Сводный одержим мной

Глава 1

Я стою посреди медицинского кабинета с закрытыми глазами. Дотрагиваюсь то одним, то другим пальцем до кончика носа.

Чувствую себя по-дурацки.

Мне всего-то нужно получить больничный. Надо было сразу симулировать простуду, а не взболтнуть о головной боли.

Но именно из-за неё и бурлящего в крови алкоголя я не смогла подготовить правдоподобную легенду, перед тем как Ирка затолкнула меня в кабинет.

— Может, хватит? — открываю глаза.

Не знаю, сколько раз я повторила глупое движение, а врачу-садисту всё мало.

— Может, — задумчиво тянет он и ухмыляется. — А может и нет, Софья Сергеевна.

Врач, наверное, совсем неопытный, раз так долго свои тесты проводит. На вид он чуть старше меня, а от макушки к виску по тёмным волосам тянется тонкая мелированная прядь.

Рокер он, что ли?

— Теперь поставьте стопы на одну линию, так, чтобы носок левой ноги вплотную упирался в пятку правой, — голос врача звучит повелительно, вдоль позвоночника пробегают мурашки. Он ровно держит спину и двигается с такой уверенностью, будто не начинающий специалист, а уже главврач.

Я не смею ослушаться и встаю в странную позу канатоходца.

— Руки вперёд, — врач шагает ко мне и дотрагивается до моих кистей, приподнимая их выше. К щекам приливает жар, от его лёгкого прикосновения кончики пальцев начинают дрожать, а сердце несётся галопом. Он добавляет: — глаза закройте.

— Опять закрыть?!

— Снова, — произносит он с издёвкой.

Тонкие губы расплываются в кривоватой улыбке.

Я стою в этой дурацкой позе, пока врач обходит меня. Догадываюсь по шагам.

Кружит рядом словно вий. Голос глубокий, и от каждого его слова меня потряхивает.

Если бы я не нуждалась в справке, то чувствовала себя гораздо увереннее.

— Может, всё? — приоткрываю один глаз.

— Это я решаю, когда всё. Стойте ровно.

От приказного тона внизу живота всё скручивается. Да он надо мной измывается, а у меня огонь по телу разливается. Мочки ушей горят.

В правом углу слышится какой-то шорох.

Я напрягаюсь.

— Всё, хватит! — открываю глаза и всплёскиваю затёкшими руками: — У меня простуда, горло болит и всё.

Обнаруживаю врача сидящим на кушетке. Смотрит на меня лукаво, а сам что-то грызёт леденец или конфету?

Вот же ж гад! Пока я стояла с закрытыми глазами, он жрал.

— Горло, говорите, — врач вальяжно поднимается с кушетки.

— Да, кхе-кхе, — кашлю я для пущей уверенности.

Врач глотает конфету, и его кадык дёргается. Молчит и глаз с меня не сводит. Всё это добавляет ему дополнительные десять баллов мужественности.

Интересная внешность, вблизи я замечаю, что волосы у него не мелированные. Это тонкая полоска седины.

Откуда она у такого молодого парня? Работа нервная?

Ещё меня привлекают длинные пальцы с ухоженными ногтями, на них он натягивает перчатки. Достаёт из коробки одноразовую маску и скрывает за ней половину лица.

Со шпателем в руках врач вплотную подходит ко мне.

Приходится открыть рот. Металл с горечью давит на язык, этот эскулап орудует так, что тошнота к горлу подбирается.

Когда он вытаскивает шпатель из моего рта, я с облегчением выдыхаю.

Сняв маску и перчатки, врач возвращается за стол:

— Признаков гиперемии нет, миндалины не увеличены. Может, у вас всё же что-то с головой? — говорит он шутливо и правый уголок его рта приподнимается. — Результаты проб неоднозначные.

Глаза смеются, да он в открытую надо мной ржёт.

Я сдаюсь.

— Ладно, давайте прямо, — я опускаюсь на стул перед ним. — Мне нужен больничный на сегодня. Я готова заплатить.

— Нет, у вас точно что-то с головой, Софья Сергеевна, — врач кладёт локти на стол, придвигается ко мне чуть ближе. — Я мошенничеством не занимаюсь.

— Да какое это мошенничество! Мы с вами почти коллеги. Я в медицинском учусь.

— На кого? — спрашивает он настолько удивлённо, будто совсем в меня не верит.

— На клинического психолога.

Из его рта вылетает пренебрежительное «пфф!», а глаза закатываются. Он снова посмеивается:

— Ясно теперь, что не так с вашей головушкой.

Так и хочется ему нагрубить, но я сдерживаюсь. Вообще-то, мы чуть дольше стоматологов учимся. Что за пренебрежение?!

Решаю сразить его откровенной честностью:

— Завтра важное мероприятие, а у нас пара по анатомии ЦНС. Без справки меня Дьволица закопает. Пропуск-то по-любому нужно будет закрывать.

Дьяволица — это прозвище нашей преподши по анатомии. На самом деле, она Дьякова.

— И причина для пропуска у вас уважительная? — врач щурится. Вроде ничего такого не говорит, но я кожей чувствую исходящее от него презрение.

— Конечно, — киваю я. Что бы такого придумать? — Свадьба матери.

Фраза вылетает изо рта сама. Роман и мама уже полгода встречаются, может, и до свадьбы недалеко.

Врач хмыкает. Глаза ледяные, аж мороз по коже. Похоже, не устраивает его моя причина. Надо было что-то трагичное придумать.

— И ещё поминки, — добавляю я.

— Чьи поминки? — хмурится он.

— Моего самого близкого... самого дорогого, — хлюпаю я носом, опустив голову.

— Кого?

Из близких кроме мамы остаётся только пёс. В мыслях каша, а мозг не успевает выдумать несуществующих тётушек.

— Собаки, — сиплю я, на мгновение представив, что потеряла пса.

Да простит меня Чижик, эта справка очень мне нужна. Мысленно я обещаю купить ему новую погрызушку.

— Свадьба матери и поминки собаки в один день? Завтра? — брови врача взмывают вверх, а в глазах загорается огонёк интереса.

— Верно, — киваю, а потом взгляд падает на настенные часы, показывающие половину второго ночи. — Вернее, уже сегодня, — поправляю я.

Хорошо, что есть частные клиники, которые работают ночью. Сама бы я в такое время не припёрлась, но Ирка настаивала, что нужно идти на приём прямо сейчас.

Под покровом ночи легче проворачивать что-то не совсем законное.