Святослав Светлый и падение в Бездну

Глава 7. Беда приходит не одна

Очнуться вновь Свят смог только в академической больнице, на койке для больных. Он резко поднялся, отчего у него закружилась голова, и опять опал на подушку. Когда звон прошёл, он повертел головой по сторонам — на соседней койке заметил спящего отца.
Пока он вертелся из стороны в сторону, дверь, которая вела в больничный отсек, начала бесшумно открываться, и в помещение неслышно зашли директор и наставник Свята и направились прямо к мальчишке, который кое-как сел на кровати, свесив ноги и подперев рукой тяжёлую голову, которая трещала не переставая.
— Ты быстро очнулся, — сказал наставник Михаил, сев на ближайшую от юноши кровать. — А ещё быстро учишься. Молодец!.. Хотя тебе следовало бы обратиться к кому-нибудь из учителей и…
— И потерять время, из-за чего отец точно бы погиб, — закончил за него подопечный.
— Ты, несомненно, прав, Святослав, — вклинился в разговор директор. — Ты смог сделать то, что не под силу обычным эмпатам. Ты смог телепортироваться из Сагара назад! Эта планета может пустить внутрь, но никогда не выпустит наружу. Единственный выход — портал.
— Но это не я! Нас спасла моя мать! Я видел её лицо! — вскричал мальчик.
— У тебя была нехватка кислорода, Свят. Твоя мать давно исчезла и вряд ли смогла бы спасти тебя, так как у неё нет способности перемещаться в пространстве, да и портал был очень далеко. Вы бы погибли, так до него и не добравшись, — вкрадчиво, почти шёпотом, заговорил директор, пытаясь успокоить его.
— Но…
Юноша и не думал перечить директору Сдвигу — только рассказать правду. Но тот не хотел ничего слушать и потому тут же перебил его, не дав и слова сказать:
— Ты должен гордиться тем, что смог совершить подобное. И лучше откажись от поисков лепреконского золота. Тем более сейчас есть более серьёзная проблема: твой отец преступник, и как только он очнётся, то его заберут в тюрьму для одарённых.
— Он не преступник! — Мальчик, раздражённый тем, что его не могли хотя бы выслушать, хотя это он был в Сагаре и это он видел лицо матери, перешёл на крик. — Я с ним общался с самого начала лета, и он мне ничего не сделал! Он последний, кого можно отправить в вашу тюрьму!
— Послушай, Свят, — привлёк к себе его внимание наставник, поднявшись с койки. — Я уверен на все двести процентов, что ты прав и твой отец ни в чём не виноват, но улики говорят обратное. Все знают его как убийцу: он, что говорит пресса, убил двух человек, чародеев, а после исчез, и мы не можем обходить стороной доказательства, поэтому без суда не выловить рыбку из пруда, как-то так... Ирга должен скоро очнуться, а уже вечером за ним пришлют стражей.
Директор молча похлопал затихшего мальчика по плечу, махнул головой наставнику Свята и вышел за дверь. Михаил приблизился к подопечному и пихнул ему в руку крошечный, помещающийся в ладони вытянутый флакончик с серебристым порошком.
— Что это? — спросил юноша, незаметно ощупывая бутылёк.
Полушёпот наставника Свят едва мог разобрать:
— На руку твоего отца надет некий механизм, который не позволит ему перемещаться в пространстве. Тебе нужно только посыпать порошком на замок, и оно деморализуется.
— Спасибо! — Мальчик не мог не сдержать радостного возгласа, но после того, как мужчина зашикал на него, заговорил тише: — Но почему вы помогаете ему? Вы ведь считаете его убийцей.
— Я такого не говорил, Святослав. Пусть весь мир и считает твоего отца злейшим убийцей, но я наставлял его и знаю, что он не способен на зло, — ответил наставник, тепло улыбнувшись. — А теперь прервёмся. Срочно переноси его в безопасное место. Здесь нельзя уничтожать ограничительный механизм, иначе об этом сразу узнают.
— А почему вы не можете переместить его в безопасное место? — Святослав не мог не заподозрить неладное в поведении своего наставника, несмотря на то, что тот уже помог ему.
— У меня на это есть свои причины, — ответил мужчина, вполне ясно дав понять, что не хотел бы отвечать на любые вопросы, связанные с этой темой.
Мальчик понятливо кивнул и поспешил к отцу. Схватив его за руку, он как можно точнее представил планету с гигантскими птицами — Святослав открыл глаза: он, бесспорно, переместился на ту самую планету, на которой уже бывал в начале учебного года. Любуясь природой, а точнее, проверяя обстановку, Свят обернулся кругом. Однако от разведки его отвлёк стон отца, и мальчишка мигом переключился на него.
Очнулся мужчина от невыносимой боли в руке; казалось, ему ломали кости на каждом из пальцев. Ирга распахнул глаза и поднёс к ним кисть правой руки: на ней красовался механизм, плотно прилегавший к коже от локтя до кончиков пальцев. Свят в тот же миг вспомнил про флакончик, который ему вручил наставник, строго-настрого указав использовать после перемещения, но парень не знал, куда именно нужно было высыпать этот порошок, к тому же тот был в ограниченном количестве. Но отец сделал всё без него: он выхватил бутылёк из рук сына, выдернул зубами пробку и высыпал его содержимое в выемку, куда вставлялся ключ. Стальной рукав рассыпался на глазах, превратившись в кучу металлолома, и Ирга вымученно выдохнул и обратил взгляд на мальчишку.
— Ты снова спас меня, — сказал он, приобняв сына одной рукой, так как вторая пока что не слушалась. — Когда ж я отплачу тебе тем же?
— Лучше не надо, я не очень хочу попадать в такие же ситуации, — улыбнулся Свят.
Ирга слабо рассмеялся, но, неожиданно снова став серьёзным, сказал:
— Спасибо, что вытащил меня с той ужасной планеты, сынок. Я думал, что там и сгину.
— А что ты там делал? — поинтересовался мальчик, глядя на то, как отец разминает руку.
— В вашей академии уже пару дней живут ундины из Сагара. Я пытался разузнать, что же случилось на этой планете, но, как видишь, не особо преуспел: кто-то вырубил меня и забрал прибор, вырабатывающий кислород, — ответил мужчина.
— Значит, ты ничего не знаешь… — расстроился мальчик. — Но это правда, что будет война?
— Сбежал очень сильный дух, которому, по меркам специалистов, около двух тысяч лет. От такого малого стоит ожидать неприятностей. Но пока что не забивай себе этим голову. Да и нет времени на объяснения: тебе нужно возвращаться — не уверен, что никто не поймёт, кто помог мне сбежать.
— Но я не могу, энергии совсем не осталось!
Силы и в самом деле покинули мальчика, так что тот вряд ли мог телепортироваться в академию без чьей-либо помощи.
— Ты пойдёшь своими ножками — через портал, благо, у меня со студенческих пор остался пропуск… Да, я его выкрал, — ответил мужчина на ироничный взгляд сына, — Зато сейчас у тебя есть возможность вернуться. Мы как раз находимся у входа… Я также должен тебе сказать, что мы не сможем больше видеться, так как, скорее всего, за тобой будут непрестанно следить, подмечая каждый твой шаг, — заметив грусть в мальчишеских глазах, Ирга поспешил подбодрить его хоть чем-то: — Обещаю, зимой я заберу тебя к себе. А до тех пор твоя основная задача — хорошо учиться, играть в баунсар и практиковаться в перемещении. Иди скорее, и до скорой встречи, сын.
— До скорой встречи, отец, — нехотя ответил мальчик и поднялся на ноги.
На прощание они попытались обняться, однако из-за обоюдного стеснения вышло только скомканное рукопожатие. «Ну всё, топай!» — сказал мужчина, и Свят так быстро, как мог, невзирая на усталость, валившую с ног, подошёл к скале с наростом из золотистых кристаллов. Мальчик приложил к нему небольшой чёрный камешек, вверенный ему отцом в вечное пользование с обещанием когда-нибудь вернуть его наставнику, и перед ним открылся проход. Прощаясь неизвестно насколько, юноша помахал отцу и нырнул в жидкую субстанцию, похожую на воду, — теперь он стоял в лабиринте из стекла.
Поначалу в поисках коридора до Дармикатмы мальчик руководствовался памятью, но после понял, что, как ни старайся, ему не вспомнить к ней дорогу. Так парень бессмысленно проплутал около получаса. Силы начали покидать его, от голода сжимался желудок. Совсем обессилев, Свят сполз по стенке на пол, подтянул колени к груди и, обхватив их руками, опустил на них голову. Ему нужен был недолгий отдых, прежде чем отправиться дальше, — он и не заметил, как заснул.
Разбудил его тревожный потусторонний шелест, раздававшийся повсюду. Открыв глаза, он увидел перед собой много-премного маленьких светящихся бабочек, которые беспорядочно мельтешили под потолком. Свят поднялся и попытался дотронуться до одной из них. Но они тут же скучились и разом превратились в большую стрелу, которая понеслась вперёд. И ему ничего другого не оставалось, кроме как последовать за ними. К счастью для мальчика, бабочки довели его до входа в здание академии, и он приложил свой ключ к порталу. Как только он это сделал, насекомые рассыпались в воздухе, и от них в разные стороны полетела серебристая пыль. И прежде, чем окончательно скрыться в портале, парень мысленно поблагодарил того, кто помог ему, отчего-то уверенный в том, что это вновь была его мать, хотя знал, что навряд ли ему кто-то поверит, потому что, опять же, она исчезла настолько давно, что, по представлениям окружающих, должна была забыть о сыне на веки вечные, поэтому он предпочёл оставить при себе и этот секрет.
Свят вошёл в портал и оказался в академии — его там уже ждали: перед ним стояли директор, его старушка-мать Валентина Сдвиг и ещё несколько учителей. Здесь также присутствовали какие-то очень необычные, незнакомые мальчику люди с длинными жезлами с острыми наконечниками изо льда. Это были двое мужчин с белой кожей, светящимися голубыми глазами без намёка на зрачок и отсутствующими выражениями в лицах. Одеты они были в длинные хламиды такого же белого цвета, как и их кожа. Столкнись с ними мальчик один на один, ужаснулся бы от их вида, но сейчас его гораздо сильнее напрягал грозный взгляд старушки Сдвиг, которая посчитала своим долгом следить за ним в оба глаза. Все остальные учители смотрели на него не так враждебно: кто-то явно жалел его, кому-то просто было интересно, что будет дальше. А вот дальше было весело: директор задал несколько вопросов, связанных с самочувствием мальчика, потом к ним приблизились те людоподобные существа, оказавшиеся полуразумными существами, предназначение которых было сторожить преступников на планете, полностью покрытой льдом, — на самом деле, весь тот мир был одним большим ледником. Маньяков и душегубов замораживали и оставляли в том месте навечно. «Стражей» этих, следивших за порядком и температурой ледяных камер, создал один учёный специалист из одарённых, преследовавший цель вывести таких неприхотливых и разумных организмов, которые смогли бы охранять преступников, не требуя ничего взамен. Одной из их способностей было чтение мыслей-образов для определения вины или чистоты подозреваемого. Но процедура эта сопровождалась невыносимой болью для того, на кого её применяли, и не всякий мог её выдержать, не забыв себя.
Чутьё Свята подсказало ему, что то же ждало и его. Не описать словами, как сильно он испугался, когда стражи двинулись на него; не зная, что делать, мальчик начал отступать к телепорту, но существа перекрыли ему путь и обступили кругом, образовав купол из скрещенных вверху рук.
— Не смейте трогать ученика! — вскричал директор Сдвиг.
Свят впервые увидел его таким злым и в этот раз рад был пропустить через себя даже злость, лишь бы его уберегли от боли. Директор налетел на стража и попытался выхватить паренька из его рук, но смог зацепить лишь лацкан на пиджаке мальчишки. Второй страж схватил его за затылок и пригнулся, чтоб их глаза оказались наравне… Был ли то гипноз или что-то иное, но мужчина застыл и больше не шевелился до окончания процедуры изъятия памяти Свята. Наставник Михаил уж тоже было собрался встать на защиту подопечного, но его приостановили — наставница менталов придержала его за рукав и одним взглядом высказала, что его бунт был бы бесполезен и ничем не помог бы мальчишке.
Поняв, что обречён, Святослав замер, стойко ожидая своей участи. Стражи приступили — и страшная боль разодрала его голову на части. Он упал на колени и с силой стиснул виски, но легче не стало; откуда-то из груди вырвался пронзительный крик, потонувший в возмущённом бормотании учителей, обступивших их по кругу… Он не знал, сколько прошло времени, казалось, его мучали не меньше суток, но выяснилось, что в его мыслях рылись меньше четверти часа, и всё это время он истошно кричал, не имея сил сдержать себя, но никто не слышал его крик, ведь ни единого звука не вылетало из его рта, застревая в гортани.
Но он их победил — сколько бы сил они на него не потратили, в его мыслях они были обречены на вечные плутания по ледяному лабиринту. Единственное, что стражи смогли вычленить в его сознании, — долгое блуждание по Межмирью и болезненный сон в нескольких поворотах от входа в академию. Сканируя его мозг, существа еле слышно шипели, переговариваясь так между собой, но ему было уже всё равно: сказалось энергетическое истощение, отсутствие нормального сна и еды — и мальчик в очередной раз за пару дней потерял сознание, чего раньше с ним никогда не случалось.

Наутро он проснулся уже в своей комнате. Рядом с его кроватью стояло два стула, на которых спали Василиса с Виткором, завалившись друг на друга. Мальчик, тихо хихикая, аккуратно поднялся и, стараясь не разбудить друзей, ушёл умываться, а когда вернулся, то с шумом сел на кровать, отчего ребята вздрогнули и разлепили глаза. А как только поняли, в каких они положениях спали, оба разом сконфузились и немедля отвернулись в разные стороны. На самом деле, девушка в большей степени разозлилась, правда, непонятно на кого — то ли на себя, то ли на Вита и Свята, потому что они два сапога пара. Но уже через секунду все её мысли переключились на друга, чуть ли не трижды погибшего в прошлый день. Василиса бросилась на шею мальчика и сжала его так крепко, что, кажется, не нарочно сломала ему парочку позвонков.
— Тихо, тихо, или ты хочешь, чтобы я задохнулся? — зашипел мальчик, пытаясь ослабить хватку девочки, но так и не смог расцепить её пальцы у себя на шее.
Не слыша его уговоров, огневица отпустила его не сразу, и, как только это сделала, рассказала, что ей запретили появляться в госпитале, что она вся извелась сидеть у себя в комнате, потому что у неё не получилось заставить себя пойти на занятия, а после начала засыпать его всевозможными вопросами обо всём на свете: «Как ты себя чувствуешь?», «Тебе удалось найти отца?», «Почему тебя так долго не было?», «На тебя кто-то напал?» и т. д. и т. п. Мальчик отвечал на каждый из них, понимая, что иначе ему было не отвертеться. Только лишь спустя ещё несколько десятков минут поток иссяк, и Василиса умолкла.
— Так это правда, что с Хаоса сбежал дух и он хочет захватить Вселенную? Не слишком поспешные выводы? — на этот раз задал вопрос Вит, опередив девочку, нашедшую новый неизученный пласт святовой жизни.
— По крайней мере, мой отец уверен, что это так, и мне кажется, что он знает что-то такое, совсем дикое, о чём не хочет мне рассказывать, потому что видит во мне ребёнка. И да, опережая вас, скажу: я знаю, что нам по тринадцать. Но это не значит, что можно что-то утаивать от нас с тем посылом, что мы не всё поймём. Тем более как-то не очень несправедливо получается: подвергать меня зверским пыткам можно, всяким опасностям тоже — для этого я большая рыба, а вот для серьёзных разговоров я мелковат, планктон — не акула… Да, в принципе, все считают, что скоро будет война, потому что если смог сбежать один дух, тем более такой силы, то он потянет за собой собратьев. И вот поэтому нам следует готовиться к бою, иначе хаос будет на нашей планете, — мрачно проговорил мальчик, в полной мере уверив себя в том, что его отец был прав. — Духи всегда, абсолютно всегда преследуют власть, и они добьются её, если мы не дадим отпор.
— Только для любой борьбы нужна какая-то более чёткая цель — не просто спасти всех и вся, — а ещё продуманный план с уточнёнными методами борьбы, типа направлений наступления, видов войск и оружия… так что работёнка непростая — спасать мир от угрозы вселенского масштаба, — заметил Вит, поймав чересчур сейчас внимательный взгляд друга.
— Мы точно не собираемся сдаваться, Свят, — толкнув Вита локтем в бок, убедительно сказала девочка, кладя руку на плечо мальчика и внимательно вглядываясь в его глаза, горевшие злостью и жаждой мщения. — Но почему ты так зол? Я, конечно, понимаю, что духи — это ужасные и кровожадные существа, но что они сделали конкретно тебе?
— Ты видела, что мой отец оказался на Сагаре, но не могла знать, что именно дух, а я в это уверен, чуть не убил его, оглушив и забрав кислородную маску и устройство для перемещения, — ответил парень.
— Но как ты спасся, если у вас обоих не было перемещалки? — удивился Виткор. — С той планеты не выбраться без специальных устройств — только искать портал в кромешной темноте. А у вас явно ни компаса не было, ни фонарей, ни…
— Где ж ты раньше такой умный был?! — воскликнул Свят, окончательно убедившись в том, что сильно сглупил, не попросив помощи у взрослых или хотя бы не выпросив (не выкрав) у Виста средств первой необходимости. — Ладно, это подождёт… Есть кое-что, о чём я могу рассказать только вам, потому что никто больше мне не поверит… Я уверен, что нас спасла моя мать, но и директор, и наставник пытаются убедить меня в том, что у меня было замутнённое сознание на грани жизни и смерти, а отцу я не стал говорить, так как он, по всей вероятности, сразу бросился бы её искать — его хлебом не корми, дай повод погоняться за неуловимым.
— …неуловимым, как призрак? — осторожно спросил Вит.
— Ну вроде того, только, как оказалось, живым призраком, — согласился Свят, не понявший намёка.
— Твоя мама вдруг из неоткуда появилась и спасла тебя, Свят? — недоверчиво переспросила девочка, явно сомневаясь во вменяемости друга.
И только тогда он понял, что его слова не убедили не только взрослых, считавших себя всезнающими, но и друзей, которые, как ему казалось, обязаны были в любом случае встать на его сторону, и разозлился:
— Вот видите, даже вы мне не верите! Все считают, что у меня рассудок помутился!
— Может, эти «все» правы? — всё так же стараясь не обидеть друга, спросил Вит.
— Ну и пусть! — Святослав подскочил с кровати и опрометью бросился из комнаты.
Ему хотелось спрятаться подальше от всех — самым подходящим местом для этого показался пруд, на берегу которого он часто проводил время вместе с Василисой. Благо, ему никто не мог помешать сейчас побыть одному и перемыть всем косточки с собой на пару, так как ученики в этот час должны были разойтись по классам. Он скрылся меж корней вековой ивы. Её крона защищала от палящих лучей солнца, а кустарники — от чужих взглядов. Не зная, как себе помочь, он старался убедить себя в правильности происходящего, но не мог, ощущая себя впервые настолько подавленно: никто ему не верил, а единственный родной человек скрывался теперь неизвестно где, да и переписка с ним через чаропочту оказалась под запретом, так как за мальчиком, скорее всего, уже начали следить с особым вниманием. И, не добившись успеха в самообмане, он снова свалился в чувство зависти — на этот раз к тем детям, которые без лишних проблем могли общаться со своими родителями, для чего им достаточно было всего только установить соединение между чаробуком и любым их домашним устройством. А он с этого момента мог вести переписку только с Ангелиной, которую и не думал напрягать разговорами о его проблемах, и с тётей Таей, вечно разъезжавшей по всяким командировкам и не имевшей времени отвечать мальчику на его письма… Но от тлетворных мыслей Свята отвлёк его чародейский помощник, замельтешивший перед самым его лицом.
— Ну что тебе, Маф? — раздражённо спросил юноша, вынужденный повернуться к нему лицом.
— Свят, ты пойми, друзья хотят помочь тебе. Так что хотя бы попробуй встать на их место. Из твоих слов, твоя исчезнувшая много лет назад мать появилась перед тобой ровно в тот момент, когда ты из последних сил пытался переместиться в академию и уже был на грани. Понимаешь, как это звучит — для всех, в том числе и для Василисы с Витом?.. И ты несправедлив, когда требуешь от них безоговорочной веры в каждое твоё слово… — протараторил малыш.
— Да, звучит дико, но я знаю, что это была она, а не недостаток кислорода у меня в голове, и не собираюсь отказываться от собственных слов!.. — вскричал Свят, но вдруг замолк, на время погрязнув в собственных мыслях и что-то мрачно обдумывая. — Ладно, само собой, ты прав, я не могу уверить всех в своей правде без каких-либо доказательств, которые нужно ещё найти, — согласился он в конце концов.
— А ну-ка, постой! Вот только не говори, что ты задумал очередную дурость! Хватит с нас отчаянных рисков, ещё вчера ты снова чуть не погиб! Хочешь с жизнью расстаться?! — вдруг распереживался сах, расслышав странную решимость в голосе мальчика.
— Не настолько я глупый, Маф! Уж точно смогу прождать недельку, а потом… Тем более я хочу всё рассказать друзьям. Думаю, с их помощью я что-нибудь откопаю… разумеется, если они согласятся на мою затею, — прервал его мальчик.
— Фух… — облегчённо выдохнул сах и с упорством начал выталкивать его из низины, приговаривая: — Раз так, давай тогда сразу пойдём к ним — вдруг они на раз два вправят твои мозги на место?
Мальчик уже не слушал маленького помощника, направляясь прямиком к друзьям, что поджидали его у самого входа в зал с прудом. В молчании, не произнеся ни слова, они дошли так до самой гостиной их братства и засели в самом её дальнем уголке.
Уже там Святослав выложил свою идею начистоту. На его счастье, друзья поддержали его в стремлении добраться до истины и даже согласились с тем, что в первую очередь им стоило оправиться на Сагар, дабы выяснить, что же там происходило всё это время. Виткор, тем не менее, был уверен, что это была ужасная идея поворачивать их план без контроля взрослых, но ему ничего не оставалось, кроме как поддержать друзей. Они договорились, что целенаправленное путешествие на Сагар состоится только тогда, когда им удастся найти три устройства, вырабатывающих кислород под водой, и специальные костюмы для плавания, так как Святослав на себе прочувствовал, насколько ледяной была вода в этом мире. На этом они и пожали руки.

***

Привалила осень с листопадами и разными другими осенними придумками. И пока за стенами Дармикатмы разыгралась новозеландская зима, внутри, в природных уголках и в Центральном зале, царила промозглая осень умеренных широт, из-за чего ученики значительно больше времени стали проводить в гостиных и чаще рассиживались по своим комнатам; кроме того, в скором времени здание должны были возвратить на холодный континент.
В один из таких ранних осенних деньков Виткор преспокойненько шёл в Центральный зал. По пути он, нечаянно пнув что-то звонко отлетевшее в стену, нашёл небольшую связку ключей и без задних мыслей отнёс её завхозу, молодому и немного раздолбаестому Глебу, который в том году окончил Дармикатму, но решил остаться в ней и расхаживать по коридорам призраком уходящего хеви-метала. Слишком просто поддавшись добродушному очарованию Вита, он выболтал, что один из ключей предназначался для кладовой, где хранилось всё снаряжение для исследования запредельных миров, а также то, в каком из закоулков располагалась та самая кладовая, не забыв упомянуть, как прекрасно справлялся он со своей работой и что директор ему доверяет. «Зря, очень зря», — вскользь протянул Виткор и донельзя довольный скорее отправился докладывать друзьям, засевшим в Центральном зале с тарелкой заварных пирожных, результаты своей вылазки.
— И каким это образом ты собираешься пробраться в кладовую без ключа? — спросила Василиса, опёршись локтями о стол и положив голову на сомкнутые пальцы; слишком чумазая, чтобы её получалось воспринимать всерьёз.
— Интересно, а это, случайно, не в нашей компашке завалялся такой индивид, который умеет преспокойно перемещаться куда угодно? — с саркастичным прищуром ответил ей Вит.
— Умно! — воскликнул Свят, хлопнув мальчишку по спине, отчего тот крякнул. — Сегодня же ночью отправимся на разведку!
— Тихо! Нас, кажется, кое-кто подслушивает, — прошептала девочка, придвинувшись ближе к парням.
За соседним столом сидел, навострив уши, Денис Черноземцев и, стараясь не обращать внимания на гомон, никогда не утихавшей в Зале, внимал всему, о чём они переговаривались. Он, слишком занятый собой, наверное, и не стал бы их подслушивать, если бы не заметил, с какой самодовольной миной зашёл в зал маленький архитектор, а тот буквально светился от осознания своей удачливости.
Как только трое поняли, что их разговор не являлся конфиденциальным, то, не теряя времени, собрались и поспешили на выход, кидая подозрительные взгляды на Дениса. Тот же решил, что сегодня ночью ему стоило бы проследить за ними, так как мало ли что эти олухи могли натворить — ещё академия из-за них взорвётся, и поминай лихом! Он задумчиво уставился на пирожное, которое бездумно крутил в руке, выбирая, с какой стороны укусить, и отложил в сторону...
Друзья к тому времени, как он сам собрался и вышел следом, успели добраться до своей гостиной и уже с руганью и препираниями обсуждали план. В конечном счёте, втроём они порешили, что если им удастся найти в кладовой всё необходимое, то в эту же ночь, чтобы не оттягивать час Х, они отправятся на Океан и попытаются найти там что-нибудь стоящее.

Была полночь. Ребята на цыпочках поочерёдно выбрались из комнат и в условленное время встретились у телепорта. Поскольку переходы из-за него теперь строго отслеживались, Свят вынужден был переносить своих друзей при помощи собственной силы, а это оказалось не так просто, потому что таких трюков рн ещё ни разу не проворачивал. Как только они оказались в нужном месте, Виткор махнул рукой, и Василиса со Святославом последовали за ним, стараясь идти очень тихо. А прямо у двери кладовой компания столкнулась с Черноземцем, терпеливо дожидавшимся их, прислонясь к колонне.
— Так-так, кто-то у нас хочет попрощаться с академией? — ухмыльнулся мальчик, преградив ребятам путь.
Уже привычно закатив глаза, Свят, надеясь чудом достучаться до старого неприятеля, прошипел, сверкая глазами в самую темноту:
— Черноземец, сгинь! Ты ведь знаешь, что мы здесь за информацией, а не украсть безделушку!
Но землец не собирался отступать так просто — он пришёл, чтобы заключить сделку:
— Я никому ничего не скажу, если вы возьмёте меня с собой.
— И зачем это тебе? — удивилась Василиса, разом растеряв враждебный настрой. — Разве ты не из тех, кто боится замарать ручки?
— Нет, цветик, я не боюсь испачкаться в грязных делишках…
— Конечно, папины денежки тебя быстро отмоют, — хмыкнул Вит.
Метнув на него злобный взгляд, Денис надменно продолжил:
— …а о своих целях я предпочту умолчать.
— Ладно, хорошо! Ты пойдёшь с нами! — устало выдохнул Свят, уничтожая его взглядом.
Ещё с пару секунд мальчики боролись взглядами: Денис смотрел на него с превосходством, Свят в ответ — со злостью. Василиса поняла, что пройдёт много времени, прежде чем они начнут действительно что-то делать, если никто не вмешается в эти гляделки, и напомнила Святу, зачем они сюда пришли, а Дениса попросила минуту старательно отыгрывать роль дерева и не мешать её другу. Святослав тем временем уже успел перемахнуть через дверь, а затем, открыв её изнутри, впустил ребят внутрь.
Им пришлось потратить немало минут, чтобы в этих залежах откопать всё необходимое для их миссии. Помимо гидрокостюмов и масок, вытягивающих из воды кислород, они на всякий случай прихватили с собой рюкзаки, набитые консервами и водой. Никто не знал, чем может обернуться предстоящее путешествие, поэтому было решено взять всё, что только можно, лишь бы не погибнуть с голоду или от жажды, если что-то пойдёт не так. Но первая часть плана была выполнена, и они победителями вышли из кладовой с награбленным (временно одолженным), а Свят вновь закрыл дверь и переместился в коридор.
Стараясь не наделать слишком много шуму, так как все учителя жили на том же этаже, где находился портал, ребята пробрались к нему, и Свят приложил чёрный камешек к кристаллам, после чего подростки один за другим прошли в образовавшееся полое пространство, хотя прежде портал открывался по-другому.
Вновь оказались они в стеклянном лабиринте, и Святослав вышел вперёд всех, так как единственный знал, как добраться до Сагара: несмотря на то его не лучшее состояние, он помнил и мог воспроизвести путь до портала планеты. Тем более рядом были его друзья, точнее, большая часть — друзья, на которых можно было положиться в случае провала.
…мальчик почувствовал, что его опять куда-то потянуло, да и медальон нагрелся, как в его прошлое путешествие. Снова возникло ощущение, что где-то в межмировом пространстве от него прятали нечто очень важное. Ведя друзей по лабиринту, ему долгое время приходилось отгонять от себя это навязчивое желание последовать чьему-то зову.
Шли они около часа, поворачивая то влево, то вправо, то снова влево и опять влево, и вправо, и прямо до тупика, потом назад... Скоро Василиса, порядком подуставшая, как и остальные, тащившие на себе тяжёлые рюкзаки, высказала своё предположение, что они, кажется, уже заблудились, но Свят упрямо шёл вперёд, требуя от себя хоть с помощью зубных фей, пасхальных кроликов и санта-клаусов, но добраться до этого злосчастного портала... И всё же он чувствовал, что оставалось совсем немного.
Спустя ещё немного времени мальчик расслышал знакомое позвякивание из соседнего коридора. И хоть он осознавал вполне, что это было очень глупое решение сходить с маршрута, но свернул вбок и последовал за звоном, походившим на трепетание на ветру сотни маленьких колокольчиков.
В одном из поворотов, где друзья, не поспевавшие за ним, от него немного отстали, звук достиг своего апогея. На полу его, звеня и отблёскивая от ледяных стен, поджидало как нарочно оставленное для него кольцо. Он наклонился — и только коснулся его, как, откуда ни возьмись, из огранённого камня вынырнули две тени с чертами лиц его родителей. Они беззвучно смеялись, разыгрывая перед сыном их историю: дрожа от волнения, Ирга вынул из кармана реликвию его семьи — старый перстенёк, Маргарита с интересом взглянула на него и смеясь протянула руку, позволив своему спутнику надеть его на её безымянный палец. Только Ирга отпустил кольцо, как она схватила его за руку и увлекла в находившийся рядом портал. Свят не мог препятствовать этому позыву и шагнул в тот же самый портал, приложив к нему подарок отца, из-за чего оказался на планете, предназначения которой пока что не знал.
Едва он прошёл через портал, как сверху на него разом свалились все его друзья. Несмотря на болезненное приземление, они мигом вскочили на ноги, ожидая столкнуться с чем-то страшным и опасным, но, сразу, потому что поблизости не было даже намёка на воду, поняли, что это, очевидно, была не та планета, на которую они планировали отправиться, и недоумённо воззрились на их Сусанина. Ему было не до их взглядов, так как чёрный камешек, позволявший перемещаться сквозь миры, упал и укатился неизвестно куда. И вместо того, чтобы оправдываться перед ними, Святослав встал на четвереньки и принялся ползать повсюду в поисках этого злосчастного подарка. «Ищите камень!» — рявкнул он. Спустя мгновение все разом попадали наземь и тоже стали рыскать в траве; даже Денис, хоть и не опустился до остальных, стал ворошить ногами кусты и травы, так как иного способа вернуться назад у него просто не было. К счастью, камешек скоро нашёлся и был отдан на хранение единственной девушке в их команде, к тому же самой ответственной из всех, и ребята разом облегчённо выдохнули. Сразу после этого от Святослава потребовали объяснений, но он не стал рассказывать о воспоминании про его родителей, уверив друзей, что всего только ошибся в повороте. Зато мальчик, чего они не смогли бы заметить, успел забрать колечко, и теперь оно покоилось в его медальоне.

Прежде чем отправиться в дальнейший путь, юные путешественники решили устроить недолгий привал на поляне вблизи портала, расселись на примятой травке и достали свой провиант.
— И что нам теперь делать? — спросил Вит, жуя бутерброд, и внимательно посмотрел на каждого, кто был рядом с ним.
— Думаю, нам стоит здесь осмотреться: я рисовала эти места, — задумчиво ответила Василиса. — Кто знает, вдруг мы найдём то, что потом поможет другим одолеть духа?
— Ты рисуешь вероятное будущее? Это ведь правда так?! — поражённо уставился на девочку Денис, хотя прежде делал вид, что ему было на неё всё равно… да и на всех остальных.
— Я вижу не просто возможное будущее, а самое точное — то, которое обязательно произойдёт, — горделиво произнесла девушка, поднявшись с земли.
— И это правда. На одной из этих картинок у меня был нарисован шрам через всю правую щеку, и вуаля — меня пометил ракша. Так, Василёк?! — сказал Свят и последовал примеру подруги.
— Да-да, а теперь пойдёмте дальше. Не будем же мы целый день тут рассиживать. — Девушка огляделась кругом, выбирая, куда пойти.
— Я бы с радостью повалялся, но раз вы настаиваете… — зевнул Денис и потянулся.
— Давай дойдём до той скалы? — предложил Вит, обращаясь к Святу. — Уверен, что там, по закону жанра, точно что-нибудь будет.
— Заглянем, — согласился Святослав, и ребята направились в указанном направлении.
По пути Василиса осмотрела каждый камешек, каждую травинку, но ничего не нашла. Рядом со скалой тоже ничего не было. Виткор нашёл вход в пещеру, но и в ней оказалось пусто.
Когда их поисковый отряд уже принял решение возвращаться обратно, к порталу, Денис споткнулся и упал в густой кустарник — за ним нашлась тропинка, которая вела прямиком к вершине скалы.
— Предлагаю на любые поиски звать его с собой: одна подсечка — и он удачно бьётся башкой о то, что мы ищем, — подшутил над мальчиком Свят, пока тот был занят вытаскиванием маленьких колючек из волос.
— Можно ещё пинать и подножки ставить, если надо будет, — предложил Вит, но его даже не услышали.
— Очень смешно, — огрызнулся Денис. — Зато это был не я, кто протёр носом пол на первом матче в нашей питерской школе. Ты так опозорился!
— Ты тогда в нашей школе даже не учился, олух! — ответил на выпад Свят.
— Но это же было! Ты не можешь этого отрицать, — оскалился парень, вызывающе глядя на сокурсника.
— Мальчики, перестаньте! У нас есть дела поважнее! — вмешалась в перепалку Василиса.
Не став их дожидаться, девочка первая пошла вверх по тропинке. «…поважнее ваших семейных разборок», — хмыкнул Вит и поспешил догнать подругу, лишь бы не отхватить у вдруг обративших на него внимание землеца и эмпата; они, успевшие отвесить друг другу пару смачных пинков и подзатыльников, пошли следом. Василиса, услышав хлёсткие удары позади, недовольно обернулась, и мальчишки в сей же момент изобразили невинных ангелочков, на что она только фыркнула и, отвернувшись, продолжила подъём.
На самой вершине уставшие ребята повалились на землю, чтобы перевести дыхание. Но только лишь они начали приходить в себя, как из неоткуда вырвался сильный ветер, как ураган, унёсшие домик Элли. Вот только это было не самое страшное, так как оказалось, что вихрь являлся верным признаком появления лунных нежитей, которых ребята недавно проходили на одном из уроков, посвящённых обитателям магических миров. Эти существа были чем-то вроде вампиров, но главное отличие их заключалось в том, что от них нельзя было спастись парой головок чеснока и колом из белого дуба. Они назывались бербалангами, и спастись от них можно было, только предав их огню. Ничего другого больше они не боялись — точнее, других способов изжить этот вид нежити чародеи пока что не нашли, да и для их нахождения должен был остаться хоть один живой свидетель нападения этих тварей, но таких не было. Поэтому ребятам пришлось становиться первыми. Им повезло хотя бы в том плане, что прилетело только двое бербалангов, а могло быть и хуже — скажем, на них могла бы напасть целая стая лунных вампиров.
Нужно было как-то спасаться, и для этого все методы были хороши. Ребята похватали, кто что мог: Святослав подобрал две толстые палки, одну из них бросив Василисе, — ими они размахивали во все стороны, не причиняя ни малейшего вреда крылатым монстрам, а только отпугивая; Виткор с Денисом начали бросаться в них камнями. Через пару минут девочка от усталости выронила тяжёлую палку, и Свят, заметив это, крикнул ей, чтобы она хорошенько подпалила чудищ. Не имея других вариантов, Василиса беспрекословно выполнила его поручение: так, в её руках начал образовываться сначала небольшой пылающий сгусток, который скоро сильно вырос в размерах, став больше её самой, и она бросила им в одну из лунных нежитей, отчего та заскулила и свалилась на землю.
«Сейчас как в землю её закатаю!» — крикнул Денис и накрыл вампира слоем земли, сверху присыпав попадавшими камнями.
В это время Святослав отбивался от второго бербаланга, который медленно наступал на него, подгоняя к обрыву. Денис пытался привалить его к земле, выпустив из-под неё корни, но они обвились вокруг ног Виткора, сковав его на месте. Василиса же в этот момент сражалась с уже выбравшимся из под кучи камней монстром.
Сделав последний шаг назад, Свят оступился и рухнул вниз вместе с полетевшими следом камешками и кусками земли, но его вовремя схватил за руку Денис и сумел удержать над обрывом. Совсем некстати, но юный эмпат вспомнил, как девочка предсказывала подобный случай, и у него отлегло от сердца, несмотря на всю тяжесть ситуации вокруг, — он понял, что Вит не мог помочь ему в этот раз только потому, что сам был прочно привязан ногами к земле. Враг же его стал спасителем, и вот в это Святославу верилось с трудом.
Только Денис, красный, как рак, с катящимися по лицу капельками пота, втащил мальчика на землю, Василиса бросила им за спины две горящие сферы, и все вместе они ринулись к порталу, продолжая отбиваться от преследовавших их лунных нежитей. Один из чудовищ, подобравшийся слишком близко, прокусил огневичке руку, и та повисла, став словно тряпичной.
— В их слюне парализующее вещество! — закричал Святослав, хватая девочку за вторую руку и прикрывая её от нападок. — Не дайте им укусить себя!
— Легко сказать, — прокряхтел Вит, увернувшись от броска монстра. — Если вы прикроете меня, то я создам клетку, и мы пригвоздим ею к земле этих уродов!
— А я её хорошенько закреплю, — добавил Денис перед тем, как запульнуть в монстра огромным комком земли.
— Действуем! — прокричал Свят.
Он стал насылать на монстров то ужас, то панику, но они будто бы ничего не чувствовали, лишённые каких бы то ни было эмоций. В конечном счёте, мальчик оставил эти бессмысленные попытки, решив, что лучше ему было бы поберечь свои магические силы, ведь могло случиться что и похуже. Вместо этого он стал хаотично размахивать палкой, закрывая собой Василису, от которой пока что не было почти никакого толка, так как с одной рукой её сила могла задействоваться только наполовину. Зато Денис смог поднять громадный столб земли и обрушить его на чудовищ, чем на секунду приостановил их.
— Всё сделано! — крикнул Виткор и обрушил огромную каменную клетку на ринувшихся на него нежитей.
— Наконец-то, а я-то уж успел помолиться всем богам! — крикнул землевик, привязывая корнями к земле эту самую клетку.
— Ну что, ребята, теперь мы можем гордиться собой! Нам удалось одолеть одних из самых сильных существ, которые вообще есть во вселенной, причём без особых потерь! — обрадованно прокричал юный эмпат и запустил палкой в клетку, отчего монстры зашипели ещё громче.
— Говори про себя! — зашипела на него девочка, указав на свою безжизненно повисшую руку.
— Не переживай, Василёк, — сказал Свят, положив ладони на плечи девочки, — Вернёмся в академию, и там тебя подлечит наша старушка Елизавета Павловна. Видишь? — он указал себе на лицо. — Она даже почти заживила мой шрам, а с твоей рукой точно справится.
— Но мы же так ничего и не нашли, — расстроенно пробормотала она, жалобно нахмурив бровки.
— Мы и так сегодня сделали достаточно, — ответил за эмпата Черноземец. — В следующий раз пойдём на Сагар... И, кстати, вы как хотите, а я пойду с вами — хоть помогу вам, а то вы без меня не выживете.
— Знаешь, если бы ты меня не спас сегодня, то я бы тебе не поверил… Ну раз ты с нами, то — мир? — спросил Свят, протягивая руку своему недавнему неприятелю.
— Мир, так и быть, — согласился Денис, и мальчики пожали руки, — Прости, что доставал. Меня злило, что всё-то у тебя ладно да складно: учёба, капитанство, потом ещё крутая сила, место в баунсаровской команде и популярность… Зря я тут распинаюсь, конечно, — ещё решишь, что я твой фанат, — скривился паренёк.
— Не поверишь, но ты самый ужасный однокурсник в моей жизни.… — улыбнулся Святослав.
— Верю, — ухмыльнулся в ответ землец.
— Господи, что с ними не так? — протянула девочка, баюкавшая раненую руку.
— Гормоны, — пожал плечами Вит.
Порешив наконец все свои вопросы, помахав на прощание монстрам, ребята двинули к порталу — со стороны скалы всё ещё доносились скрежетания о камень: видно, молодой паре лунной нежити не понравились их новые апартаменты по самой низкой ипотечной ставке.