Своя земля

13

Рано утром две машины тронулись в путь. В дороге набрал номер.

-Привет сосед.

-Привет сосед. Я скоро в тех краях буду, где недавно работал. Не против, если зайду на участок?

-Если хочешь, то, пожалуйста.

-Тогда еще один вопрос. Что планируешь с ним делать?

-Хм. Только вчера с женой разговаривал на эту тему. Решили продавать. Сегодня объявление подам.

-Не спеши. Возможно, покупатель уже есть.

-Ты что ли? Места понравились? И что там хорошего?

-Засомневался сразу? Такая корова нужна самому? Нет, не я, сосед. А ответ по покупке сегодня- завтра дам.

Заглушил машину возле деревьев и вышел, дожидаясь старика.

Так странно, ведь в моей памяти он так и остался мальчишкой.

Яков Иванович медленно вышел, обвел участок взглядом. Потом снял обувь, закатал штанины до колен.

-Подай икону.

Бережно обхватил её искривлёнными артритом пальцами, и пошёл.

Мы с внуком остались ждать.

Я глянул на внука и протянул руку. А ведь мы почти ровесники.

-Сергей.

-Сергей,- ответил он рукопожатием.

Надо же. Тёзка улыбнулся.

-Получается, что назван в твою честь. Дед ночью рассказал, что прадед перед смертью наказание передал своего отца. Моего прапрадеда, получается. Теперь-то всё понятно, почему. Не поверишь, в нашей большой семье теперь пять Сергеев. Наверно чтоб наверняка,- он улыбнулся. - А если бы не это, то быть бы мне Яковом.

-Почему?

-Традиция. Старшего внука называли именем деда. Вот и получается круговорот. Того, кого ты спас- Яков Иванович, его сын Иван Яковлевич. Мой дед Яков Иванович. И если бы документы не сменили, то быть бы и мне Яковом Ивановичем. Вот такая вот карусель получается.

Старик меж тем медленно шёл. Остановился, затем сел на колени.

Мы не тревожили его и молча ждали. А потом плечи старика затряслись. Мы кинулись к нему. По его морщинистым щекам текли слёзы. Он всхлипывал, приговаривая.

-Вспомнила землица. Отозвалась земля-матушка. Вс-пом-нила Яшку, родненькая. Поднимите меня, ребятушки.

Встав на ноги, он медленно перекрестился и низко поклонился, а потом поцеловал икону.

А потом мы вместе ходили по территории. Старик часто закрывал глаза, чтобы в памяти восстановить расположение построек.

-Сараи тоже так стояли. А мельница, Сергей? Где она была?

-Я попробую пройти тот путь, что проделал ваш дед.

А через пятнадцать минут я остановился.

-Где-то здесь. Видите покатый уклон? Думаю, что раньше река здесь проходила. А мельница справа стояла.

Сергей, внук который, скептически хмыкнул.

-Фома ты неверующая. Если она тут стояла, то не бесследно исчезла. Доказательства в земле должны остаться. А ну бери лопату и копай.

Я посмотрел на внука и пожал плечами. А нечего было хмыкать.

Но я же совестливый, пришлось на подмогу встать с лопатой.

Откидывали траву, вгрызаясь в землю, пока не наткнулись на трухлявый деревянный фундамент.

-Вот и доказательство!

-Я ведь до последнего не верил в эту историю! Получается, что всё правда? Но ведь это невозможно!

-Невозможно,- повторил дед.

-Невозможно,- кивнул я. – Предположу, потому и мукомольная промышленность, что это у вас семейное.

Яков Иванович улыбнулся и кивнул.

-Дед, а дом как же? Ведь сгорел он?

-Когда вернулись, перед самой войной, отец новый поставил. На том же самом месте, что старый стоял. Ещё кое- что помню, пошли, ребята.

Мы вышли за деревянный забор на свободное пространство.

-Где-то здесь бабушка моя лежит, - он опустился на колени и начал руками землю трогать.

-Опять копать?- спросил внук, с ужасом в глазах.

Но, к счастью, дед его не слышал. Лишь бормотал.

-Сровняла земля холмы. Я здесь, бабуля. Я вернулся, родненькая. Если слышишь, дай знак.

И невесть откуда налетел ветер и растрепал наши волосы.

-Услышала, милая. Крест, что раньше стоял, снова поставлю. Безымянной не будешь покоиться.

-Ну вот, ребятушки. Повидал свою землю, теперь и помирать можно.

-Яков Иванович, может рано помирать? Эта земля как раз продаётся.

Ох, как лихорадочно загорелись его глаза.

Думаю, что дело с продажей уже решённое.