Священный цветок

Эпилог

Ясмина нежилась в объятьях своего новоиспеченного мужа и щурилась от счастья. Мужа. Какое приятное слово, оказывается. За окном падал снег, в камине догорал огонь, а солнце еще не спешило показаться во всей красе.

Когда стало понятно, что из-за осенней распутицы, завершение строительства их дома откладывается до весны, Дамир заявил, что ждать больше не намерен. Он провел капитальные работы в поместье Горудо, Ясмине оставалось только удивляться такой кипучей энергии, с которой он взялся за реализацию всех замыслов. Теперь в поместье все сверкало свежим лаком, стекольщики день и ночь занимались заменой окон, плотники заменили пол, поменяли перекрытия и сменили кровлю, перебрали паркет, прочистили все камины и обновили газовые рожки для освещения. Ясмина с огромным удовольствием подбирала новые ткани для оформления комнат и дала распоряжение вернуть портрет родителей на положенное место над камином. Сейчас поместье Горудо было светлым, уютным и теплым домом, с большими окнами, пропускающими дневной свет. Паркет не хрустел, старая лестница, будто, скинула несколько десятков лет и преобразилась, игриво поскрипывала, когда по ней пробегала Ясмина.

Свадьбу было решено провести здесь, в поместье ее родителей.

Императрица Ирида сначала было возмутилась, желая большого праздника, но, поймав затравленный взгляд Ясмины, благородно махнула рукой, давая разрешение на скромную церемонию.

Их обвенчали вчера. В канун смены года. Праздничное дерево, на том настояла Ясмина, украсили в их супружеской спальне. Игрушек у них пока не было и потому украсили вещами найденными на чердаке. Тут был и маленький оловянный солдатик, старые часы на цепочке, бусы из рябины, которые собирала Ясмина, еще, когда была совсем девчонкой. А ближе к верхушке Дамир повесил потемневший кулон со священным цветком. И для Ясмины это было самое праздничное дерево в жизни.

Сегодня она стала женой. Ясмина зажмурилась и раскраснелась от воспоминаний о прошедшей ночи. Ясмина не заметила, что Дамир проснулся и как затаившийся кот наблюдает за своей добычей.

Ясмина взъерошенная, растрепанная и с зацелованными губами, в свете догорающего камина, была настолько притягательна хороша, что Дамир всерьез подумывал не выпускать ее из постели весь день, возможно несколько дней. Он лениво гладил Ясмину по спине.

– О чем думаешь?

– О том, какой красивый муж мне достался.

– Удивительное совпадение! Я тоже об этом думал.

Ясмина шутливо куснула его за плечо.

– Ай, ты не дала договорить! Я тоже думал о том, какая красивая, страстная, яркая и кусачая жена мне досталась.

Ясмина мазнула носом по шее мужа, она не могла им надышаться.

– Я чувствую себя как… жена, – Ясмина счастливо улыбнулась, и хотела было выскользнуть из кровати, накинув одну из тех вещиц, что только по недоразумению называется сорочкой. Прозрачная, вся в бантах, Ясмина, засмущавшись, откинула эту идею и попыталась стянуть простынь, чтобы хоть чем-то прикрыть наготу. Но не тут-то было. Дамир перехватил Ясмину:

– Плохая идея, – укладывая девушку на спину и нависая сверху, сказал Дамир.

– Очень даже хорошая, я хочу позавтракать! – хихикнула Ясмина, когда Дамир стал покрывать поцелуями ее шею.

– Это правильно, это верно, но, – говорил Дамир, продолжа целовать Ясмину. – Я, любовь моя, как ты знаешь теперь агент тайной канцелярии, а это опасная и сложная работа – это раз. Я родоначальник новой графской фамилии – это два. В конце концов, у нас теперь будет не один, а целых два дома – это три. Все это накладывает на меня определенные обязательства…

– Какие же?.. – зашептала Ясмина, спутанные мысли бились и разлетались. Так приятно и так правильно было ощущать руки мужа на своем теле.

– Продолжение рода, любовь моя.

– Ты обещал, что я пойду учиться, – млея и тая, сказала Ясмина, растворяясь в поцелуях.

Дамир резко остановился и отпрянул. Затуманенные страстью глаза, взъерошенные волосы и требовательные губы. Ясмина чуть не захныкала от того, что он остановился.

– Ты права, милая, никаких удовольствий тела пока ты не отучишься.

Ясмина заметила чертят, пляшущих в глазах мужа. Ее руки обвили его шею и теперь Ясмина требовательно и страстно начала его целовать.

– Не дождешься! Я, может, только жить начала… хочу все знать… на крайний случай могу обратиться к Этьене, конечно…

Дамир зарычал и опрокинул Ясмину обратно в кровать, и Ясмине стало не до смеха, ей овладели совсем другие эмоции.

В камине трещал огонь, за окном кружился пушистый снег и где-то далеко, в Александрийской Лавре, слепая матушка-настоятельница хлопнула в ладоши и мудро улыбнулась:

– На все Великая Воля.

Июль 2024 – Январь 2025