Сводный. Я тебе не игрушка, монстр

1

«Буду в полночь. Дождись меня. Иначе… пожалеешь. Макс».

Лист бумаги обжигал пальцы.

Как вам послание? От сводного брата, которого я видела последний раз девять лет назад. Или десять? Да не важно!

Даже тогда он был вредным, прыщавым подростком. Весь его мир сводился к тому, чтобы пугать меня до икоты, дразнить «рыжей-бесстыжей» и дергать за косички с такой силой, что на глазах выступали слезы. Но… Я могла сколько угодно вспоминать его прыщавым мальчишкой. Только вот дверь в подвале, запертая изнутри, мне до сих пор иногда снилась в кошмарах.

А сейчас, если судить по этой размашистой, наглой писанине, он и вовсе потерял всякие берега. Переквалифицировался в беспардонного шантажиста.

Пальцы сами сжались в кулак, превращая плотную бумагу в уродливый, хрустящий комок. Сердце глухо заколотило в ребра.

«Иначе… пожалеешь». Сама идея того, что кто-то из прошлого может ворваться в мою жизнь и диктовать условия, вызывала тошнотворный прилив ярости.

Щелчок пальцев. Бумажный шарик взмыл вверх. Воздух вокруг ладони на мгновение зазвенел, сгущаясь.

– Гори ясно, – выдохнула я в полумрак прихожей.

Отражение в зеркальном шкафу поймало яркую вспышку – записка вспыхнула ярко-рыжим пламенем. Секунда, и по паркету закружились, оседая, невесомые хлопья черного пепла. Накатил сладковатый, удушливый запах гари.

Я резко рванула на себя тяжелую входную дверь, в лицо тут же ударил сырой вечерний воздух, пахнущий приближающейся грозой.

Что есть сил, припустила к ожидавшему у калитки такси.

– Тани, ну что так долго?! – Мари нетерпеливо приплясывала на асфальте у открытой дверцы, выбивая дробь каблучками восьмисантиметровых шпилек. Как и всегда, от нее резко пахло приторно-сладкими духами с нотками ванили. – Мы же все пропустим!

– Титания, ну в самом деле, – из полумрака салона высунулась недовольная физиономия Риты. – Если мы опоздаем, нам деньги никто не вернет. Администратор там – сущая гиена.

– Успеем, – нырнула я на заднее сиденье и бросила на себя взгляд в зеркало заднего вида. Стянутые черной резинкой рыжие кудри упрямо лезли в блестевшие от злости глаза.

А как мне не злиться? Как?!

У моего парня сегодня днюха. Двадцать лет. Я три месяца сохла над этим чертовым сюрпризом, стирала колени в кровь на тренировках, чтобы приготовить ему роскошный танец на пилоне. Жаркое, сбивающее дыхание вступление перед главным, самым важным подарком в моей жизни. Но вместо того, чтобы сейчас сидеть в баре, расслаблять зажатые мышцы и успокаивать панику парочкой крепких коктейлей (не каждый же день, черт возьми, отдаешь любимому мужчине свою невинность!), мне пришлось битый час препираться на пороге с тупым, непрошибаемым курьером.

А затем в полном шоке вчитываться в пляшущие, колючие буквы.

«Буду в полночь. Дождись меня…»

Да кто ты вообще такой, чтобы ставить мне ультиматумы? Из какого склепа ты вылез? Еще и угрожает. Ничуть не изменился. Урод.

– Так, – скомандовала Рита притихшему водителю, заметив, как я тяжело и часто дышу. – Давай гони, миленький. Жми на всю железку. И сразу к служебному входу в «Эклипс».

Ночной клуб встретил нас оглушительным, бьющим под дых грохотом низких частот. Из открытых дверей служебного входа вырывался тяжелый, плотный смрад: смесь потных, разгоряченных тел, дорогого алкоголя, вейпа и сотен разных парфюмов, слившихся в одну удушливую волну. Световые пушки резали темноту ядовито-зелеными и багровыми лучами. Пол под ногами мелко вибрировал.

Дэни, наверное, здорово потратился, пригласив всю свою толпу друзей в VIP-зону «Эклипса». Место пафосное, дорогое, чужих здесь не любят. Мне и самой пришлось изрядно раскошелиться, чтобы выкупить несчастные десять минут на сцене и право станцевать для него - спасибо девчонкам, подкинули пару тысчонок.

– Тани! Котёнок! – знакомый, хрипловатый голос ворвался в сознание раньше, чем я успела освоиться.

Дэни перехватил меня прямо у кромки танцпола. Сильные руки обрушились на мои плечи, сгребая в охапку, притискивая к горячей груди. От него пахло дорогим виски и цитрусовым одеколоном.

– Что так долго? – заорал он мне прямо в ухо, пытаясь перекричать рев колонок. – Я уже нервничать начал! Ты не передумала?

Он чуть отстранился, заглядывая мне в лицо. В его темных глазах горел хмельной, голодный блеск. Проведя кончиком языка по нижней губе, Дэни ухмыльнулся – хищно, предвкушающе, словно мартовский кот перед миской с жирными сливками.

– Не передумала, – я заставила себя улыбнуться, отбрасывая остатки мыслей о дурацкой записке, и потянулась губами к его гладко выбритому подбородку, а затем к губам. – С днюхой, котик. Все только начинается.

– Малыш, мои родаки укатили за город до понедельника, – его дыхание обожгло шею, пальцы крепко сжали мою талию, сминая ткань купленного по этому случаю комбинезона с соблазнительным глубоким вырезом и короткими шортиками. Он резко, до мурашек, прикусил мочку моего уха. – Так что вся хата в нашем полном распоряжении. Немного развлечемся здесь с ребятами, а потом сбежим. Идет? Только ты и я.

– Да… – прошептала я, закрывая глаза и пытаясь поймать ту самую волну предвкушения, которую вынашивала последнюю неделю.

Но магия момента рассыпалась, едва начавшись. Дэни резко отвернулся, его руки соскользнули с моей талии – кто-то из его институтских друзей с размаху хлопнул его по плечу, всовывая в руку новый бокал с янтарной жидкостью.

Я медленно выдохнула сквозь зубы, оставшись одной посреди беснующейся толпы. Музыка била в грудь, свет резал глаза, вокруг смеялись, пили, танцевали, целовались — жили так, будто ночь принадлежала им.

Внутри, глубоко под кожей, противно зудело странное, липкое предчувствие.

Я достала телефон.

22:07.

До полуночи оставалось меньше двух часов.

Глава 1

«Буду в полночь. Дождись меня. Иначе… пожалеешь. Макс».

Лист бумаги обжигал пальцы.

Как вам послание? От сводного брата, которого я видела последний раз девять лет назад. Или десять? Да не важно!