Своя земля

4

Под утро снова зазвонил будильник. Теперь- то уж я точно знаю, что не ставил время на подъём. Стало быть, телефон чудит. А пока что встал, да чайник включил. Сна вон ни в одном глазу. Неужели придётся телефон менять?

Тем временем услышал фырканье лошади. Митрич что-ли? Не- не фыркает, а приехал работать. Вышел на улицу. И действительно, старик уже копошился с бичевой. Поприветствовав друг друга, мы принялись за дело, благо начало рассветать.

А ведь старик действительно еще силён. Он планомерно, без остановок работал, пока не остановился утереть пот со лба.

Лично я уже к обеду почувствовал, что силы кончаются. А тот сновал туда-сюда как заведенный.

-Устал? Экая вы, молодежь, слабенькая. Тогда на сегодня закончим. Лошадка ведь тоже старушка у меня, её поберечь нужно.

Проводив взглядом старика, повернул к домику. Окинув территорию взглядом, решил, что необходимо мелкий мусор сжечь, чего он под ногами валяться будет. Я начал ногами сгребать в кучу то, что собирался предать огню. Когда очередь дошла до ткацкого станка, почему-то рука не поднялась. Вернее будет сказать, что нога не поднялась подтолкнуть её к общей куче.

Хотя в голове крутились мысли сомнений и противоречивых споров, внутри я уже знал, что заберу старое изделие с собой. Отремонтирую, а уж куда я его дену, этого я пока не знал.

Ноги продолжали сгребать кучу. Куски трухлявых бревен, старая домашняя утварь, куртка, какой-то материал, больше похожий на мох или траву, видимо его использовали в качестве утеплителя. И сверток темной грязной ткани, перевязанный старой бечевой. Взял его в руки и, прикинув расстояние, кинул в общую кучу.

Развернувшись в сторону домика, снова почувствовал еле уловимый странный запах. Остановился и повел носом, чтобы найти источник. И это не сладость цветущего сада, и не еда. Но что же это?

Добравшись до домика, я с облегчением кинулся на кровать, давая уставшим мышцам отдыха. А самое главное - отдохнуть от знойной дневной жары. Нужно бы натаскать воды да искупнуться, а потом в магазин.

А потом нужно в принудительном порядке садиться за новую историю. Даже если ничего в голову не будет приходить, всё равно нужно хоть час в день уделять время для творчества. Иначе всегда нахожу отговорки- то устал, то муза не пришла, то завтра обязательно сяду. Завтра наступает, а у меня готовы новые отговорки.

И после банных процедур, воззвав к моей совести, я все же открыл ноутбук.

В связи с тем, что сюжета к новой книге пока нет, решил просто вылить на «бумагу» то, что чувствовал здесь. Это и цветение сада, и рассвет, и закат. Заодно про своё новое знакомство тоже написал.

Ведь точно знаю- когда-нибудь мне пригодятся мои записи. Когда закончил, уже стемнело. А это значит, что запланированное на сегодня придётся перенести на завтра.

Утром проснулся самостоятельно. И решил до прихода старика, сжечь мусор. Большой костер, пожалуй, не буду разжигать, лучше пусть он будет маленьким, так удобнее контролировать огонь. Окинув взглядом мусор, увидел кончик пожелтевшей бумаги. Вытянул лист, чиркнул зажигалкой и отвлёкся на Егора Дмитриевича, вошедшего во двор.

-О, уже хлопочешь. Это одобряю. А то работники сейчас какие,- он мотнул головой в сторону,- работу начинают когда вздумается, и когда солнце село всё слышно тук да тук. Разве так делается?!

Пока он говорил, я продолжил начатое дело, кивая головой. И тут меня что-то остановило. Огонь от зажигалки начал лизать старую податливую бумагу, взгляд зацепился за корявый почерк. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы принять решение. Сунул бумагу под подошву ботинка и придавил её к земле. А сам потянулся рукой к мусору, разворошил его и обнаружил еще бумагу, завернутую в ткань, перевязанную бечевой.

Отложил сверток в сторону, чтобы дома посмотреть.

Сегодня Егор Дмитрич не настаивал на разговорах, поэтому я с некоторым облегчением отмалчивался. Погрузился в свои мысли, выискивая в своём воображении сюжеты для новой книги. Это очень странный и интересный момент. Когда идей совсем нет, то приходится «натягивать» сцены на героя. Это я называю натягивать глаз на жо.. хм. Не хочется, а нужно это делать. А бывает так- щелчок, и в голове вспыхивает сюжет. И я цепляюсь за него, запоминаю, вынашиваю в голове. Когда сюжет принят душой, начинаются в голове прокручиваться сценки- с диалогами, кто как посмотрел, кто как повернулся. И ведь что интересно- в такие моменты я их не выдумываю, они «приходят» уже готовыми. Будто фильм смотришь. Словно кто-то сверху подбрасывает в голову целые куски.

О чём это я? Ну вот, если сюжет пришел, то нужно или быстренько успеть записать или постараться запомнить. А как запомнить когда сценок этих много? Тут уж, как говорится, мои проблемы.

Видимо, я так призадумался, что очнулся лишь от прикосновений старика.

-Будет на сегодня.

Я глянул вверх, с удивлением обнаружил, что солнце клониться к зениту. А потом мысленно покачал головой. Хоть Егор Дмитриевич крепился и работал как молодой, но бледность кожи и дрожание рук, выдавали его усталость. Пожалуй, нужно будет поискать себе помощников. А стариков успокою- все дрова им достанутся и совершенно бесплатно.

-Завтра работать нельзя. Примета такая. Сегодня приходи гостевать, баню Манька топит, - и, не дожидаясь моего ответа, Егор Дмитриевич сел в телегу и дернув поводья, тронулся с места.

А что! Идея то замечательная. Тем более, когда местные приглашают, отказываться нельзя. С ними дружить нужно, да и банькой побаловаться заодно. Это когда я в последний раз в бане парился? Во! И не помню уже.

Положив на стол сверток с бумагами, принялся собираться в баню. Захватил также сушек, карамелек, баночку сайры тоже прихватил. Не с пустыми же руками идти.

Вышел. Собаки лениво лаяли, не успев отдохнуть от изнуряющей жары. Послышался далёкий звон одиночных колокольчиков, предупреждая хозяев о возвращении животных домой.

Как говорил Егор Дмитриевич, сокрушаясь:- «Вот раньше стада были, так стада. А теперь две с половиной козы осталось. Почему половина? Так третий козёл. А какое молоко с козла? На коров у нас уж сил не осталось. Держим немного живности: кур да уток чуток на пропитание».