Своя чужая свадьба

3.5.

Не знаю, сколько мы так простояли, не замечая укоризненных взглядов проходивших мимо людей и довольно улыбавшегося Питера. Прижавшись щекой к надёжному плечу, я просто слушала спокойное биение сердца человека, которого любила – теперь я могла себе в этом признаться. Цеплялась пальцами за его идеально выглаженный пиджак, оставляя на нём портящие весь вид складки, и впервые со дня помолвки сама ненавидела время.

Наконец Фабиан слегка отодвинулся, внимательно всматриваясь в мои чуть припухшие глаза и заплаканное лицо.

– Правильно ли я понял: ты наконец разобралась в своих чувствах? – спросил он тихо, чтобы услышала только я.

Он упускал возможность вогнать меня в краску? Это что-то новенькое... Впрочем, мы оба, кажется, начинаем пересматривать угол своих отношений друг к другу.

В горле всё ещё стоял ком, так что я просто кивнула.

– И это явно не холодное безразличие.

Хотя это было утверждение, а не вопрос, я всё равно посчитала нужным отрицательно покачать головой.

– Ты любишь меня? – Фабиан задал в лоб самый главный вопрос.

Я старалась протолкнуть противный комок слёз, который намертво приклеился к горлу и не желал никуда уходить, потому что на этот раз Фабиану будет недостаточно обычного кивка. Он хочет услышать от меня признание.

– Люблю, – прошептала я и тут же прокашлялась, возобновляя функцию нормального дыхания, чтобы произнести уже увереннее: – Я люблю тебя.

Фабиан шумно выдыхает и стискивает меня до треска рёберных костей, а я даже пискнуть не могу от переизбытка эмоций.

– Видишь, ничего плохого не случилось, – прошептал любимый, пряча лицо в моих волосах на макушке. – Совсем не страшно кого-то любить.

Я ничего не ответила, хотя была с ним в корне не согласна. Любить ещё как страшно, и дело даже не в том, что ты теряешься в другом человеке, напрочь забывая о себе. Когда кого-то любишь, начинаешь переживать за него сильнее, чем за кого бы то ни было; боишься, что с дорогим тебе человеком может что-то случиться; паникуешь, когда он болеет даже обычной простудой; а когда у него появляются проблемы, воспринимаешь их больнее, чем твоя половина – чаще всего потому, что не можешь помочь.

Этот день мне было разрешено провести в доме будущего мужа, при условии, что за мной будут хорошо присматривать. И я подозреваю, что дядя таким образом просто пытался дать мне возможность увидеть свой будущий дом и хотя бы примерно знать, к чему себя готовить.

Дом соответствовал моим ожиданиям и представлял собой дворец, которому наш «Сомсаравар», как бы сильно я его ни любила, в подмётки не годился. Здесь было всего два этажа, зато высота потолков вполне позволяла назвать его трёхэтажным. Огромные белоснежные колонны, мраморная лестница с коваными перилами, ведущая на второй этаж, дорогущая керамическая плитка и дубовый паркет на полу... Господи, куда я попала? Неужели я добровольно согласилась на свадьбу с настолько богатым человеком? Здесь явно должна быть невеста другого уровня, которому я вряд ли смогу когда-либо соответствовать...

– Что за паника, Махи? – взяв моё лицо в ладони, спрашивает Фабиан, очевидно, заметивший мою растерянность. – Ты как будто призрака увидела.

Уж лучше бы призрак... Сверхъестественную сущность, по меньшей мере, можно объяснить галлюцинациями или помешательством, а вот свой социальный статус из жизни не выбросишь.

– Просто не совсем уверена... Разве я подхожу тебе?

Его лицо вытягивается от удивления.

– Что это ещё за вопрос такой? – Кажется, он начинает злиться. – По-моему, я уже достаточно ясно выразил своё отношение к тебе; какая разница, что думают по этому поводу другие?

Робко киваю в ответ, и весь оставшийся день старательно делаю вид, что всё в порядке.

На ночь меня размещают в огромной гостевой комнате, через стенку от комнаты Фабиана, которая совсем не спасает от ощущения его присутствия, как если бы он был совсем рядом. Я постоянно оглядываюсь, ожидая, что стена вот-вот исчезнет, и уже ничто не скроет нас друг от друга. Не удивительно, что, несмотря на предыдущую бессонную ночь, заснуть мне удалось лишь глубоко за полночь, но я то и дело просыпалась и как будто находилась в бреду. О том, что из-за недосыпа у меня действительно появились галлюцинации, я поняла, когда, в очередной раз проснувшись, увидела сидящую на моей постели фигуру Фабиана.

– Мало мне тебя в жизни и во снах, что ты и в бреду ко мне приходишь? – со стоном произношу вслух и пытаюсь перевернуться на другой бок.

За спиной раздаётся усмешка.

– Я рад, что занимаю в твоей жизни так много места.

Пары секунд хватает мне для того, чтобы понять, что всё происходит по-настоящему. Я села настолько резко, что на мгновение перед глазами всё поплыло и закружилось.

– Фабиан! – испуганно воскликнула и тут же зажала рот ладонью – не дай Бог кто-нибудь услышит и войдёт! Пришлось понизить голос до шёпота. – Что ты здесь делаешь?!