Своя чужая свадьба

4.3.

Собственная комната казалась сегодня Фабиану клеткой со стальными прутьями, хотя взаперти его никто не удерживал. Просто желание оказаться наконец рядом со своей любимой и сделать её своей нещадно пекло в груди. Ему были непонятны все эти дурацкие ритуалы, через которые необходимо было пройти, чтобы забрать наконец Махидевран к себе и не оглядываться каждый раз перед тем, как дотронуться до неё.

Фабиан вышагивал туда-сюда и, наверно, уже протоптал невидимую дорожку вдоль всей комнаты. Его словно щепку в речном потоке бросало из стороны в сторону, и никак не получалось усидеть на одном месте.

А ещё внутри почему-то всё свело от напряжения и ощущения надвигающейся беды.

Он уже был готов плюнуть на всё и сорваться к любимой, когда дверь в его комнату открылась, и на пороге появились отец и брат. Фабиан уже хотел было вздохнуть от облегчения – уже совсем скоро он увидит свою Махи – вот только выражение и цвет лиц членов семьи немного настораживали.

Уж очень бледными и испуганными они выглядели.

– В чём дело? – спросил Фабиан, не будучи до конца уверенным, хочет ли знать ответ.

– Махидевран сбила машина, – сдавленно ответил его отец, в то время как брат молчаливо стоял рядом и пытался проглотить ком в горле. – Её отвезли в больницу; множественные ушибы и переломы, врачи не уверены, что она перенесёт операцию. Аарон просит нас не приезжать.

Пару секунд Фабиан стоит так, словно его только что ударили по голове чем-то тяжёлым, и пытается осознать, что его любимая прямо сейчас борется за жизнь. Правда, когда первое потрясение проходит, его накрывает нешуточная ярость: что значит не приезжать? У него и Махи сегодня свадьба, он просто не может не приехать! И даже то, что она в больнице, ничего для него не меняло. Он её любит и ни за что не оставит.

Из Омахи на двух машинах выезжает вся семья Фабиана; София молчаливо прижимается к плечу мужа и пытается безуспешно сдержать слёзы. Виктор тоже выглядел не намного лучше, переживая за невестку, которая уже стала ему как дочь. Но самый главный член поездки находился в машине позади – Себастьян Торн, известный на весь Эраван хирург, позволить себе услуги которого могли только обеспеченные семьи. Но Фабиан грыз бы землю в любом случае – Махидевран он не потеряет.

В приёмном отделении туда-сюда сновали врачи и медсёстры, создавая ужасную неразбериху.

– В какой палате лежит Махидевран Сантос? – спрашивает Фабиан у дежурной медсестры.

Женщина окидывает его скептическим взглядом.

– Кем вы ей приходитесь?

– Я её жених.

Взгляд медсестры из скептического становится сочувствующим.

– Мне очень жаль, что с вашей невестой приключилась такая беда. Двести пятая палата.

Даже не дослушав женщину до конца, Фабиан ломанулся в сторону лестницы на второй этаж – в Эраване все больницы были однотипными, и на каждом этаже нумерация палат начиналась с цифры, соответствующей номеру этажа. Нужная ему палата была ближе к середине коридора, рядом с небольшим тупичком со стульями, в котором и сидели родные Махидевран.

Даже тётя Кармен.

– Как она? – без расшаркиваний спрашивает Фабиан.

Аарон вскидывает голову, и удивление на миг вытесняет печаль с его лица.

– Фабиан? Что ты здесь делаешь?

– Я приехал, чтобы жениться на своей невесте, дядюшка, – твёрдо отвечает парень.

Аарон переводит взгляд на Виктора и Питера, которые маячат за спиной Фабиана.

– Но ведь Махидевран не сможет сказать тебе «да», – обречённо вздыхает он. – Она без сознания.

В который раз за день в груди Фабиана начинает нещадно печь – на этот раз от желания сделать хоть что-то, чтобы облегчить боль Махи.

Из палаты, в которой сейчас девушка боролась за жизнь, вышел врач, и Фабиан тут же кинулся к нему.

– Как она?

Снова этот скептично-оценивающий взгляд...

– А вы, собственно, кто?

– Это жених моей племянницы, – перебивает Фабиана Аарон. – Пожалуйста, пустите его к ней.

Врач кивает, отчего парень бросает благодарный взгляд на дядю своей невесты и пулей влетает в палату.

На больничной койке распростёршись на белоснежных простынях и такой же подушке, лежала единственная девушка, которую он когда-либо любил и полюбит. Его сердце молчаливо обливалось кровью при виде этой картины. Он – парень, который в своё время участвовал в боксёрских поединках и не чувствовал жалости ни к кому – впустил в свою душу эту пугливую лань и теперь стал уязвим перед всем, что могло причинит ей боль.

Словно почувствовав его присутствие, Махидевран слабо приоткрыла глаза и разомкнула иссохшие губы.

– Фабиан... – сорвался с них полушёпот-полувыдох.

Но ему хватает и этого, чтобы услышать и рвануть к ней.