Священный цветок

Глава 6

Проснулась Ясмина так, будто кто-то из сна её выдернул, грубо и резко. Девушка открыла глаза и долго лежала, вглядываясь в густую синеву светлеющего неба. Сон слетел, но тело так и не отдохнуло.

Ясмина прислушалась к окружающим её звукам, слышала шаги Ансгара. Он хоть и старался быть тихим, но получалось это с трудом. Девушка улыбнулась. Ей нравился этот большой медведеподобный мужчина. Она аккуратно поднялась и решила позаботиться и своих потребностях, вчера она даже не умылась перед сном, и сегодня кожа на щеках была неприятно стянута вчерашними слезами. Дамир и Такеши расположились по другую сторону от костра и сейчас крепко спали. Она тихо поднялась и, подав знак Ансгару, отправилась на поиски воды и уединенных кустиков.

Когда Ясмина возвращалась на место лагеря, она услышала знакомый хлопающий звук. Задрав голову, увидела кружащего беркута над лагерем. Ясмина ускорилась, она не хотела повторения вчерашнего утра. Но Пуша её удивил. Птица спикировала в двух метрах от Дамира. Ясмина быстро подошла к птице и начала приманивать его к себе. Пуша сидел криво, как будто ему что-то мешало в лапах.

Ясмина слышала, как свистнул кинжал Такеши, доставаемый из ножен, и, обратив внимание на Дамира, увидела пристальный взгляд льдистых глаз, устремленных на птицу.

Пуша моргнул и подпрыгнул на месте, выпуская что-то из лап. Ясмина, разглядев тушку хорька, совсем растерялась.

– Пуша, что ты творишь? – шепотом спросила она.

Птица, подцепив клювом комок серо-бурого меха, подтолкнуть его в сторону Дамира и опять подпрыгнул, чтобы повторить все вновь.

Дамир наблюдал все это со смесью ужаса и недоверия на лице. И когда Пуша все-таки дотолкал тушку убитого им хорька Дамиру, курлыкнул и гордо задрал голову.

Ясмина, наблюдая за выражением лица Дамира, и, за всей этой ситуацией в целом, не выдержала и расхохоталась. Ей вторил громкий хохот Ансгара. Такеши фыркнул и убрал кинжал обратно в ножны. Ясмина, смеясь, подошла к птице, и начала его гладить и ласково ворковать:

– Какой ты хороший, Пуша, настоящий охотник! Добытчик! Принёс еду этому несносному наемнику, беспокоишься! Кто тут самый лучший беркут? Пуша самый лучший беркут. Ну, какой же ты умничка.

Девушка разогнулась и столкнулась со скептическим взглядом Дамира.

– Несносный наемник? Серьезно?

Девушка беспечно пожала плечами, хмыкнула и ещё раз погладила птицу, пообещав ему самые вкусные сухари в мире.

Дамир что-то бормотал, поднимаясь с земли.

– Я тоже отлично охочусь, – бурчал мужчина.

Ясмина только продолжала хитро ухмыляться и подкармливать птицу.

– Видимо, Пуша другого мнения, – хохотнул Ансгар.

– Пуша?! Будешь звать этого пернатого по имени? Ты теперь с ними заодно?

– Ну он доказал свою смекалистость, – пожал плечами северянин.

– Находчивость, – включился Такеши.

– Прозорливость, – вставила Ясмина.

– Дальновидность! – поддержал Ансгар.

– Сообразительность, – ниппонец вскинул палец в воздух.

– Смышленость, – грея ладони о кружку, хитро сверкая глазами, сказала послушница.

На другом конце лагеря громко застонал Дамир.

– Спелись! – и, махнув рукой, ушел к ручью.

Такеши, Ансгар и Ясмина громко рассмеялись и от этого звука Пуша прыгнул на поваленное дерево и взмыл в небо.

– Тоже сбежал, – ухмыляясь, заметил Ансгар. Дружеская пикировка что-то сдвинула в отношениях наемников и послушницы.

Ясмина хмыкнула и, глянув в сторону, где скрылся Дамир, задумчиво спросила:

– Как так вышло, что сын императора подался в наемники?

– Незаконнорожденный сын, – поправил Ансгар.

– Я хоть и жила в монастыре, но все же не настолько наивна. Наследниками в императорских семьях, пусть и незаконнорожденными, не принято разбрасываться.

Такеши хмыкнул:

– Скорее их принято держать под контролем.

– Император Гектор узнал о Дамире, когда тому было уже двенадцать. Полный спеси и злобы на весь мир мальчишка, – прожевав сыр, сказал Ансгар.

– Он не знал о своем ребенке? – удивилась Ясмина, широко распахнув глаза.

Ансгар ласково потрепал девушку по голове, снисходительно улыбнувшись. Ясмину могло бы обидеть такое отношение, как к несмышленому ребенку, но только не от Ансгара. Тот не желал ей зла и не хотел обидеть или задеть.

– Гектор не любил мать Дамира. Единственная ночь, проведенная с подавальщицей, которая даже не представляла, кем являлся военный, зашедший в их таверну, принесла свои результаты в виде гордого и упрямого Дамира.

Ясмина закусила губу. В ее мире дети рождаются от большой любви и по обоюдному желанию. Послушница раскраснелась и, кажется, начала понимать, что в ее образовании есть большие пробелы. Она нерешительно глянула на Ансгара и решила его как-нибудь расспросить про… про все.

– Почему же когда Император узнал о Дамире, не забрал его к себе во дворец?