я, и подобно Харвану, подхожу к перилам, опираясь на них.

Я имею в виду только папу. Сашей меня всегда называли только он, и Влас. Он уже лишился подобной честь. Я просто перестала ощущать, что могу позволить ему так себя называть.

— Вот как, — он прикусывает губу и вглядывается в него. — Так что, Саш, какие у тебя ко мне претензии?

Злюсь, но пропускаю мимо ушей, то что он вновь называет меня так, как хочет.

— Мне обидно, — внезапно для самой себя признаюсь я.

— В каком смысле? — хмурится и смотрит на меня так пронзительно, что мурашки по коже пробегают.

— Ты был для меня очень близким человеком, — с языка едва не срывается “самым”, но вовремя успеваю себя удержать. — А теперь ведешь себя так, будто между нами ничего и никогда не было.

— Мы были замечательными друзьями, — его слова звучат, как гром среди ясного неба. — И я никогда не буду отрекаться от этого. Это очень важно для меня, как и для тебя.

Мне становится больно. Я впервые поднимаю эту тему так открыто. И теперь понимаю, что Влас совершенно не понимает, к чему именно я клоню. Видимо, для него это и правда было чем-то детским и незначительным.

— Ты не держишь свои обещания, Влас, — сухо и безнадежно произношу я, хоть и понимаю, насколько это глупо.

В эту секунду уверена, что он вообще не поймет, что имею в виду. Он просто забыл. Стер из памяти. Сделал то, что и мне давно пора.

— Я помню все, Саш, — он понижает голос и теперь совсем не смотрит в глаза. — Просто жизнь сильно меняет все вокруг и нас, в том числе. Прости, некоторые обещания я уже просто не способен исполнить.

Я не понимаю, что он имеет в виду. То самое? Или вспомнил о чем-то другом? Сложно. Как же это сложно.

Не могу продолжать спрашивать, потому что в горле образуется ком.

Мне вновь отчаянно грустно.

Я ведь даже не знаю наверняка… Но одно осознание того, что мы говорим об одном и том же, приносит значительную порцию боли и разочарования.

— Ты знаешь, что я навсегда останусь твоей поддержкой и опорой, — грустно, но на его губах появляется легкая улыбка. — Всегда. Не смотря ни на что. К тому же, теперь в роли твоего брата.