Своё место под чужим солнцем

Глава 25

Приезд Гортолдов стал для неё настоящим испытанием.

Маргарита боялась. Ночами она представляла, как чем-нибудь выдаст себя. Разве могут ближайшие родственники не понять, что перед ними на самом деле не дочь и сестра? Её назовут самозванкой, а то и преступницей. Едва наладившаяся жизнь рухнет, как карточный домик...

При свидетелях Марго старалась держать себя в руках, но полностью скрыть растущую нервозность не удавалось. К счастью, жених списывал её волнение на предстоящую свадебную церемонию и не задавал лишних вопросов.

В день, когда ожидался приезд гостей, Маргарита проснулась с мучительной головной болью. Она даже подумала, не притвориться ли больной – вид был как раз подходящий, – но быстро отбросила эту мысль. Всё равно рано или поздно встречи с лже-родственниками не избежать, так уж лучше не оттягивать неизбежное.

В действительности всё оказалось не так страшно, как она представляла. То ли после бегства дочери Гортолды решили вычеркнуть её из своего семейного круга, то ли и раньше не особенно о ней беспокоились, но никто не торопился обращаться к ней с расспросами или понятными только близким людям разговорами.

Во время приветствия герцогиня Гортолд осыпала её упрёками, не преминув заметить, что её бегство могло плохо сказаться на репутации семьи; лорд Герард Гортолд довольно отметил, что она «наконец-то научилась держать язык за зубами – видно, лишения пошли на пользу». Старший сын Гортолдов, как наследник рода тоже приехавший на бракосочетание сестры, ограничился равнодушным кивком. Во всех случаях Марго смогла отмолчаться, сохраняя на лице вежливую полуулыбку.

Она уже почти вздохнула с облегчением, когда вдруг последний из прибывших якобы родственников сгрёб её в объятия, нисколько не заботях о светских правилах.

- Моя дорогая девочка! Заставила же ты поволноваться!

- Простите… Я сожалею, - растерянно пробормотала Марго и сразу же поняла, что промахнулась.

Отстранившись, мужчина окинул её долгим внимательным взглядом, в котором читалось глубокое недоумение, как если бы она заговорила на незнакомом языке.

- Я… - она усиленно пыталась придумать, как исправить ситуацию, но в голову ничего не приходило.

К счастью, собеседник сам о чём-то заговорил, сгладив возникшую неловкость. Никто больше не обратил внимания на эту заминку.

За торжественным обедом излишне доброжелательный родственник – Райнхард Гортолд, брат герцога, наконец догадалась Марго – держался непринуждённо и больше не выказывал никакого удивления. К ней он обратился всего несколько раз, с ничего не значащими общими вопросами.

Когда обязательная часть встречи подошла к концу, она снова была почти спокойна. Похоже, испытание она всё-таки выдержала. Оставалось только придумать какой-нибудь благовидный предлог и, выйдя из-за стола, сразу ускользнуть подальше от гостей, чтобы впредь ничего не испортить. Однако не успела Марго произнести подобающие случаю извинения и объяснения, как всё тот же Райнхард Гортолд произнёс:

- Что ж, вы, я полагаю, сейчас намереваетесь обсудить дела? В таком случае никто не будет возражать, если мы с племянницей ненадолго всех покинем и прогуляемся по саду?

Фраза предназначалась её мнимому отцу и будущему супругу и была не столько настоящим вопросом, сколько знаком вежливости. И, разумеется, возражать никто не стал.

Из дневниковых записей настоящей леди Гортолд Марго помнила, что дядя Райнхард был единственным членом семьи, с которым у той сложились тёплые отношения. Значит, он наверняка знал Маргрезэ лучше всех остальных.

Пока они молча спускались в сад, Марго гадала, заподозрил ли он что-то или просто хочет пообщаться с племянницей без помех. И как ей себя вести в любом из случаев?

Долго ломать голову не пришлось. Едва они вышли на широкую, вымощенную разноцветным камнем аллею, по обе стороны которой раскинулись благоухающие деревья и кустарники, магистр Райнхард спросил:

- Ты ведь не Маргрезэ, верно? – и снова это не было вопросом.

Маргарита вздрогнула, как от удара, и едва не упала, споткнувшись на ровном месте, но спутник вовремя подхватил её под локоть.

- Не бойся, я ни в чём тебя не упрекаю. Только хочу знать, что с моей племянницей.

- Но я… я сама ничего не понимаю, правда! – не в силах напрасно отпираться, воскликнула Марго. – Я не хотела здесь очутиться, и…

- Я это знаю, - с улыбкой доброго дядюшки уверил Гортолд. – Но всё же ты можешь пролить свет на то, что мне неизвестно. Расскажи, кто ты такая?

Марго глубоко вздохнула, собираясь с духом… и выложила всё о своих злоключениях. Впрочем, собеседника больше интересовало её прошлое, а не недавние горести и испытания. Он расспрашивал о её родном мире, о родителях и брате, даже о её картинах. А Марго, начав говорить, уже не могла остановиться и рассказывала обо всём, испытывая глубокое облегчение оттого, что она больше не одна со своей тайной.

- Ничего подобного я и представить не мог! – когда вопросов у него больше не осталось, поражённо воскликнул магистр. – Что ж, хоть одна ошибка Герарда принесла Маргрезэ пользу.

- Пользу? – изумилась Марго, не став уточнять, о какой ошибке идёт речь. – Вы действительно полагаете, что оказаться на моём месте – такое уж счастье?